Университет языков (СИ) - Андреева Александра Сергеевна - Страница 93

Холодало. Ветер становился сильнее. Вставать не хотелось. Застыть, замёрзнуть, перестать чувствовать… А она-то доказывала Рейчел, что она такой же человек, как и остальные, просто с другим цветом глаз и волос! Просто с другим цветом… «Эти мутно-серые глаза и волосы! Да одно её имя…» Ниа умоляла его голос замолчать, но он продолжал звучать, становясь всё громче. Глухо застонав, девушка обхватила голову руками. Сжать, раздавить, перестать чувствовать…

Подняться её заставило занятие с Рои. Нужно перенести его. Сегодня она больше никого ничему не сможет научить.

В коридоре она встретила Байри и попросила его сказать Рои, что плохо себя чувствует. Потом заперлась в своей комнате и спряталась под одеяло. На полке медленно тикали часы: четыре, пять, шесть, семь…

Всё, всё, всё, всё… Ты жалкое серое существо. Исчезнешь — и мир станет ярче!

— Эридан… — прошептала она, комкая одеяло, — Эридан…

Ниа нестерпимо хотелось, чтобы он был рядом, чтобы сказал ласковое слово и посмотрел с любовью, хотя и видя в ней другого человека. Сейчас она согласилась бы и на иллюзию.

В коридоре послышался шорох и недовольное сопение. Хаски! Ниа вскочила и открыла дверь:

— Прости! Я совсем про тебя забыла!

Щенок фыркнул и побрёл на своё место около кровати.

— Хаски, — она робко погладила его, — Хаски, скажи, тебе ведь всё равно, какая я?

Щенок бросил на неё хмурый взгляд исподлобья, мол, зачем задаёшь глупые вопросы, и отвернулся.

— Что это значит?

Что значило его: «Конечно, хорошими знакомыми мы стать можем»? Ниа не понимала. Зато смысл других слов был убийственно ясен. Он не оставлял даже крошечной надежды.

— Без-на-дёж-ная, — по слогам произнесла она, почти физически ощущая на губах горечь этого слова.

На глаза снова навернулись слёзы. Ниа пошла в ванную, открыла кран с холодной водой — маленькая месть самой себе. Подставила ладони и держала, пока не перестала чувствовать пальцы, потом плеснула в лицо. Ледяные капли стекали по щекам вместе со слезами. Она оперлась мокрыми руками о края раковины и подняла голову — всё, как он сказал.

И то ли сегодня Ниа взглянула на себя по-другому, то ли дело было в его словах — но она вдруг поняла, что всегда обманывала себя. Она не смирилась со своей внешностью, она просто научилась не замечать её. Такой же человек, как и все, просто с другим цветом глаз и волос. Она много раз повторяла это предложение, но сейчас, смотря в зеркало, поняла, насколько абсурдным оно было. Вспомнились косые взгляды одноклассников и насмешливый шёпот девочек, стоявших в кружке у окна. А когда фотограф делал выпускные фотографии, кто-то крикнул: «Можно мне альбом без неё?»

И под этой кофточкой из цветных лоскутков ты хочешь спрятать свою серость?

Нет.

Может, мама так и думала, когда надевала на неё розовые, голубые, зелёные платьица, но она продолжала их покупать, чтобы сделать чуть-чуть ярче мир. Это было похоже на возвращение долга: она забрала у мира краски, она должна их отдать.

Вот и ответ — простой и удивительно печальный в своей простоте. Пусть ей в жизни никогда не получить того, о чём она мечтает, но она может стать маленькой ступенькой на пути к мечте для других. Элафос, Тэрос, Анемос, Антос, Рои, Вэле — помочь им найти своё счастье — вот цель и радость её жизни. Единственные цель и радость.

Но как же больно, что…

***

Следующий день был весь заполнен занятиями: Вэле, Рои и вечером — профессор Сатабиша. Встречи с Хидори девушка боялась больше всего. Особенно первого взгляда — чтобы проверить, как она себя чувствует.

Как она себя чувствует? Смирение, коснувшееся души вчера, не покинуло её, но вместе с ним внутри поселилась обречённость. И вот эту самую обречённость она ни за что не хотела показывать профессору.

Ниа чётко, с выражением читала все предложения, правильно переводила и не сделала за урок ни одной ошибки. Но когда она, уже попрощавшись, подошла к двери, Хидори тихо спросил:

— Для кого ты сегодня изучала язык Аин?

И, правда, странный язык. На нём трудно что-нибудь скрыть. Конечно, она понимала, что хотел сказать профессор. Нельзя сделать счастливыми других, если ты сама несчастна. Но она научится, научится принимать это за счастье. Просто нужно время.

А время текло медленно. Долгая ночь почти без сна, потом пятница. Снова занятия с Вэле, с Рои. После ужина она немного поучила новые слова и пошла гулять с Хаски. Осень тянулась к зиме, на мелких лужах уже появилась тонкая корочка льда. Кутаясь в старенькое клетчатое пальтишко, Ниа брела под фонарями. Скоро начнёт темнеть совсем рано, а день превратится в короткую вспышку. Выпадет снег, и весь мир станет белым.

Но это будет потом, а сейчас к её ботинкам прилипали разноцветные листья, и пахнущий дождём ветер поднимал к небу концы вязаного шарфа.

Вернувшись в университет, Ниа долго вытирала ноги, даже попрыгала на половичке. Но один листочек всё-таки остался. Красивый такой, жёлтенький, можно будет засушить.

— Ниа! А я как раз собиралась идти за тобой! — кожаное пальто, лакированные сапоги на шпильке и глаза близоруко щурятся под очками в дорогой оправе.

— Эдита? Когда ты приехала?

— Полчаса назад. Пойдём, ты мне нужна! — она схватила Ниа за рукав и потащила к лифту.

— Куда мы едем? — спросила девушка, когда Эдита нажала кнопку «четыре».

— В преподавательскую. Там тихо. Это идеальное место.

— Идеальное место для чего?

— Для записи!

— Для записи?

Двери открылись, Эдита вытолкнула Ниа из лифта.

— Быстрее, уже и так поздно! Заходи!

Она сделала шаг и замерла на пороге. За столом сидел Солус Альгеди. Увидев Ниа, он быстро встал.

— Эдита, что всё это значит? — спросил он, в голосе послышалось раздражение.

— В понедельник я должна показать материалы спонсорам! То есть они станут нашими спонсорами, если им понравится макет. Мне нужно сделать аудио- и видеоприложение к учебнику. Для видео Ниа, конечно, не подойдёт, поэтому я договорилась с моделями. Они будут картинкой, а звук мы наложим ваш.

— Наш?

— Ну, а чей?! Я могу попросить и дикторов прочитать текст, но это будет совсем не язык Аин! А спонсоры должны почувствовать, что этот язык — нечто совершенно особенное, необыкновенно прекрасное! Тогда у нас будут деньги, широкая реклама и всё остальное!

— У меня не очень красивый голос, — пробормотала Ниа, глядя себе под ноги, — а когда записываешь, он вообще таким детским становится. Может, лучше ты…

— У меня совсем нет времени, и потом я же главный редактор. Так что придётся тебе. Я составила несколько диалогов, — Эдита показала на папку, лежащую на столе, — потренируйтесь пока, сейчас Фил принесёт аппаратуру. А я пойду к профессору, надо ещё обсудить некоторые детали. Удачи!

Она унеслась, как маленький смерч.

Солус вздохнул и снова опустился на стул.

Ниа в нерешительности стояла на пороге комнаты. Уйти ей или остаться? Будет Солус делать то, о чём попросила Эдита? Но он молча смотрел в одну точку.

Ниа развязала шарф, сняла пальто и осторожно повесила на спинку стула, потом сама опустилась на краешек.

Солус достал наугад из папки два листа, один бросил через стол ей, один оставил у себя. Ниа посмотрела на название — «В магазине».

— Начинайте, — сказал он.

Она пододвинула текст поближе.

— Здравствуйте! — получилось тихо и жалко.

— Здравствуйте! — небрежно ответил Солус. Похоже, ему было наплевать на спонсоров.

— Извините, пожалуйста, вы не могли бы мне помочь?

— Да, конечно. Что вас интересует?

— Я бы хотела купить зонт.

— Какой цвет вы предпочитаете?

— Жёлтый.

— …Почему?

— …Потому что сегодня передавали прогноз погоды. Весь день будут низкие серые облака и совсем без солнца. Поэтому мне очень нужен жёлтый зонт…

— Этого нет в тексте, — тихо проговорил Солус.