Дикая работа (СИ) - Данина Лилия - Страница 42

Чирис не выдержала и всхлипнула, прижав устройство к груди. К ним подошла Шэни, и Ардж привлёк к себе обеих, обнимая за плечи.

— Берегите друг друга, пока меня не будет, — как можно более весёлым и ободряющим голосом наставлял он их.

Женщины в последний раз обняли его и молча отступили в сторону, отпустив. Ардж, отвернувшись от толпы провожатых, прошёл на корабль. Его встретила настороженная тишина спящей машины, показавшейся сейчас особенно чужой и холодной. Но наваждение быстро пропало, когда Ардж запустил двигатели. Кораблик зашуршал и приподнялся над площадью, затем начал неторопливый подъём к выходу в открытый космос.

Воин включил внешнюю камеру, поймав в объектив своё семейство, столпившееся на краю площади. Чирис с Шэни обнялись и, задрав головы, смотрели вслед отлетающему кораблю. Девочка с трудом сдерживала слёзы, но не отрывала взгляда от катера, пока он не скрылся за последней, внешней стеной.

Ардж отключил запись и сохранил её. Может и не очень радостная, но у него тоже останется память о них. Настроив автопилотирование, он положил себе на колени подарок Чирис, рассматривая, не торопясь открывать, растягивая этот момент. Затем острый коготь прошёлся по едва заметному желобку, и пенал раскрылся, а у Арджа на коленях остались лежать несколько небольших колец, вырезанных из чистой, не тронутой ни единой трещинкой, бирюзы ярчайшего небесного цвета. Каждое украшение изображало свернувшегося в несколько колец змея. И где она только такие камни умудрилась достать? Он взял одно и приблизил к глазам, рассматривая и невольно поражаясь мастерству женщины. Змеи, словно живые, свивались спиралями, шипели, смотря каменными глазами, и казалось, что вот-вот могут броситься на посмевшего притронуться к ним.

Ардж хмыкнул и украсил неожиданным подарком волосы, одно кольцо закрепив на передней косе, чтобы оно всегда было под рукой. Прикосновение к камню дарило странное спокойствие и тепло. И можно было, прикрыв глаза, помечтать, что Чирис с Шэни сейчас находятся рядом с ним, а он вовсе не летит ни на какое задание Старейшин, а сидит в их комнате, слушает ворчание женщины, которая в очередной раз жалуется, что её рабочие совсем от рук отбились.

Глава 11. Пираты

— Созерцатели? Не смеши меня! Что они могут?! — пренебрежительно фыркнул Туррон. — Если даже Я не смог добраться до этого идиота, никому другому это в принципе не под силу.

Вождь промолчал, с задумчивым видом перебирая в пальцах длинные ониксовые чётки — памятный подарок Александра. А Старейшина, не дождавшись ответа, уже серьёзно, с плохо скрытой угрозой, прорычал:

— Ларга, я тебя предупреждаю: не втягивай сюда людей. И мальчишку не нужно было трогать. Сидел он в своём монастыре и сидел бы дальше…

— Его оттуда выгнали, — безучастным тоном ответил Ларга, — уже давно. Я думал, ты знаешь. Твои же разведчики за каждым его шагом следили.

Туррон открыл было рот поспорить, но передумал. Вроде бы что-то такое его шпионы докладывали про мальчишку. Но тогда он не придал этому особого значения, отчего информация просто затёрлась в памяти более существенными вещами.

Они находились на нижнем уровне Хранилища Знаний. Здесь сохранялись самые древние исторические архивы. И Старейшина, узнав, куда направился Ларга, последовал за ним, чтобы проконтролировать, не собирается ли вождь использовать что-нибудь запрещённое для возвращения в родные пенаты своей любимой игрушки.

Ларга, как ни в чём не бывало, продолжил:

— В любом случае я не собираюсь больше сидеть в бездействии и ждать непонятно чего. Моё упущение, что ты затравил его, поэтому больше к твоей помощи не прибегну, можешь идти.

Туррон в бешенстве от подобной наглости скрипнул клыками и злобно процедил, с трудом сдерживая бушующий внутри гнев:

— Обвинять меня в этом? Ларга, ты совсем разум потерял… Хочешь рискнуть безопасностью всего племени ради одного выродка? Что ж, посмотрим, что на это скажет Совет Старейшин.

Отвернулся и направился прочь, оставив вождя в одиночестве бродить по пустынным коридорам.

Злость Старейшины отчасти можно было понять. Мало кого Туррон так презирал и недолюбливал, как людей. Не стал здесь исключением и покоритель воздуха. В своё время Туррон сделал всё возможное, чтобы Александра изгнали из Города. В итоге сам Ларга был вынужден вывезти ещё толком неподготовленного ученика на материк.

Но и тогда Туррон не оставил Котова в покое, постоянно подозревая в предательстве. К Александру приставили наблюдателя — Руту. Ларга пытался сгладить этот конфликт, но выходило далеко не всегда. И если на закономерное возмущение Александра о появлении личного «надзирателя» ещё можно было говорить, что Рута — учёный, не подчиняется Туррону и послан Городом, как помощник, то с толпами шпионов и головорезов из гильдии самого Старейшины это уже не проходило.

И в последние годы абсурдность этой ситуации стала просто зашкаливать. Александр продолжал работать на них, но Ларга чувствовал, как ученик постепенно отдаляется не только от всего племени, но и от него, и от своих друзей из Города. Наблюдать за этим было неприятно, и возникало ощущение, что Туррон постепенно добивается своего, отвращая человека от Белого Города, заставляя Александра ненавидеть всё их племя. Словно специально загоняет в распахнутые объятия врага. Чтобы там же и прикончить.

«Слишком долго я пытался играть по твоим правилам, Туррон, — угрюмо думал вождь, всматриваясь в гранёные камни лежащие на ладони. — Надеялся, что одумаешься. Видимо, зря…»

Теперь же ему оставалось надеяться, что ещё не всё потеряно. Должен быть способ отыскать парня, помимо снов, Ларга был уверен в этом. Нужно только поискать как следует, и его обязательно на что-нибудь натолкнут. Так уже не раз бывало. И как бы на это не злился и не шипел Туррон, нельзя им сейчас терять покорителя воздуха. Хотя бы из той же целесообразности безопасности. Всё же с появлением Александра они значительно укрепили свои позиции на материках…

Поняв, что уже начинает готовить речь для Совета, Ларга лишь усмехнулся, представив, как бы над этим посмеялся Лекша. Спрятал чётки и направился наверх.

Во второй раз дети пришли следующим утром и простояли чуть дольше, смотря круглыми глазами на странное белое существо, возвышавшееся на скале. Чешир, ласково урча, тёрся о руки своих маленьких благодетелей, выклянчивая ласки и угощение, выказывая полнейшее счастье от встречи и уговаривая приходить к нему ещё. Но даже его присутствие рядом не смогло надолго успокоить панику в маленьких головках.

Александр слышал, как они тихонько о чём-то переговаривались, и с каждой секундой голоса наполнялись страхом и первобытным ужасом, заставляющим уносить ноги от непонятного и странного со всей возможной скоростью. Вот и сейчас мелюзга оставила на границе густого кустарника новую корзинку и быстренько скрылась в лесных сумерках, не рискнув даже к скале приблизиться, чтобы рассмотреть застывшего изваянием Белого.

— Можно мне уже пошевелиться? Они ушли, — тут же раздался жалобный голос волка.

— Можно, — разрешил Александр, выбираясь из своего укрытия.

Оба поторопились к корзине, пока на неё не обратил внимание исчезнувший в зарослях Чешир, решивший немного проводить своих перепуганных друзей. В этот раз к похлёбке присоединилась какая-то мясная снедь. Но Котову мясо показалось слишком жёстким, и он без сожалений отдал свою долю зверям.

Как и думал Александр, а позже подтвердил и разведчик, шнырявший над деревенькой, оставлять в покое новую «находку» дети не собирались. Когда от деревни отделилась небольшая группка, направившаяся в сторону реки, он быстренько завершил все свои упражнения и спрятался среди скал, решив пока не показываться и без того перепуганным маленьким аборигенам. Волк встал на краю скалы встречать возможных гостей — его они уже видели, не должны сразу убежать, а Чешир отправился к своим друзьям.