Дьявол во плоти (ЛП) - Клейпас Лиза - Страница 51

— Да, — мрачно ответила Лилиан.

— И они…

— Да.

Себастьян поморщился.

— Должно быть, увиденное поразило тебя в самое сердце.

— Меня поразило не столько увиденное, сколько безрассудство Меррит. Лечь с мужчиной в постель средь бела дня? Это совсем на неё не похоже. Она ведёт себя так, будто скандал не может её коснуться, хотя должна прекрасно понимать последствия.

— Как и Кир. Но они оба помешались. Ты же помнишь, как это бывает в начале романа.

Она поморщилась.

— Да, находит временное помешательство и губы вечно обветренные. — Скрестив руки на груди, Лилиан тяжело вздохнула. — Расскажи мне об этом молодом человеке. Он шёлковый кошелёк или свиное ухо5?

— Он золото. Большой, бесстрашный парень… привлекательный и сообразительный. Надо признать, манеры немного простоваты, и гигиена хромает: потребовались коллективные усилия, чтобы привести его в порядок. Но в целом, прекрасный молодой человек.

— Как он относится к Меррит?

Себастьян помедлил с ответом.

— Что творится между двумя влюблёнными, известно только им двоим. Но из того, что я видел, у их романа есть задатки многообещающего продолжения. Они ладят без труда. И вместе противостоят невзгодам. Многие браки начинались с гораздо меньшего, в том числе и мой.

Лилиан кивнула и погрузилась в размышления.

— Как насчёт брака? Готов ли он поступить с Меррит по чести?

— Он ради неё отрубит руку.

— Хорошо. Ей придётся выйти замуж за него. Или за кого-то другого. Меррит слишком часто нарушала светские условности с тех пор, как стала вдовой. Слухи об этих отношениях станут последней каплей. Как нам всем известно, высшее общество хлебом не корми, дай только разнести в пух и прах репутацию респектабельной женщины, нарушившей правила. — Она замешкалась. — Я беспокоюсь за неё.

За все годы их знакомства Себастьян ни разу не слышал, чтобы Лилиан признавалась в своих страхах.

— Меррит ничто не угрожает, — сказал он. — Десятки достойных мужчин завтра же сделали бы ей предложение, если бы она только пожелала. Но сдаётся мне, что ей нужен только этот.

Лилиан рассеянно покачала головой.

— Боже мой, Себастьян. Она с такой тщательностью выбрала себе первого мужа, а теперь связалась с мужчиной, которого едва знает и с которым у неё нет ничего общего.

— Общие интересы со временем появятся, — отметил он. — Куда важнее иметь схожие ценности.

— Да? И какие же у вас с Эви общие ценности? — беззлобно поддразнила Лилиан.

Себастьян на мгновение задумался.

— Мы с ней оба всегда хотели, чтобы я был счастлив. — Когда Лилиан от души рассмеялась, он предложил ей руку. — Не присоединиться ли нам к остальным?

— Нет, пойду прогуляюсь до бухты и немного поразмышляю. Можешь сказать остальным, что я снова обрела свой милый нрав и больше не пышу гневом. И не беспокойся о том, чего не в состоянии изменить. "Жить нужно, глядя вперёд". Маркус в последнее время часто повторяет эту фразу, но я никак не могу запомнить имя философа, который её сказал.

— Кьеркегор, — подсказал Себастьян. — "Жить нужно, глядя вперёд, но понять жизнь можно, только оглянувшись назад".

— Да, точно.

— Буду иметь в виду.

Лилиан импульсивно протянула ему руку, и он благодарно сжал её на мгновение.

— Заключим перемирие, старый друг? — мягко спросил Себастьян.

Губы Лилиан изогнулись в улыбке.

— По прошествии тридцати лет мы вполне можем попробовать.

Глава 30

Кир сидел у костра в песчаной бухте, наблюдая за тем, как кормятся прибрежные птицы. Чернозобики, ржанки и кулики семенили по мокрому песку, выискивая в нём моллюсков. Пернатые жалобно посвистывали и настороженно следили за чайкой, которая выкапывала зарывшихся ракообразных.

"Совсем скоро, — иронично подумал он, — мне самому придётся добывать пропитание вместе с птицами".

Кир умирал от голода. С утра ему удалось выпить лишь чашку чаю, которую подал Калпеппер перед тем, как его побрить.

Камердинер сказал, что лорд и леди Уэстклиф завтракают с герцогом и герцогиней. Предположив, что Кир к ним присоединится, камердинер принёс элегантный утренний пиджак, жилет и полосатые брюки из серой шерсти. Кир решительно отказался спускаться к столу. Он сообщил, что собирается в бухту, поэтому ему понадобится повседневная одежда и парусиновая обувь. Хотя старому слуге явно не понравилась эта идея, он повиновался.

Кир чувствовал себя трусом, который, вместо того чтобы встретиться лицом к лицу с Уэстклифами, тайком выскользнул из дома. Но ему не хотелось встречаться одновременно и с ними, и с герцогиней.

— Возможно, тебе стоит пока отсидеться здесь, — предложила Меррит Киру, — а я спущусь вниз и разузнаю обстановку.

Кир согласился особенно в свете того факта, что мать Меррит недавно застала их вместе в постели. Он ответил Меррит, что, скорее всего, прогуляется в бухту, где побудет в одиночестве, да и погода для этого располагала.

Если бы его ещё не съедал голод.

Вздохнув, Кир ткнул берёзовое полено. Оно погрузилось в бушующее пламя костра, и в воздух взмыло облако дыма и искр. Сквозь танцующие сверкающие блики он заметил выходившего с тропинки на пляж человека.

Женщину в чёрном плаще. При виде Кира она остановилась, явно смутившись, что в бухте находился кто-то ещё.

Кир поднялся на ноги и неловко потянулся к шляпе, но вдруг вспомнил, что не надел её.

Женщина направилась к нему лёгким, бодрым шагом. Когда она приблизилась, он смог хорошо её разглядеть. Она была красива, с густыми тёмными волосами, овальным лицом и весёлыми карими глазами. Женщина чем-то напоминала Меррит, но с менее пышными формами и удлинённой фигурой, будто её осторожно растянули примерно дюймов на пять вверх и вниз.

"Леди Уэстклиф", — догадался Кир, и в нём вспыхнуло смущение.

— Сигнальный огонь? — непринуждённо прокричала она с отчётливым американским акцентом. — Пытаешься спастись?

Она улыбнулась точь-в-точь как Меррит. Её нос едва заметно сморщился, а внешние уголки глаз слегка приподнялись.

Тревога Кира понемногу рассеялась.

— Да, — ответил он, — но только не уверен, от чего.

Она хотела что-то сказать, но вдруг остановилась как вкопанная. Её изумлённый взгляд скользнул вниз к его ногам и снова вверх.

— Твою мать, — пробормотала она себе под нос.

Кир беспомощно на неё уставился. Он никогда прежде не слышал подобных выражений от женщины.

Леди Уэстклиф закрыла рот.

— Прошу прощения. Просто ты выглядишь как…

— Знаю, — проговорил он с долей досады.

— Ты просто вылитый он в молодости, — всё ещё в замешательстве сказала она, — в те не самые лучшие для него времена, до женитьбы на Эви. — Она нахмурилась. — Но к тебе это, конечно, не имеет никакого отношения.

Кир кивнул, не зная, что на это ответить.

Разговор сдулся, как проколотый воздушный шарик. И они оба не знали, как вдохнуть в него жизнь.

— Миледи… Вы хотели со мной поговорить? — спросил Кир.

— Вообще-то, я пришла сюда, чтобы предаться размышлениям. Я не ожидала здесь кого-то встретить.

— Тогда я вас оставлю, — предложил он. — Разведу для вас огонь посильнее…

— Нет, пожалуйста, останься. — Она сделала паузу. — Что ты здесь делаешь?

— Прячусь.

Ответ её позабавил.

— Надеюсь, не от меня.

Её смех так сильно напоминал смех Меррит, что сердце Кира потянулось навстречу к леди Уэстклиф, как цветы навстречу солнцу.

— Я избегаю не только вас.

— Я тоже избегаю остальных.

— Хотите посидеть со мной у огня?

— Да, — сказала она. — Давай притворимся, что мы закончили вести светскую беседу, и сразу перейдём к нормальному разговору.

— Не так давно ты решила никогда больше не выходить замуж, — напомнил Меррит отец, пока они шли по утопленной тропинке к бухте. После завтрака они проговорили за чаем около часа, оставшись наедине в утренней столовой. От беседы с папой всегда становилось легче, он был прагматичным, отзывчивым человеком и обладал сверхъестественной способностью быстро улавливать детали и видеть последствия.