Жизнь напрокат (СИ) - Ягушинская Вероника - Страница 4

Сердце подскочило и забилось в такт песне. Ария! "Генератор зла". Помню, Леха всех достал своим увлечением. Он-то через пару лет и думать забыл, а вот я заразилась намного сильнее. До сих пор иногда в машине ставлю диск с любимыми песнями… Ставила точнее.

Ну вот и музычка для ностальгии.

— Ле-е-еш, — ласково так протянула я, делая по-кошачьи мягкий шаг назад.

— Ась? — даже не обернулся.

— А ты ведь подарок мне не приготовил, верно?

Кончики ушей брата слегка порозовели, отвечая на вопрос намного красноречивее слов.

— Я готова тебя простить, — выдержав драматическую паузу, за которую уши мальчишки уже полыхали, снизошла я, — если ты мне дашь на денек одну вещь.

— Прости, систер. Бери, что хочешь, — не уловив подвоха, легко согласился мелкий.

— Ты ж моя прелесть, — искренне умилилась на братика и без зазрения совести вынула кассету из магнитофона. — Тогда я сегодня послушаю, ладно?

Надо отдать ему должное, в состоянии глубокого ступора Леха пребывал недолго. Не успела я воткнуть яблоко раздора в свой плеер, как он уже стоял на пороге моей комнаты.

— Систер, — зло прошипел мелкий, — а ты ничего не напутала? Ветер с моря дул, ветер с моря дул? — закривлялся братец, фальшиво напевая. — Или эври найт ин май дримс? Нафига тебе "Ария"?!

— О! Прямо крик души, — злорадно протянула я, втыкая наушники.

О, да! Вот оно счастье! Смолчать я просто не смогла. Не зря же три года в хоре не на последних лавках отпела. Потом… После этого лета, но это все мелочи.

Я так увлеклась, что, закрыв глаза, начала самозабвенно пританцовывать, и только легкое похлопывание по плечу вывело меня из состояния блаженного транса.

— Систер, ты не заболела? — ошалело спросил Леха и потрогал мой лоб.

— Неа, — помотала головой в ответ.

— А ты не инопланетянин? — опасливо покосился мелкий.

— Ты угадал, — взвыла я, протягивая к нему скрюченные пальцы. — Мы захватили тело твоей сестры-ы-ы! — Леха шарахнулся, запнулся о порог и все-таки сел на задницу. Наконец-то! Ура! — Чтобы отжать у тебя эту кассету-у-у! Бу-у-у-у-у!

— Тьфу, дура! — ругнулся брателло и поднялся. — Может, хоть "Ночь короче дня" возьмешь? А то этот самый любимый, — тоскливо поинтересовался он, понимая, что лишился на сегодня главного раздражителя всего нашего дома.

— Могу еще и его взять, — любезно согласилась я.

— Фиг тебе! Перетопчешься!

И захлопнул дверь с той стороны.

— Вот и ладушки.

Приладила обратно наушники и зарылась в шкаф. К первому выходу в свет стоило подготовиться.

~ 6 ~

Я наворачивала на велике уже третий круг по нашей улице в надежде, что хоть кто-то объявится. Облом. Глухо, как в танке, а жаль. Я ж таки выкопала из закромов шкафа джинсовые шортики по самое не могу, которые я всегда стеснялась носить, и прошлогодний белый топ на бретельках с надписью Barbie, севший на мои подросшие формы, как влитой. Вид получился отпадный. На ноги я напялила найковские кроссы, не забыв при этом подогнуть белые носочки так, что они смотрелись не хуже моих спортивных в будущем. Только, к сожалению, благодарной публики в окрестностях что-то не наблюдалось. Видимо, список потенциальных женихов придется составлять по памяти.

Припарковав своего "железного коня" к достопамятным бревнам в конце улицы, в честь которых и вся восседающая на них по вечерам компашка получила одноименное название, я забралась на самый верх. Ну не на лавочке же возле дома такие вещи писать, ей Богу! Там столько любопытных глаз и ушей, что мое творчество мигом станет достоянием всего нашего бабского серпентария на пять голов, а оно мне надо?

Итак, приступим.

"Алехандро и Ко", — вывела я аккуратным почерком в книжечке с замочком. Хотя, сейчас он еще не Алехандро, а Шурик.

"1. Ромашка"

Виды имел всегда, подкатывал ненавязчиво. Матюжник. Впоследствии алкоголик. Интересно, если бы я с ним стала встречаться, он все равно бы спился?

Задумалась над этим вопросом всерьез. Рома был симпатичным русоволосым мальчиком. В меру добрым, в меру злым. В меру вежливым, в меру грубым. Этакая "золотая середина", которую, иначе как ни то ни се, я окрестить не могла. Отвращения не вызывал, но и пылких симпатий к нему яне питала. Ставим знак вопроса.

"2. Дрон"

Меня прямо передернуло от одного воспоминания о нем. Круглолицый, вечно красный, нос картошкой и эти мерзкие слюнявые толстые губы, которые этот придурок всегда выпячивал. А еще этот кретин мнил себя венцом мироздания и искренне оскорблялся, если девушки были иного мнения. Мимо него я не прошла мимо с гордо поднятой головой, я пролетела со скоростью баллистической ракеты, чтобы только этот король обезьян не успел обратить на меня внимания. Впоследствии он нашел себе прыщавую малолетку и, по-моему, таки ж на ней и женился. Вот уж чьей судьбой никогда не интересовалась!

— Прости, бледная с косой, но лучше уж сразу в гроб, — под нос себе побормотала я и поставила жирный минус.

"3. Дюша"

Тоже Андрей. Тихий, кучерявый (не люблю), застенчивый. Вздыхал издалека, боясь приблизиться.

Скрепя сердце, занесла и его в список потенциальных… отцов. В конце концов, никто же не заставляет меня всю жизнь с одним мужчиной жить.

"4. Юрик"

Один раз клеился, но быстро отстал.

Этот индивид был наполовину армянин с соответствующим колоритом. Черные как смоль волосы (я в курсе, что в оригинале армяне рыжие, но что уж поделать, если нам в город таких не завезли), черные глаза, но при этом от мамы мальчику досталась бледная кожа. Смотрелось офигенно, если честно. Этот достоин знака вопроса.

"5. Жека"

Этот был из разряда Дюши. Тоже скромный, застенчивый, послушный маменькин сынок. Разве что русые волосы были прямые, да глаза серые, а не голубые.

Замечательно. С этими все ясно. Надо присмотреться к четверым из пяти. Теперь "бревна".

Тут и проще, и сложнее. С одной стороны, в то лето из этой компашки я "контачила" только с Вадимом, с другой, с ним же мы откровенно дрались, с чего, собственно, общение с "бревнами" и началось. Весь июль мы ожесточенно выясняли отношения, а в августе общими усилиями всех друзей зарыли топор войны и дальше гуляли вместе. Кто из них мог на меня заглядываться, даже не представляю, ибо я после ссор с Козлом (сокращенно Кз) ни на кого из них не смотрела, как на парней. Они были бледным антуражем для злодейств своего предводителя.

"1. Тоха"

Шикарный пепельный блондин с глубоко посаженными синими (именно синими) глазами. Выпивоха, но добрый малый. В двадцать три умер в тюрьме от передоза. Нда, перспектива. Два вопроса. Первый — основной, второй — а оно мне надо?

"2. Миха"

Тохин младший брат. На удивление брюнет. У мелкого жизнь сложилась получше, но благополучием там тоже и не пахнет. Когда я спрашивала общих знакомых год назад, он был все еще жив, а сколько протянет? Его одна проститутка в двадцать гепатитом каким-то страшным наградила. Так, этому точно минус!

"3. Виталик"

Кареглазый невысокий шатен, вполне милый, но этому минус. Почему? А просто он впоследствии женился на Ане — черноволосой змейке из нашего серпентария. Лишать "заклятую подругу" мужа мне не хотелось.

"4. Валерик"

Лучший друг Виталика. Будущий муж Лёки, Аниноймладшей сестры. Тоже минус.