Фанатка: до взлета (СИ) - Милош Тина - Страница 5

… Для меня это было настоящей сказкой. Я находилась в окружении людей, которых раньше видела только на экране телевизора или же на страницах журналов. Дискомфорт и страх уже прошли, и, хотя легкая неловкость все же присутствовала, мне было приятно быть в их обществе, особенно с Филатовым. Вспомнилась статья по психологии, что все известные люди храпят во сне и ковыряют в носу так же, как все обычные люди. Представила, как Леонид засовывает палец в нос — и не удержалась от смешка.

— Чего смешного? — неожиданно повернулся ко мне объект моих желаний, и я испугалась настолько, что будто приросла к сидению. Впервые за вечер он обратил на меня свое внимание.

— Ничего, — слабая попытка почувствовать себя в своей тарелке провалилась, а Филатов вновь переключился на телефон, начисто забыв о моем присутствии.

— Завтра составишь нам компанию в прогулке по городу? — предложил барабанщик и затряс рыжей шевелюрой. — Мы здесь не местные, а отдохнуть хочется.

Я открыла рот, чтобы ответить возбужденным согласием, но вовремя захлопнула. Была уверена, что идея с завтрашней прогулкой является всего лишь шуткой. Но музыканты, видимо, так не считали, и перед тем, как попрощаться, заставили меня продиктовать номер моего мобильного.

— До завтра, Надежда, — по слогам попрощался Алексей и махнул рукой. Я вежливо попрощалась в ответ и, постоянно оглядываясь, зашла в подъезд. Для меня события сегодняшнего вечера казались несбыточным сном. Вот сейчас я открою глаза, и все исчезнет в утренней дымке.

До родной квартиры я доковыляла с довольной улыбкой на лице. В коридор тут же выскочили мама с Любой и, перебивая друг друга, начали спрашивать, где я так долго пропадала.

— Все просто отлично, — загадочно прошептала я сестре на ухо и, хромая, скрылась в своей комнате, оставив родных в абсолютном недоумении.

Не прекращая улыбаться, направилась в ванную. Искупалась, в пижаму переоделась, плеер перед сном включила… Даже не вериться, что человек, голос которого звучит из наушников, еще пару часов назад сидел рядом со мной. Складывалось острое ощущение нереальности происходящего.

Чмокнула экран телефона, на заставке которого светилось лицо Филатова, и мечтательно закрыла глаза. Из-за переполнявших эмоций уснуть никак не получалось. Раз за разом прокручивала в памяти… нет, не беседу в гримерке или поездку на микроавтобусе с кумирами миллионов. Из головы никак не выходил любимый образ. Ровные скулы, чувственная линия губ… и меня ничуть не останавливает тот факт, что обладателю самых красивых в мире губ сорок два года. Леонид Филатов — самый лучший. Вопрос лишь в том, есть ли у меня шанс завоевать его благосклонность? Ведь если мне и вправду завтра позвонит Бахтин и напомнит об импровизированной прогулке, то я снова окажусь рядом с Леней.

Закралось сомнение, что вряд ли мне позвонят, ведь я всего лишь фанатка, одна из многих, когда как они — рок-звезды, известные по всей стране.

Я так и пролежала до утра с открытыми глазами и гипнотизировала телефон в ожидании самого важного звонка в моей жизни. Усталости после вчерашнего концерта я не испытывала, наоборот, во мне бушевали сумасшедшие, бешеные эмоции! Я, та девочка, которая могла всего лишь мечтать прикоснуться к звезде, не просто оказалась рядом, а получила предложение о новой встрече! Это ли не чудо…? Но пообещать можно что угодно, не обязательно ведь всему верить? Хотя девчонки из столичного фан-клуба, одного из самых крупных фанатский сообществ «Внедорожника», с которыми я иногда общалась по социальной сети, рассказывали, что, мол, «наш любимый Ленечка — самый честный артист, потому что никогда не отменял концерты и никогда не игнорировал поклонниц». Вот это притяжательное «наш», которое московские фанатки вставляли в каждом предложении, и стало камнем преткновения. Я не хотела делиться Леней ни с кем, мечтала, чтобы он принадлежал мне целиком и полностью. А суета и обмен фотографиями, дисками, плакатами, вырезками из газет, чем занимались девочки из фан-клуба — всегда казались мне слишком мелочными, хотя моей коллекции позавидовала бы любая из фанаток. И не то чтобы я считала себя достойной большего, чем мои московские сверстницы, но все же эгоистично считала Леню только своим.

Расстроенно подумала о том, что среди моих экспонатов, посвященных Филатову, не хватает одного, самого желанного — автографа. Не распечатанному на цветном принтере росчерку «Моей самой драгоценной поклоннице», которым со мной поделилась одна из столичных фанаток. Этот автограф был написан другой девочке, чужой, а мне нужен был оригинал, настоящий. Я бы повесила его себе над кроватью рядом с плакатом и каждый день любовалась надписью, считая теперь уже себя «самой драгоценной».

А потому, когда утром на экране маленького смартфона высветился незнакомый номер, я тут же нажала кнопку принятия вызова.

— Надя? Это Леша… — знакомый голос: — группа «Внедорожник». Ты помнишь о нашей вчерашней просьбе?

— Да, — ответил чересчур быстро, чересчур эмоционально, что, наверное, даже напугала собеседника, но через пару мгновений он предложил:

— Сможешь через час подъехать к гостинице?

Мгновенно согласившись, начала одеваться, все еще не веря, что мне на телефон позвонил гитарист любимой группы. С ужасом вспомнила вчерашний образ модной дивы и вытянула из шкафа теплые джинсы и вязаный свитер, довольно разглядывая свое отражение в зеркале. Да, так будет более приемлемо и буднично. Нет смысла наряжаться, когда тебя уже выбрали? Боль в ноге почти прошла, но обуть все же пришлось удобные угги.

Вскоре я уже стояла у входа в гостиницу, но пройти туда не представлялось возможным. Разношерстная толпа молодых парней и девушек не сводили взгляд с парадной двери, у некоторых в руках были плакаты с надписями «Внедорожник — лучшие!» и «Мы вас любим!» Пройти мимо них не представлялось возможным, эта была словно живая стенка. Сравнила себя со стороны с этими поклонниками — такая же незаметная, но безумно желающая стать замеченной. И вчера, кажется, у меня это получилось.

Вновь позвонил Алексей и попросил пробраться в гостиницу. Поклонники тут же посчитали меня самой наглой фанаткой и ни в какую не хотели пропускать, но мне на помощь пришел охранник гостиницы. Под недовольные возгласы фанатов он все же буквально протащил меня внутрь, где уже собрались Краснов, Бахтин и Шустов. Они выжидающе посмотрели на меня, будто не замечая моего нескрываемого разочарования. На мой немой вопрос о том, где же Леня, Сергей пояснил, не вдаваясь в подробности и не акцентируя внимания на имени фронтмена:

— Миха с Инной решили провести время вдвоем, им это редко удается. А у Лени творческий процесс.

Я понимающе кивнула головой и улыбнулась как можно шире, чтобы парни не заметили моего глубокого сожаления. Хотя актриса из меня никакая, и, конечно же, моя несбывшаяся надежда на автограф или того лучше — общее фото, читалась на моем лице как бегущая строка. Врать и скрывать собственные намерения я никогда не умела, да и в эту гостиницу по первому звонку от Алексея я приехала только ради Филатова. Остальные музыканты меня интересовали не больше, чем любые другие. Моей единственной сияющей звездой на небосклоне был Леня.

Доброжелательный администратор гостиницы проводил всех нас к служебному входу, так как парни не желали встречи с толпой фанатов. Я немного задумалась — считаю взрослых мужчин, которым уже глубоко за тридцать, парнями, будто бы они мои ровесники. На самом деле самый младший из них на целых пятнадцать лет меня старше. Да и к черту! Кто вообще придумал эти возрастные барьеры?

Музыканты боялись быть узнанными, поэтому натянули капюшоны как можно ниже, едва ли не до подбородка, и буквально за несколько секунд преодолели расстояние между дверью и остановившимся в паре метров черный микроавтобусе. Вчера я не особо разглядела это автомобиль, а в этот раз успела рассмотреть и логотип гостиницы, и надпись «ВИП-гости» на лобовом стекле. Мне показалось, что водитель, явно привыкший к вот таким ВИП-гостям на пассажирском сидении, понятия не имел, кто такая группа «Внедорожник». Для него это были обычные люди, правда, как оказалось, веселые, общительные, яркие — в общем, такие же, какими я их видела вчера на сцене. И пока микроавтобус нарезал круги по городу, Валентин накидывал одну идею за другой, решая, куда можно пойти отдохнуть. Мои слабые приглашения в музей или галерею он даже рассматривать не стал, выбирая между кинотеатром и ледовой ареной. Остановились все же на кино — я не умею кататься на коньках.