Ведьма, околдовавшая его (СИ) - Ячменева Алена - Страница 31

— Да? — наигранно удивилась Ламия. — Не заметила.

Она снова медленно отпила из бокала. На этот раз Никандр был готов не только к гадкому вкусу пойла, которое ему подали, но и к крепости, поэтому смог выпить и не закашляться, но тяги попробовать снова «вино» у него не возникло, как и поинтересоваться у королевы что означает её угощение. Он чувствовал, что сделал что-то не так, не по обычаям этого замка, и королева над ним потешается, как и в случае с куриным бульоном.

Весь оставшийся завтрак Ламия поглядывала на него одновременно насмешливо и вызывающе, словно ждала, когда он, наконец, потребует объяснения. Но Никандр сдерживался, решив не признавать своё поражение и требовать от королевы ответа. Он уже понял, что Ламия необычная женщина, с ней надо быть всегда настороже и на шаг впереди. Поэтому Никандр через силу пил крепкий, вонючий напиток и стремительно пьянел.

— На прогулку со мной сегодня пойдёте? — словно издеваясь, поинтересовалась Ламия, когда их тарелки опустели.

— Наверно… лучше нет, — с трудом ворочая языком, ответил мужчина, уже плохо не только видевший перед собой женщину, но и сохраняя прямую позу. Он чувствовал головокружение, неуместное веселье, мягкость в теле, ему хотелось улыбаться без причины, поэтому из последних сил он принял решение удалиться от королевы, пока не наговорил или не сделал чего-то лишнего.

— Вам нехорошо? — заботливо поинтересовалась Ламия.

— Да… что-то… пойду, — односложно ответил Никандр, поднимаясь на ноги.

Рука его, которой он оперся на стол, соскользнула, он завалился набок и упал бы, если бы его не поддержала одна из девушек.

— Я вас провожу? — поинтересовалась она явно не у него, а у Ламии.

Та поощрительно махнула ей, продолжая улыбаться и наблюдать за пьяным королем, который пытался выглядеть трезвым.

— Осторожно, — напутствовала Рамилия, когда служанка выводила Никандра, уворачивающегося от неё, из столовой.

Мужчина плохо различал что с ним и где он, зато отчетливо услышал смех королевы, когда за ним закрылась дверь.

Ламия расхохоталась, испугав всех девушек и Рамилию, которая подошла к полуспящей подавальщице вина, как только король покинул столовую.

— Ты что ему принесла? Рела! Рела! Да что с тобой, девчонка? — она требовательно затрясла девушку за плечи.

— Я… не… ик… ой…

— Позови кого-нибудь с кухни, — распорядилась сквозь смех Ламия, обращаясь к одной из перепуганных служанок. — Рамилия, да оставь ты её. Видно же, что она пьяна.

— Ничего не понимаю, — растерянно ответила управляющая. — Ламия, я правда не знаю, что случилось. В замке нет вина. Ни капли! Как ты и велела! — горячо заверила она королеву.

— Да знаю я, — продолжая смеяться, ответила Ламия, у которой уже слезы на глазах выступили от веселья. — Вот я и хочу узнать, чем они его умудрились так сильно напоить парой бокалов, — Ламия кивнула на кувшин и ей его с опаской поднесли. Королева заглянула в него, принюхалась и тут же отвернулась скривившись. — Фу! Гадость какая! Как он это пил?

Рамилия тоже подошла к королеве и понюхала содержимое кувшина.

— Боги! Он же и отравиться так может!

В это время в столовую зашли две перепуганные женщины с кухни и Ламия перевела на них взгляд.

— Что здесь? — спросила она, указывая на кувшин. — Говорите, не бойтесь. Я ругаться не буду, — пообещала она.

Женщины мешкали некоторое время, но затем признались:

— Рела прибежала в панике, сказала, что вы приказали принести вино… а у нас же нет ничего… приказа о закупке не было… а Рела говорила, что вино срочно нужно… не знали, что делать… но мы попробовали перед тем, как подавать, чтобы никого не отравить…

— То есть Рела не одна пробовала? — испугалась Рамилия. Женщины кивнули, девушка-служанка, которая за ними ходила, подтвердила:

— Там все пьяные. Только они трезвые.

— Да, я приказала, — нетерпеливо согласилась Ламия, перебивая их. — Поэтому и ругаться не буду. Что здесь? Рассказывай. Мне интересно.

— Ваш крепкий отвар, который вы для лечения ран и порезов готовите, и смородиновое варенье.

Ламия снова расхохоталась, а Рамилия схватилась за сердце.

— Олин к королю отправьте. Пусть его осмотрит, а потом Релу и тех, кто на кухне… И купите вина что ли для него…

— Ещё чего, — сквозь слезы смеха возмутилась королева. — Никакого вина в моём замке. Для всех правила одинаковые. Хочет король вина — пусть уезжает.

ГЛАВА 23. Ведьминское чувство юмора

Никандра вырвало вскоре после того, как он добрался до своих покоев. Ревен и Олин застали его как раз обнимающего ведро в попытках прочистить желудок от угощения королевы, в то время как Фавий и Рит кружили рядом и пытались выведать что произошло. Вот только королю было не до разговоров, все его внимание было сосредоточено на ведре и шуме в голове.

— О Боги! — всплеснула руками Ревен, увидев, что происходит. — Как вы?

Мужчина встрепенулся и поднял на неё полупьяный взгляд.

— Она… меня отправила, — заговорил Никандр впервые после возвращения и своими словами взволновал и без того встревоженных друзей.

— Мне так жаль! — снова заахала Ревен. Олин поспешно раскрывала свой саквояж с лекарствами на полу около дивана, на котором сидел король.

— Дайте ему воды, пожалуйста, — попросила она Фавия, стоявшего около столика с графином. Тот кивнул и попытался налить воду в бокал, но лекарша это не одобрила. — Можно и весь графин. Надо много воды. И пусть кто-нибудь принесет ещё, — попросила она Ревен и та дала распоряжение служанке, которая привела короля в покои после завтрака. Та тут же убежала.

— Нет… — не согласился Никандр. — Меня тошнит. Не хочу воды.

— Надо чтобы зелье вышло, — заметила Олин. — Обычно мы используем этот отвар для обработки ран, чтобы воспаление не началось. Оно хоть и пахнет алкоголем и пьянит быстро, но не применимо для питья…

Ревен согласно кивнула.

— Когда Госпожа запретила весь алкоголь в замке, были у нас подобные случаи. Несколько женщин пробовали этот отвар. Ничего страшного не случилось, но поболели они потом знатно, чтобы отбить охоту и к вину, и к прочему… Видимо, на кухне кто-то вспомнил, что отвар пьянит даже лучше вина, но про последствия забыли…

— Я не понял, — признался Фавий, перебивая женщину и подавая Никандру графин с водой. — Тебя отравила королева? Зачем?

— Не думаю, что у Госпожи стояла цель вас отравить, — тут же попыталась защитить свою Госпожу Ревен, обращаясь к Никандру.

— Я тоже, — хмыкнул король, прополаскивая рот и делая несколько глотков. После того как его вырвало, в мыслях появилась ясность в отличие от того состояния, в котором он покидал королеву. Хотя голова так и продолжала кружиться, а телом всё ещё владела слабость. — Она просто с удовольствием надо мной посмеялась, — презрительно фыркнул мужчина, отставляя ведро, откидываясь на спинку дивана и прикрывая глаза.

На этот раз здешняя тётушка не спешила оправдывать Ламию, только обернулась к Олин и поторопила её дать королю лекарство. Девушка как раз капала какое-то снадобье в стакан с водой, поэтому тут же подскочила на ноги и протянула его Никандру.

— Выпейте, станет легче.

Король приоткрыл один глаз и настороженно посмотрел на предложенное.

— Это не очередная отрава?

— Нет! Что вы! — горячо заверила молодая лекарша, кажется испугавшись его обвинения. — Это желудочные капли. Чтобы перестало тошнить.

Никандр ещё некоторое время раздумывал, а затем быстро проглотил лекарство поморщившись.

— Ладно. А теперь вы мне расскажете, что я на этот раз сделал не так? — поинтересовался он у женщин, снова закрывая глаза, чтобы комната перестала кружиться.

Ревен и Олин переглянулись, явно чувствуя неловкость.

— Дело в том, что в своё время король Ларель был пристрастен к вину и очень много пил… С тех пор Госпожа ненавидит не только пьяных людей, но и алкогольные напитки в целом. Особенно недолюбливает пьяных мужчин…