Мир грёз и кошмаров (СИ) - Грёза Анна - Страница 20

— Ты был следователем? Или судмедэкспертом? — заинтересовалась я.

— Нет, определенно, там, где я жил, профессия называлась как-то иначе, хоть и утверждать точно не могу. Ничего не помню. Лишь какие-то внезапные предположения возникают, вот их я и считаю отголосками прошлой жизни. А может, это и глупости всё.

— Не думаю, что глупости. Ничего, вот освободим тебя, устроишься тут работать следователем, или кто у них тут, и поймешь — твоё оно, или нет.

— Спасибо, что стараешься поддержать, я чувствую, что ты говоришь искренне. Хорошая ты девица, Ви, но бедовая. Вы, кстати, подлетаете уже. Удачи, Вероника. Ничего там не трогай, но и носом не вороти. Не провоцируй этого любителя хлама и вернись в Топи живой.

— Да, хорошо, буду паинькой. Постараюсь держать себя в руках. Не переживай.

Глава 22

Ответа от «соседа по голове» не последовало. Дракон и правда уже долетел. Я вцепилась покрепче в гребень, боясь упасть, в то время как дракон, с громким скрежетом цепляясь полуметровыми когтями за блестящую «обсидиановую» породу, втискивался в узковатый для его тушки вход в пещеру. Несмотря на мои опасения, дракон обо мне помнил и не размазал меня по скале: он сильнее нужного пригибался, и между мной и «потолком» было расстояния примерно сантиметров тридцать.

Наконец, преодолев ползком узкий коридор, что был напичкан различными защитными завесами и ловушками, мы оказались в огромном пространстве с несколькими проходами в более скромные помещения.

Одна из таких комнат была заполнена «сокровищами». Я во все глаза осматривала «святыню», но вовсе не потому, что заинтересована в разномастных перьях и карандашах. А потому, что в святыне царил полнейший бардак. «Экспонаты» были кучками Раскиданы по полу, лишь малая часть была разложена на стеллажах. Да тут ступить негде!

Дракон, неправильно оценив мой интерес, тихонько порыкивал. Погладила его, заверяя, что ничего не возьму. Успокоившись, ящер обернулся с блондина, щеки которого сразу же приблизились по цвету к глазам.

— Извини, совсем забыл, что тут так… Я только недавно перенес сокровищницу. Еще не успел разложить всё по местам.

— Понятно. А магией нельзя? — наобум спросила я.

— Можно, но магия меня не слушается, может сжечь тут всё, вместо того, чтобы разложить по полкам. А других магов привести сюда не могу. — сегодня прямо день откровений.

Я смотрела, как дракон осторожно пробирается к самому дальнему углу, в котором стоит стеклянный аквариум, весь покрытый какими-то письменами подозрительного бардового цвета. Видимо, это какое-то особо безопасное хранилище.

— Да, ты права, это самый продвинутый сейф. Поздравляю, дракон высоко оценил твой хлам. — в который раз за день послышался голос Вирона.

— Следишь за мной?

— Громко думаешь. Да и не хотелось бы опозориться, когда бы ты Куб Ар-Глаширра назвала аквариумом в приличном обществе.

Тут уж не поспоришь, самой бы было стыдно. Глядя на бедненького дракона, который не преодолел и половины пути, я вдруг спросила:

— Вирон, а ты можешь мне помочь навести тут порядок? Насколько мне известно, метаморфы не нуждаются в заклинаниях, за них всё делает магическое отражение, то есть, в моем случае, это ты.

— Это заблуждение, вы сами это делаете. Из-за повышенного уровня взаимодействия с магией, вы способны направлять ее потоки интуитивно, а она, в свою очередь, из-за повышенной совместимости в с вашими телами, беспрекословно слушается.

— Класс. Поможешь? Я же еще ни разу не магичила.

— Уверена, что хочешь начинать магичить в сокровищнице при живом владельце-драконе?

— Да, ты же мне поможешь? — я добавила в мысленный голос умоляющих ноток.

— Ладно. Но лучше всё-таки поставь щит. Просто представь, задай условия, задействуй фантазию.

— Ты лучше с уборкой помоги.

— Да тут то же самое: задай условия, задействуй фантазию. Резерва тебе хватит, можешь не экономить.

Поразмыслив пару минут, я всё-таки решилась обратиться к Джентриллиошу:

— Джен, в каком порядке должны быть сложены твои… Эээ… сокровища?

— Самые ценные сложены правильно, а те, что на полу — по материалам и разновидностям. А что?

— Да вот, хочу тебе тут помочь, если ты не против.

Глаза дракона, уже казавшиеся жуткими, оценивающе пробежались по мне, напоследок полыхнув надеждой.

— Если ты уверена, что получится, то я в тебя верю и буду благодарен. Но ты учти, что я скорее всего очень плохо отреагирую, если что-то из этого пострадает.

Кивнув, я отбросила все сомнения, оставив лишь ярое желание помочь, и задала условия для магии. Ничего не произошло.

— Ты магию то отпускай, бедовая. — посоветовал мне Вирониэль спустя пять попыток.

— Как? — раздраженно спросила я.

— Ты ее почувствуй, затем ослабь то, что ее сдерживает в тебе, разомкни контур. Только меееедленно, осторожно.

Спустя еще несколько попыток, послышался шорох — аккуратно, как и было описано мной в условиях, предметы сортировались согласно типу, материалу и размеру, и улетали на определенные для них стеллажи. Спустя минут пять дело было сделано, пол был очищен от драконьего добра. Мысленно поблагодарив Вирона, я подошла к замершему дракону.

— Всё хорошо, Джен? — спросила, осторожно обнимая его со спины. Сама не поняла, что на меня нашло, но почему-то показалось важным его таким образом успокоить. Однако, вопреки моей цели, дракон, наоборот, напрягся. Он резко развернулся, не позволяя убрать руки, а затем, шепнув «Спасибо», осторожно коснулся своими губами моих губ. И замер, давая мне возможность отстраниться.

Вместо того, чтобы отступить, я ответила на поцелуй. Запах этого мужчины, что ассоциировался с чем-то таким родным и близким, сводил с ума, не давая остановиться. Мои руки путешествовали по его сильному телу, в то время, как Джен, углубляя поцелуй, теснее прижимал меня к себе. Его желание упиралось мне в низ живота и поражало поистине драконьим размером.

Руки мужчины заскользили вниз по спине, и, когда они сжали обтянутые штанами бедра, я не смогла сдержать стон. Будто очнувшись от наваждения, Джен разорвал поцелуй и убрал свои руки, а я чуть не заскулила от почти болезненной неудовлетворённости.

— Прости, я не должен был. — говоря это, он прятал от меня взгляд.

— Почему? Всё в порядке?

— Рони, я не могу, я столько всего натворил… — он, наконец взглянул на меня, но глаза его были наполнены отчаянием. Не удержавшись, погладила его по гладкой щеке, успокаивая:

— Ну чего ты? Все совершают ошибки, главное — осознать их, по возможности исправить, и больше не допускать. Всё наладится, Джен.

Джен прикрыл глаза, подставляясь под ласку, и тихо заговорил:

— Рони… То, что я совершил нельзя оправдать и нельзя исправить. Я чувствую в тебе свою пару, но скрыть от тебя правду я не могу. Ведь когда ты узнаешь, возненавидишь меня, поверь. — я хотела сказать, что прошлое остается в прошлом, но он приложил к моим губам палец, чтобы не перебивала, и продолжил:

— Тебе придется меня выслушать, Рони. Пожалуйста, для меня это важно… — дождавшись моего кивка, он продолжил, — Пока в твоих глазах нет страха, но, чтобы ты чувствовала себя в безопасности, хочу поклясться магией, что никогда не причиню тебе вреда. — он порезал свой палец кинжалом, что хранил на поясе, и кровь растворилась в воздухе, не долетая до пола. Джен грустно улыбнулся, будто прощаясь, и продолжил:

— Я рос избалованным ребенком, хотя в то время мне казалось, что я, наоборот, ущемлен. Не думая о чьих-либо чувствах, я безжалостно пользовался девушками для удовлетворения собственных желаний. Одна драконица, что была влюблена в меня, чуть не покончила с собой после того, как я, покинув ее тело, сразу же принялся за ее служанку. — он ненадолго замолчал, переводя дыхание и отслеживая моё состояние, а затем, продолжил:

— В основном девушки сами вешались на меня, прочие же охотно позволяли себя соблазнить, но… Перед моим прибытием сюда, несколько месяцев назад, случилось ужасное. Я грубо взял двух человеческих служанок, одна из которых была невинна. Кьяра, так её звали, следующим утром покончила с собой. У неё был жених и любящие отец и мать. Мне нет прощения, я нестабилен из-за гребаной магии, что распирает меня изнутри, а, прорываясь, лишь разрушает всё вокруг. А ещё моя душа настолько грязная, что я боюсь тебя испачкать.