Прости, я тебя не ждал (СИ) - Данлеви Мальва - Страница 26

Тело Олега Зиновьева умерло от старости, в полнейшем одиночестве, в казенном доме престарелых, во сне. Почти мирная жизнь получилась. Почти!

Пятая жизнь была мне знакома по прошлой жизни — детдом. Мать написала отказную от меня еще в роддоме, в семью не забрали, хотя Мария Лопатина была вполне себе здоровым ребенком, что странно. Но не брали, не красивая я была по общепринятым меркам — заячья губа и деформированный, из-за этого же недуга, нос совсем не красили меня. Почти сразу, что тоже не объяснимо чудесно, после выпуска, мне выдали однокомнатную квартиру в только что отстроенном доме, со свежим ремонтом. Мечта! А нет, квартирные аферисты, добровольно-принудительное подписание дарственной на жилье и все. Больше Марии Лопатиной никто не видел, уснула и не проснулась. Я знала, что так будет и не сопротивлялась. Зачем? Только лишние побои и страдания перед неизбежным концом.

И вот она моя жизнь номер шесть. Самая лучшая, по моему мнению. У меня нормальная, по здешним меркам, семья. Мать, я и старший брат, правда, он наркоман и тянет из семьи все соки, но с этим можно жить.

Мне восемнадцать, у меня красивое тело и лицо, короче, старт отличный.

Только, вот я помню прошлую жизнь, и она не сопоставима с этой. А еще я помню, кто у меня эту жизнь забрал. Помню и не забуду никогда.

Глава 29

В этой жизни меня зовут Радмила Винник, мы переехали в Москву больше семи лет тому назад с другого конца страны, здесь у моей биологической мамы, Зои Винник, жила сестра с мужем. Приехали в гости и остались навсегда, были на то свои причины: моего старшего брата Димку здесь посчастливилось определить в какой-то крутой реабилитационный центр. Вообще, много в нашей жизни вращалось вокруг этого великовозрастного наркомана со стажем, но мне этого никогда не понять, поэтому даже пытаться не стану.

В родном городе мама работала учителем в школе, преподавала физику и химию, а здесь вынуждена была скрести золотые унитазы, ибо за крутой рехаб нужно было платить крутые деньги. М-да, вы удивитесь, но таковы реалии здешнего современного мира: благородные профессии не всегда бывают высокооплачиваемыми.

Школу я закончила с золотой медалью, а в институт поступила сама и получала повышенную государственную академическую стипендию. Ага! А все почему? Да потому, что люди тут в высших учебных заведениях изучают то, что мы в Истинном Космосе на первой ступени Академии проходим. Семечки!

В целом, по меркам московского середнячка, мы жили не плохо, я подрабатывала, косила деньги с тупых, но богатых мажоров из цветника золотой молодежи, а мама наводила чистоту и блеск в имении какого-то богатея. Место работы Зои Винник я никогда в глаза не видела, но была очень наслышана, как живут «денежные мешки» на Рублево-Успенском шоссе. Олигархи! Люди в этой стране таких боялись, ненавидели, а еще жутко завидовали им и, все это, многие делали, сидя дома на диване и ковыряясь в носу. Смешной мир, нелогичный и жестокий.

Мама рассказывала, что хозяин у нее злой, угрюмый и страшный, как смертный грех, но платит хорошо, а больше с него и не требуется. Может быть сегодня я и увижу, наконец-то, этого страшилу при деньгах, ну или хотя бы его многомиллионные хоромы рассмотрю поближе. Интересно же как сильные мира сего живут. Страшной убогости я за пять жизней насмотрелась, а вот обратная сторона медали для меня всегда была недоступна.

Почему именно сегодня? Оу, мама моя подарила мне на мой восемнадцатый день рождения сногсшибательный подарок — автомобиль! Чудо инженерной мысли на деле оказалось той еще колымагой, но дареному коню, как говорится, в зубы не смотрят. И вот она я, в далеком прошлом сапфировая драконица Равана Малигос, а ныне студентка-отличница Радмила Винник, рассекаю по Москве на старом и ржавом ведре отечественного автопрома и почти что счастлива.

Преодолев ни один километр, промеж высоченных трехметровых кирпичных заборов, обнесенных колючей проволокой и, наверное, под высоким напряжением, я, наконец-то, достигаю конечной точки своего мини-путешествия.

Вынимаю старенький, потрепанный жизнью, смартфон из заднего кармана джинсов и набираю номер своей биологической матери. Зоя отвечает почти сразу:

— Приехала все-таки, — со вздохом констатирует она факт моего появления.

— Ну, мам, договаривались же. Да и мне нужна практика вождения, — пытаюсь оправдать я свою настойчивость.

— У нас развозка через час, дождалась бы, — бухтит мать, но я уже не слушаю ее и отключаюсь. Пусть бесится, все равно сделаю, как мне надо.

Минут через пять тяжелые железные створки ворот разъезжаются в стороны и Зоя с каким-то мужчиной, полностью одетым во все черное, подходит ко мне и стучит в окно моей жалкой развалюхи. Со всех сил кручу заедающую крутилку стеклоподъемника и радостно киваю, приветствуя подошедших.

— Ты давай это, не стой тут, проезжай-ка внутрь, подождешь там. Хозяина, все равно, до завтра не будет. А то, чего доброго, нажалуются на тебя еще сердобольные, больно подозрительные соседи, что торчишь тут без причины, — проговорил охранник, пока мать неловко переминалась рядом, с ноги на ногу.

Я в ответ только улыбнулась во все свои тридцать два зуба и завела со второй попытки почти «любимый» ретро автомобиль.

Заехав на территорию имения, я слегка выпала в осадок. Живут же люди! Интересно, сколько здесь соток земли? Дофига — вот такой бы был ответ. Дом шикарный! Прям, полет дизайнерской мысли. Динамичная архитектура из стекла, бетона и дерева, притягивает взгляд, а ухоженные аллеи и высокие сосны вокруг дома заставляют замирать от восхищения. Красиво и стильно, но, ни в коем случае, не кичливо, а наоборот, солидно и с отменным вкусом.

— Нравится? — спросила мать, а я только кивнула, рассматривая, окружающие меня, виды, — площадь особняка аж четыреста шестьдесят квадратных метров, представь! А живет Станислав Михайлович тут один. И нафига ему это все? Наверное, от количества бабла на счетах, мозги у этих олигархов совсем текут, раз строят себе подобные дворцы, — завистливо и немного уныло вещала Зоя, — а участок вообще двести восемьдесят соток и это, не считая, озера на заднем дворе. Куда одному мужику столько, а, Рада?

Я только пожимала плечами и улыбалась. Мне людей не понять, все их существование зациклено на зависти к ближнему и выпендреже перед толпой, мол «посмотрите, у меня больше, лучше, дороже…». А надо ли им самим столько и не знают вовсе. Многие ведь зарабатывают такие суммы, что и за десять человеческих жизней не потратить, а все гребут и гребут, а потом остервенело чахнут над этим богатством, страшась потерять хоть копейку из «честно нажитого». Деньги…за них в этом мире могут, и мать родную убить, и ребенка продать, и вообще сделать все, что угодно. Все покупается и все продается.

— Пошли, я тебе дом покажу, пока ребята из охраны добрые, — и потащила меня за руку в направлении входа.

Но, стоило нам только перешагнуть порог и снять обувь, как на улице послышались какие-то непонятные крики и возня, а у мамы зазвонил мобильный и в трубке послышался оголтелый мужской крик:

— А ну обратно давайте! Живо! Хозяин вернулся, сейчас нам всем головы пооткрутят за то, что посторонние на территории…

Галактическое дерьмо!

Зоя после этих слов чуть в обморок не хлопнулась, лицо ее даже не побелело, а позеленело от страха за свою шкуру, место в этом доме и дальнейшую судьбу.

Ну, что этот пресловутый…как там его?…Станислав Батькович, совсем изверг что ли за подобную чепуху наказывать? Хотя, тут местное население только и занимается, что самоутверждается за счет более слабых особей. М-да, попали мы, походу.

Обувались в спешке, хорошо хоть на улице лето и не нужно долго мудрить с обувью. А когда вышли за дверь, то увидели, что, помимо моей допотопной развалюхи, на подъезде к дому стоят еще три черных внедорожника Range Rover.

С опаской глянула на Зою, а та уже почти чуть не плакала.

— Мам, прости, — сжала я ее ладонь, но женщина только отмахнулась от меня и опустила голову в пол, боясь, по ее мнению, неминуемой и страшной кары.