(Не)фиктивный брак (СИ) - Атран Варвара - Страница 4

Время вышло, и отец стал требовать от нее исполнения условий договора. Он никогда не считался с чувствами, не принимал всех этих творческих перипетий. Его душа и сердце были такими же сухими и черствыми, как страницы гражданского кодекса. И в этих условиях он взрастил дочь, которая по природе своей должна была с самого рождения купаться в чувствах, учиться им.

Мама Влады умерла в первый год ее жизни от поздно обнаруженной онкологии. Девочка даже не успела почувствовать материнской ласки, как ее тотчас не стало. Бабка по отцовской линии ни заменить мать, ни имитировать точно не смогла бы. Она была как раз-таки носителем гена черствости, который, как доминантный, унаследовал и единственный ее сын. Бабушка по линии мамы жила в Болгарии и всю свою жизнь ухаживала за лежачим супругом. Когда умерла их дочь, они и вовсе отказались от всяческих отношений с Полянскими. Но бабушка Нина звала внучку каждое лето в Болгарию, только так они могли видеться и мало-мальски общаться.

По случаю дня рождения дочери, а больше из-за важного события в их семье — скорой свадьбы Влады и Антона Железнова, отец снял клуб в центре Москвы. Были приглашены не только друзья и близкие именинницы, Юрий Полянский позвал и некоторых своих партнеров. Антон Железнов прибыл в компании друзей, никак не выказывая своей осведомленности по поводу сегодняшнего важного объявления Полянского. Не в его характере было демонстрировать свои чувства, но это отнюдь не означало, что он не упивался этой победой глубоко в душе.

Влада всегда была желанной добычей для Железнова. Его талант видеть перспективу еще на стадии задумки проекта давал и в жизни большие преимущества. Он с самого первого взгляда понял, что эта женщина для него лучшая партия в совокупности с положением и связями ее отца, разумеется. И хотя девушка была сродни бушующему океану, Железнов знал, что, укротив эту стихию и направив ее энергию в нужное русло, он получит огромные выгоды. Этот мужчина был до тошноты расчетлив, и потому никогда бы себе не позволил утехи на стороне с размалеванными одноразовыми куклами. В сферу его интересов всегда входили только самые полезные из самых полезных, поскольку и сам дать мог он немало.

С порога он вел себя как хозяин, взглядом коршуна рассматривая каждого из гостей, но лишь единицам выказывая свое расположение или просто внимание. Его маленькие серо-зеленые глаза скользили по залу, пока наконец не нашли нужного человека. Антон коротко кивнул будущему тестю и хитро улыбнулся. Полянский ответил ему тем же, и каждый из них продолжил веселиться.

Влада стала немым зрителем в диалоге взглядов двух мужчин, только что предрешивших ее будущее одним кивком головы. Она сжала бокал в руке и быстро осушила терпкий мартини. «В любой жуткой ситуации — бухай!» — подбодрила она себя и опрокинула еще один. Отец, видимо, уловил настроение дочери, а потому решил не дожидаться, пока она напьется в стельку, и надзирателем последовал за ней.

— Сделай одолжение, прекрати вливать в себя все, что горит, со скоростью заправки топливного бака.

― Папа, не пойду я за этого утырка! ― шипела Влада, злобно поглядывая в сторону выбранной отцом партии.

В этот момент в дверях клуба появился Максим. В руках он держал огромный букет белых роз. Прямо с порога все внимание женской аудитории было даровано богу красоты и обольщения. Казалось, его буквально окутывало божественное сияние, так благоговейно смотрели на молодого человека женщины. На нем был серый пиджак и потертые голубые джинсы. Светлые волосы будто в беспорядке зачесаны на бок. Он вальяжно снял солнечные очки и огляделся в поисках именинницы. А когда нашел, то подарил самую обворожительную улыбку, на которую не был способен ни один смертный. Никто во всем зале и поверить бы не мог, что эта лучезарная улыбка — фикция и часть игры.

— Ты дала обещание! — рявкнул отец. — И сдержишь его!

— Нет, — загнанная в угол резко ответила девушка. — И у меня есть веская причина!

— Не мели чепуху, Влада. Твои отсрочки с книгами у меня уже в печенках сидят!

— Я не могу выйти за Антона не из-за книг, — приняв окончательное решение, спокойно объявила она.

— А по какой же в таком случае причине?!

— Я… я дала обещание другому!

Из-за того, что отец разменивает ее, словно монету на базаре, Владе больше ничего не оставалось, как только схватиться за ту единственную спасительную соломинку, которую ей протянула судьба. Уже сейчас девушка знала, что будет бесконечно сожалеть об этом поступке, но она изначально определилась, кто из двух зол: Фридман или Железнов — меньшее.

— Да что ты?! — вскинул брови отец и радостно посмеялся над детскими попытками дочери улизнуть от ответственности. — Ну и кто же он? Давай, познакомь меня с моим зятьком.

— Да пожалуйста, — цокнула Влада и указала на стильного блондина, ожидающего чуть в стороне. — Уверена, Максима Фридмана представлять тебе не нужно.

Настала очередь Влады ликовать. Она скрестила руки на груди и высокомерно уставилась на хватающего ртом воздух отца. После секундного онемения тот наконец пришел в себя.

— За дурака меня держишь?

— С чего бы? Разве я не могу сделать выбор, если на мои руку и сердце нашлось аж два кандидата? Ты даже возразить ничего не можешь, с точки зрения выгоды, и тут удача на стороне Фридмана. Породнившись с ними, у тебя будет больше шансов на удвоение активов, чем от союза с Железновыми. Тогда что не так?

— Уверен, это блеф.

— Вообще-то, нет, папа, — улыбка искусителя появилась на лице Максима, слово папа он произнес с особым теплом.

В мгновение внимание отца было переключено с дочери на псевдозятя.

— Ваша дочь, моя дорогая Владушка-оладушка, дала мне свое согласие этим утром. Поверьте, сказав «да», она сделала меня самым счастливым мужчиной на земле! — Максим явно переигрывал и делал это умышленно. Он понимал, что сейчас он король положения, поэтому решил потрепать нервы Влады в отместку за недавнее.

— Вы даже не встречались, — экзаменовал отец, пристально разглядывая обоих.

— Мы не афишировали, — спокойно парировал ложью Максим.

— Ты бабник, каких поискать, — новый контраргумент отца.

— Это давно в прошлом, но, к большому сожалению, дурная слава будет тянуться за мной еще долго. Верьте, я раскаиваюсь. И какое все-таки счастье, что ваша дочь полна искреннего чувства ко мне, а потому слепо доверяет.

— И где же кольцо? — отец специально оставил этот козырной вопрос напоследок, считая, что им он разрушит любые сказки этих двоих.

— Эх, не думал, что это будет в такой обстановке… — опускаясь на колено, играл озадаченного принца Макс, — но иначе вы не поверите.

— Что ты делаешь? — прошептала в ужасе Влада, увидев, как тот достает из кармана пиджака маленькую красную коробочку.

Вмиг вся наигранность сошла с лица парня. Он обратил на Владу взгляд, полный искренних чувств и надежды. На кону стояла его свобода, и он не мог так просто отказаться от нее. Руки молодого человека едва заметно дрожали, а слова рождались не так стремительно, как обычная пустая болтовня в исполнении Макса Фридмана.

— Влада, ты пленила мою бедную душу, и только тебе решать, будет жить она вечно или умрет в этот короткий миг. Выходи за меня, и тогда я обещаю, что ты будешь счастливее, чем с кем бы то ни было.

Крышка коробочки медленно открылась, и взору Влады предстал целый бриллиантовый айсберг в оправе из белого золота. Умирать, так с музыкой!

— Я… согласна, — ошарашено произнесла девушка, позволяя надеть на свой безымянный палец помолвочное кольцо.

Макс самодовольно поднялся с колен и, воспользовавшись замешательством «невесты», поцеловал. Девушка с трудом сдержалась, чтобы не влепить ему пощечину, но вдруг опомнилась. Максим столько сейчас сделал для того, чтобы отец им поверил, она не могла так просто все испортить. Зная, что сейчас подвергается самому пристальному осмотру, она превозмогла свое отвращение к Максу Фридману и ответила на поцелуй. Молодой человек даже испугался секундой и приоткрыл глаза, но Влада едва коснулась его щеки, напоминая о необходимости завершить эту сцену правдоподобно.