Огонь внутри (СИ) - Драгайцева Дарья - Страница 42

— Якоб! — дрожащим голосом позвала Кларисса. — Сынок, подойди сюда.

Мальчик неохотно убрал руки от драконицы и послушно подошел к матери.

— Я завел нового друга, — заявил он, широко улыбаясь.

— Алира! — мягко обратился Авенир. — Пожалуйста, вернись в тело человека.

Драконица не отреагировала на слова отца, продолжая горящим взглядом следить за Якобом. Внутри Каролины зашевелилось подозрение.

— Якоб, повтори слова Авенира, — велела она. — Твою новую подругу зовут Алира.

Если мальчик и удивился словам Каролины, то виду не подал. Он кивнул и обратился к драконице:

— Алира! Ты можешь стать человеком?

Тело драконицы стало уменьшаться, принимая человеческие черты. Исчез хвост, морда стала меньше, и вскоре на поляне сидела юная блондинка. Она восхищенно смотрела на Якоба и протягивала к нему руки.

Кларисса не смогла удержать сына, он ринулся к Алире и обнял её, доверительно прижимаясь щекой к щеке.

— Что, черт возьми, происходит?! — не выдержала Каролина.

Авенир потер лоб и признался:

— Я не знаю, что случилось. Алира родилась последней из всех драконов, после неё ни один ребенок не выживал. Она… — он замялся, а потом с горечью признался: — Моя дочь слабоумная.

На взгляд Каролины, Алира выглядела абсолютно нормальной. Но боль на лице Авенира была настолько осязаемой, что Каролина сразу же поверила в его слова.

— Папа! — воскликнула Алира, продолжая обнимать Якоба. — А я нашла свою пару!

Тут застыли все. Слова девушки заставили пораженно переваривать информацию.

— То есть как? — шепотом проговорил он.

— Он так приятно пахнет, — сообщила Алира, глубоко вдыхая запах Якоба.

Кларисса выдохнула, издав слабый смешок. Она продолжала цепляться за Каролину, и той пришлось остаться на месте. А вот Авенир медленно подошел ближе и присел на корточки.

— Что ты имеешь в виду, милая моя? — ласково спросил он.

— Вчера у меня появился друг. Она сказала, что у меня есть пара.

— И что ты сделала? — допытывался Авенир.

Алира задумчиво нахмурилась.

— Я… украла из твоего кабинета эликсир, который пил Ингвар. Прости, папа.

Пока Авенир утешал и успокаивал дочь, Каролина осмысливала услышанное. Получается… Алира — истинная пара Якоба? Какое счастье, что Авенир хранил доработанный вариант эликсира, а не тот, который выпил Ингвар! Где бы они потом искали драконицу и семилетнего мальчика?..

— Этого не было в моих видениях, — с отчаянием прошептала Кларисса.

Каролина поняла, что сложившаяся ситуация приносит одновременно и хорошее, и плохое. Отношения драконов укрепятся не только с Каринтией, но и с Вормессом, королевой которого станет Алира, когда Якоб подрастет и возьмет её в жены. Однако драконица все еще остается слабоумной — кому нужна такая правительница, жена и мать будущих детей?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Как будто Каролине и до этого не хватало проблем.

Международное собрание, возникшее внезапно посреди свадьбы, перенесли в кабинет Авенира. Тот самый, из которого Алира украла эликсир, способствующий поиску истинной пары.

Якоба и привязанную к нему драконицу оставили в саду под присмотром гвардейцев. Они, похоже, действительно нашли друг друга и с легкостью забыли обо всем, даже о свадьбе.

К Авениру, Каролине и Клариссе присоединился муж последней, Ратмир. Через связь (а они тоже были обручены каяром) он ощутил беспокойство и застал их в саду. Он встал позади кресла Клариссы и успокаивающе положил ладони ей на плечи.

Какое-то время в кабинете воцарилась тишина. Все обдумывали последствия поступка Алиры. Первым прервал молчание Авенир.

— Честно говоря, о таком исходе событий я думал меньше всего, — криво усмехнулся он, откидываясь на спинку кресла. — Не думал, что Алира когда-нибудь найдет себе пару.

Кларисса вытерла с фарфоровых щек слезы и призналась:

— Мы еще даже не задумывались о свадьбе Якоба.

— Будем честными, Авенир, — резко проговорила Каролина, подаваясь вперед. — Ни меня, ни вормессцев не будет устраивать такая королева. Якобу нужна женщина, которая будет поддерживать его, помогать и заботиться о его наследниках. Алиру же саму нужно защищать и прятать от придворных интриг.

Авенир кивал, делая вид, что слушает. Каролина по глазам видела, что он о чем-то задумался. Обычно бесило, когда кто-то игнорировал её, но сейчас она ничего не испытывала. Даже хотела дать ему время, чтобы подумать, прийти в себя.

— Сегодня она произнесла больше слов, чем за последние полгода, — пробормотал он в пустоту.

Кларисса тут же ухватилась за надежду.

— Может, этому поспособствовало появление истинной пары?

— Связь пар не лечит. Даже психические заболевания, — мягко напомнил Ратмир, поглаживая руки жены. — Но, быть может, самое наличие парности помогло Алире зацепиться за реальный мир.

Он не верил в чудо. Каролина слишком хорошо его знала и видела, какими холодными стали его карие глаза. И Кларисса бы тоже это поняла, если бы прислушалась к связи каяра или хотя бы посмотрела в его лицо. Но она уже была наполнена надеждой, невзирая не пессимизм окружающих… За это Каролина и любила сестру.

Но сейчас… истинная пара или нет, но Каролина не могла согласиться на помолвку Якоба и Алиры. Вормессу нужна стабильность во всем. Чтобы Каролина больше могла никогда не смотреть в сторону страны, которая забрала у неё детство и у которой она в отместку отняла короля.

— Вы обращались к лекарям? — продолжала настаивать Кларисса.

— На протяжении последних трех сотен лет, — развел руками Авенир. — Ни один лекарь в драконьих землях не смог вылечить недуг моей дочери.

— А как же лекари за пределами гор? — удивился Ратмир. — О них вы не думали?

— Вряд ли они смогли бы помочь там, где не справились опытные лекари с тысячелетним стажем, — криво усмехнулся Авенир, устало прикрыв глаза.

А ведь пир уже начался, поняла Каролина. И вместо того, чтобы праздновать, они сидят в душном кабинете и пытаются решить изначально неразрешимую задачу.

— Но есть еще эрибейская магия, — вдруг вспомнила Кларисса. — В нас её мало, но мы можем обратиться к чистокровным эрибейцам. Наша тетя Присцилла не откажет в помощи. Она как раз собиралась посетить Каринтию.

Авенир и Кларисса перевели взгляд на Каролину, причем во взгляде дракона не было даже искорки надежды, но он все равно готов был рискнуть. Но почему-то оба они ждали решения Каролины. Наверное, потому что она фактически стала опекуном Якоба.

— Ладно, — сдалась она. — Я напишу Присцилле. Может быть, она действительно что-нибудь придумает.

На том и порешили. Кларисса тут же повеселела, смертельная бледность сменилась румянцем. Ратмир тоже успокоился, глядя на свою жену. Только Авенир и Каролина оставались хмурыми и задумчивыми, прокручивая в голове сотни вариантов будущего.

На пир они все-таки опоздали, но никто не стал делать замечание. Еще бы! Хотела Каролина посмотреть на того идиота, кто начнет критиковать правителей аж трех королевств.

Празднование шло своим чередом. Тосты с пожеланиями долгих лет жизни сменялись выступлением акробатов, менестрелей и шутов. Супруги выглядели счастливыми и довольными жизнью. К Авениру регулярно подходили гвардейцы, докладывающие о состоянии Якоба и Алиры. Вождь неизменно направлял их к Каролине и Клариссе. Знал, что они будут беспокоиться, и передавал каждую новость.

Веселая атмосфера помогла Каролине на время забыть о проблеме. Она пила, шутила и смеялась наравне со всеми. Некоторые драконы, самые отважные, даже подходили с предложениями потанцевать. Каролина никому не отказывала, позволяя себе немного расслабиться.

В какой-то момент к ней, спустившись с возвышения, где стоял главный стол, подошел Авенир. «Потанцевать», решила Каролина, и почему к щекам прилил жар. От вина, конечно, от чего же еще.

Но вождь драконов сумел удивить. Наклонившись совсем близко, он шепнул: