Академия для старшей дочери графа 3 (СИ) - Хегбом Юлия - Страница 27

Спасибо, конечно, ректору за его похвалу, но неужели он посчитал мой рык "Прикройте!" за организацию обороны Академии?

Или дела были настолько паршивы, что даже этот гневный выкрик причислил мозги остальным учащимся?

Я не стала спрашивать, что это за яд, так как ректор и сам был не прочь поделиться со мною информацией, разразившись целой лекцией о том, что не так уж часто встречается это дерево, которое в простонародье зовут "смерть", так как и стрелы из его древесины несут мгновенную смерть, и капля сока фруктов — смертельна, и запах цветов, и их пыльца — смертельны, и даже простого прикосновения к листьям достаточно для смерти.

Эти деревья изничтожаются жесточайшим образом, но вот нашёлся "добрый человек", сохранил деревце на собственном приусадебном участке.

— Носилки сообразите, магические, или левитацию подключите, и портал в мою комнату! — злобно рявкнула я, так как Вик опять стал задыхаться.

Мне нужен был доступ к моим медикаментам, так как лазарет Академии явно не был оборудован современными аппаратами реанимационного мобильного модуля.

Ректор создал портал и просто левитировал Эльвиканте в портал, пока я шла рядом и держала на весу капельницу.

К моему вящему неудовольствию, слишком много учащихся Академии тоже шагнуло в портал за мною и ректором.

И ладно бы только Рлен и Истинная Эльвиканте Тайри, но и друзья Вика, и мои Щитоносцы, и прочая публика.

Поэтому в комнатах сразу стало тесно… вокзал в час пик был менее многолюден, чем наша с Рленом комната.

Глава 31

— Так, все учащиеся немедленно покидают мою комнату через портал и не мешают реанимационным действиям, — хмуро сказала я, так как толпа народа попросту путалась у меня под ногами — Могут остаться Тайри, ректор и Рлен, остальных прошу на выход. Рлен будет поддерживать телепатическую связь с Ричардом и Терсалем и информацию о самочувствии Вика вы будете получать через них.

Ректор довольно бесцеремонно выгнал всех учащихся кроме Тайри и Рлена, взашей.

Показание к проведению трахеотомии и интубации — наличие тяжелого ларингоспазма, Вик не мог дышать сам из-за интоксикации. И гипоксия[10] развивалась почти мгновенно.

Я подключила ИВЛ[11] и с тревогой наблюдала за Эльвиканте.

То, что он почти сразу после ранения стал задыхаться, мне не понравилось, так как если состояние мальчишки не улучшится после подключения ИВЛ, мне придется как-то по-другому решать эту проблему.

Тем более, я не понимала, почему он стал задыхаться: или ядом поражена трахея, или не справляются с интоксикацией легкие и запущен процесс повреждения эпителиальных клеток и альвеолоцитов из-за явно выраженной воспалительной реакции?

Извлечь стрелу и не получить самой отравление у меня не вызывало проблем.

Маска для дыхания плюс медицинские перчатки и стрела отправилась в изолированный контейнер для опасного бактериологического, биологического или магического материала. Ведь эту стрелу даже не сожжешь: дым от такого действа будет еще более ядовитым, чем попадание этой заостренной деревяшки в рану.

В течение нескольких часов мне пришлось бороться за жизнь мальчишки, путём тыка подбирая терапию от интоксикации, используя как антидоты с земли и ИВЛ, так и магию.

Лечения от отравления стрелой ядовитого деревца ранее просто не было.

Так что и Рлен, и ректор, а главное — Тайри смотрели на меня, как на какое-то непонятное божество. Я божеством себя не ощущала. Я ощущала себя выжатым лимоном, пропущенным вначале через мясорубку, а затем и через соковыжималку.

Одним словом, когда Эльвиканте открыл глаза и несколько растерянным взглядом поглядел на меня, попытавшись что-то спросить (ага, самое оно, когда подключен ИВЛ), я была на грани обморока от усталости.

К тому же разболелась голова. Может, я все же вдохнула часть ядовитых испарений от стрелы?

Я, ректор и Тайри стояли к Эльвиканте ближе всего, но я на всякий случай решила, что введу антидот всем, кто присутствовал в момент ранения Вика.

— Не пытайся говорить. Ты был ранен, покушение не удалось, но ты еще очень слаб, — о том, чем именно в него стреляли, я решила Вику не рассказывать.

Однако, моя стратегия по утаиванию информации не увенчалась успехом: я и забыла, какой Эльвиканте эрудит (*в отличие от меня, с разными магическими техниками и ядами незнакомой).

Ну конечно, если тебе с детства пророчат смерть во время покушения, научишься разбираться и в ядах, и в остальных средствах убийства. В совершенстве.

— Вик говорит, что понял, чем его ранили, он был уверен, что умрет, — тихо сказала Тайри, — Он благодарен за спасение, так как знает, что кроме тебя его никто бы не спас.

Ну да. У драконьей девчонки же телепатическая связь с ее Истинным! Как я могла об этом забыть?

— Спроси у Вика, как он себя чувствует. Если ему больно, пусть обязательно скажет, не терпит. Ваша драконья этика может достаточно негативно повлиять на его выздоровление. У него сейчас стоит капельница, но обезболивание я делала только местное, когда извлекала стрелу.

Вик слышал, что я сказала и некоторое время Тайри и мальчишка общались телепатически.

Причём, Тайри явно в чём-то убеждала Вика.

Пока они обсуждали, имеет ли право Истинный драконочки попросить обезболивающее, я ввела антидот и себе, и ректору, и Рлену. А затем и Тайри.

Затем я плюнула на стойкую убежденность Эльвиканте, что ему "не больно" а все симптомы, свидетельствующие об обратном "ничего не значат", и в конце концов всё же подключила капельницу с обезболивающим.

А пока Эльвиканте телепатически "шипел" на Тайри по этому поводу (правильно, это не он не мужественный, и страдающий от боли, это я наглая, настырная, себе на уме, и никакого пиетета к его положению не выказывающая — без спроса подключила обезболивающее) я, решив, что самый "тяжелый" пациент и под присмотром, и занят, попросила ректора прислать мне "на экзекуцию" в смысле, введение антидота всех, кто мог отравиться парами ядовитой стрелы.

Строго по одному.

Не собиралась я потом искать всех, кто хотя бы немного пострадал из-за этого яда по всем общежитиям и аудиториям Академии.

Хотя все, что я хотела на данном этапе, это спать.

Глава 32

Бессонная ночь осталась позади, антидот я вколола всем, кто даже случайно мог отравиться. Поспать удалось только два часа.

Встала я с рассветом. Поставила капельницу Вику. Заснуть снова не смогла. Здравствуй, кофе, ты со мною на целый день.

Поначалу я думала, что удастся выспаться днём. Так как у нас с Эльвиканте один больничный на двоих. Он — ранен, я за ним присматриваю.

Всё таки пророчество о том, что Вика убьёт какой-то псих никто не отменял, а мне уже успели доказать чисто эмпирически, что в этом мире и проклятия вполне реальные, и пророчнства исполняются.

Хотя мне совершенно не хотелось, чтобы Рлен пошёл на учебу в гордом одиночестве, но я надеялась, что Тайри, Терсаль, Ричард, а также "военное ополчение первого курса" наследника Императора за ним присмотрят, и не допустят драки или перепалки с Маэльтаром.

Одним словом, я думала, что меня ждет спокойное, размеренное времяпровождение до завтрака… ага, ЩАЗ!

Как оказалось, Эльвиканте не собирался пропускать лекции.

Или быть основной причиной, по которой лекции пропускаю я. А еще он не хотел надолго расставаться с Тайри.

А подождать подружку до того счастливого момента, когда она вернется с занятий — это же почти до четырех часов дня не наблюдать симпатичную физиономию своей Истинной-дракона, и знать, что вокруг нее вьется два чистокровных дракона и два полукровки, причем один из полукровок еще не выбрал себе истинную! Невозможно-немыслимо!