Изнанка Прекрасного (СИ) - Серебрянская Алита - Страница 65

Они так же как и я не знали, где Стас.

Я звонила ему пол ночи, а еще сегодня много раз перед боем. Но все бесполезно.

Несколько раз разговаривала ночью с Лешей, так как они все переживали за него и меня. Оказывается, Меркулов оставил мне много смс перед гонкой, предупреждая, что они едут с Вознесенским на заезд, только было уже поздно. Телефон валялся в рюкзаке.

Я вновь окинула трибуны.

Он забыл или все же не захотел?

Прозвучал гонг, и я вышла вновь на ринг, поднимая руки.

Три минуты.

Впереди был последний раунд, и у меня оставалось три минуты, что бы окончательно закрепить свою победу.

Я смогу. Я должна. Я контролирую ситуацию.

Я же ее контролирую?

Нихрена!

И поняла я это в тот момент, когда бросила вновь взгляд на толпу, потом на вход, на друзей Стаса… как мне тут же в лицо прилетел мощный хук справа. Кожа на брови треснула, и я почувствовала жгучую боль.

Снова взгляд на ребят – удар в челюсть. Каппа хрустнула, а может быть это мои зубы съехали с рельс.

Взгляд на трибуны – и еще один хук. Кожа на губе, как и на брови, лопнула, и я почувствовала соленый вкус.

Мотнула головой, так как небольшие звезды полетели перед глазами, и снова взгляд на зрителей.

Удар в скулу.

Меня били в лицо, а болело сердце.

Я не слышала, как мне кричал что-то тренер, не обращала внимания, как толпа затихла.

У рыжих все же есть душа – потому что моя сейчас ревела.

Он не пришел…

– Рыжая! Руки! Подними чертовы руки! – очередной джеб вывел меня из транса, и я услышала крик одного из близнецов.

И когда на меня посыпалась очередная серия ударов в голову, я только тогда поняла, что уже давно опустила руки.

Глава 44

Стас

Открыл глаза и сразу же пожалел об этом, так как мне словно в башку топор всадили. Голова адски раскалывалась, а тело затекло от долгого нахождения в неудобной позе.

Первое, что увидел – тёмные волны, которые плавно переходили в чёрное звёздное небо.

Можно было бы представить, что здесь мило, и даже романтично, если бы не боль во всем теле. Разогнулся, пытаясь понять, что я тут вообще делаю, как в голову вернулись картинки последних событий. Бэмби – гонка – Рыжая!

А, точно, я же тут типа страдаю!

Черт! Я буквально вывалился из тачки, потому что все туловище свело судорогой. Спать сидя в машине – полная параша!

Вдохнул морского воздуха. Не полегчало.

После разговора с Рыжей я три часа гнал в одну сторону, пока сам не заметил, как добрался до заброшенного пляжа, где прямо в одежде развалился на песке. Херову тучу часов думал не пойми о чем, поглядывая на волны и звезды, размышляя о том, чтобы утопиться. А потом, обнаружив в багажнике несколько бутылок вискаря, благородно оставленные Тимом, накидался одной из них в хлам.

Да-а-а... настоящий мужик! Просто блестящее решение всех проблем. 

Помню, что пьяным прокручивал миллион мыслей в своей тыкве. Вспомнил историю Никитоса, который рассказывал про проблемы Рыжей: суд, избиение, попытку изнасилования, ее срок. Бляяя... сопоставить факты, что и мой батя скрыл от меня правду, не составило труда. Но уже тогда мне похрен было даже на это.

Пьяный в хлам я уже для себя решил – что бы я не видел там на гонке, как бы этот трейсер не тискал ее, нам с конопатой надо поговорить. Нет, не так! Нехер нам разговаривать. Я просто приеду, заберу ее и посажу на цепь, если будет необходимо. Хуй ей, а не бородач.

Пострадал и хватит! Я вообще может все это придумал, она же, черт возьми, девственница была. Даже если что-то у нее и было с этим здоровяком после меня– похрен. Переживу как-нибудь.

С этой мыслью я бухущий в дрова и сел в тачку, уверенный в своих силах, что поеду извиняться перед своей малыхой. Уехал не далеко, а точнее вообще не уехал – прямо за рулем и отрубился.

Глянул на часы на руке, которые показывали двенадцатый час ночи. Нехерово я тут проторчал – почти сутки. Треть от этого времени изображал страдающего мужика, треть бухал, остальную часть продрых.

Взял телефон, который все это время был на беззвучном режиме. Увидел хуеву тучу входящих звонков и сообщений. От нее в том числе.

Нам действительно надо разобраться во всем. Я вчера вспылил. Ладно, признаю, психанул и повел себя как истеричка! Но при воспоминании о том, что ее кто-то трогал еще кроме меня, у меня глаза кровью наливались.

Придумал сам себе образ милой девочки, а ведь я совсем ничего о ней не знал. Но в одном был уверен – она не могла так притворяться! Невозможно так подделать искренность и играть в чувства, ведь неделя, которую мы провели, была просто незабываемой. И я уверен, не только для меня.

А ведь все было на поверхности. Просто я влюблённый идиот нихера не видел. Сейчас отчетливо врубался, что она действительно пыталась сказать мне правду и не раз. Выводила на разговоры, а я своими ответами все обрубал.

Нажал на вызов и стал ожидать ответа.

– Чего тебе? – услышал в трубке мужской голос и напрягся.

– Трубку Рыжей передай! – уверенно произнёс, пытаясь держать себя в руках.

– Она спит, – выдал собеседник.

Время позднее: она спит, и он рядом. Нереальное чувство ревности вспыхнуло во мне снова. Ничего, я с ним еще побадаюсь за нее. Отобью ему всю охоту крутиться возле моей маленькой.

– Разбуди! – потребовал в ответ.

– Она не спала всю прошлую ночь, и сегодня у нее был тяжелый день. Дай ей отоспаться. Завтра в универе продолжите свои разборки, – устало проговорил парень.

Не спала всю ночь? Не из-за него же?

Переживала из-за меня? Лучше буду так думать.

Вряд ли она как и я, давила сопли в алкоголе. Моя Бэмбик не такая.

Я замолк, пытаясь решить, что ему ответить, как тут же меня осенило.

– У нее же сегодня были соревнования...

Блять! Сука, я все проебал!

– Она проиграла, – ответил он и сбросил.

Дерьмо, дерьмо!

И статус «Говно года» я смело присуждаю себе. Спасибо, аплодисментов не надо.

Просто охуительно поддержал девушку! Браво, Стас!

Зашёл в чат нашей фантастической четверки.

Вы были на ее соревках?

Друзья тут же появились в он-лайне, и первым ответ накатал Тоха: «Иди в зад!»

Карамеля был еще более краток и просто скинул мне смайлик фака. Да и Леха не стал крыть меня длинными эпитетами:

«Мудила!»

Даже возразить нечего.

Завел мотор, разминая затекшие мышцы. Три часа дороги, и еще несколько часов до утра.

Бородатый сказал, что она придет в универ. Отлично, там и разберемся, главное не поседеть от нервов за это время.

Утром подъехал к ее дому, надеясь, что она пойдет к первой паре. Но из подъезда она так и не вышла, и я подумал о том, что она могла быть у него, поэтому рванул в универ. На пару не пошел, нервно ожидая ее за нашим столом.

– Стас, мы правды не хотели лезть. Думали, что вы сами разберётесь. Она сказала, что расскажет тебе сама.

Мы сидели вчетвером и они рассказывали, кто и когда узнал про Рыжую. И если с Тохой была чистая случайность, то Мерч конченная козлина, которая столько времени молчал.

Смысл его слов на тусовке дома у предков тоже мне стал понятен только теперь. Я действительно не видел очевидного.

На вопросы о том, кем являлся ей здоровяк, и как вчера прошли соревнования, парни на отрез отказались отвечать. Тихушники гребанные. И интриганы.

– Как видишь, не рассказала, – обречённо уронил подбородок на грудь, как услышал приближающий рёв мотоцикла. Резко повернул голову к парковке, надеясь, что это именно она – моя конопатая лапушка, но лишь напряженно закатил глаза. – Этих тут только не хватало…

Два чёрных мотоцикла припарковались возле моей тачки на парковке универа. Один из них снял шлем, и я снова встретился взглядом с этим долбанным бородатым здоровяком. Его наглая ухмылочка просто раздражала, а кулаки против воли сжались. Отвернулся от них, пытаясь собраться с мыслями и не потерять контроль.