Академия Грискор. Дилогия (СИ) - Минаева Анна Валерьевна - Страница 56

Подарок от нового ректора. Не принять это предложение было даже глупо. В какой‑то мере расточительно.

Но возвращение далось Табите тяжело. Еще свежа была память, еще тлела обида на родителей. Девушка сжимала в руках небольшой мешочек с монетами, которые откладывала с нескольких последних стипендий.

Пусть это не та сумма, с которой она собиралась вернуться, чтобы услышать такое необходимое «прости», но она шла к родителям и не с пустыми руками.

– Великий, присмотри за мной, – одними губами прошептала Табита, сворачивая на такую знакомую и уже такую чужую дорожку.

Дом, который она покинула со слезами на глазах и раной в сердце, нисколечко не изменился за прошедший год.

Покосившаяся деревянная хибара, много раз залатанная черепичная крыша, скрипящая дверь. И тонкая струйка дыма, выходящая из трубы.

Кто‑то из родителей был на месте. А может быть, даже оба сидели за столом в этот знойный летний вечер, пили горячий несладкий чай и молчали.

Вряд ли на их столе сейчас стоял лимонный пирог, который так любила Табита. Вряд ли у ее семьи остались средства на десерты.

Табита Ваерс выпустила воздух из легких и сделала последний шаг, подняла руку и постучала в дверь. Сильно. Яростно. Так, что костяшки заныли от ударов о дерево.

Она не знала, откроют ли ей. И невольно вспомнила о том, как сбегала из‑под этой крыши год назад.

– Ты нам больше не дочь!

Эти слова, брошенные отцом наотмашь, звучали в ее ушах все то время, что Таби собирала вещи и выбегала из дома. Они били в спину, пока она бежала из города. И разрывали сердце на части весь тот год, что она познавала тайны магии.

И даже сейчас девушка не могла отдышаться и прийти в себя. Ее колотил озноб, воздуха не хватало, будто она вновь тонула в грязных водах речки Нес‑Тешаса.

А еще для Табиты Ваерс до сих пор оставалось загадкой, как она вообще выжила. И смогла добраться до академии Грискор.

* * *

В тот день она умирала от жары и жажды. Миновав несколько крохотных и таких же грязных городов, как и ее родной, Табита вышла на опушку большого леса. Ветер шумел кронами, из чащи раздавалось пение птиц. И шум реки.

Она пошла на этот звук, чувствуя, как на каждый новый шаг тратит огромное количество сил. Она брела вперед, покачиваясь из стороны в сторону. Грязная, уставшая… Как давно она покинула родительский дом?

Неделю назад? Две?

Табита сбилась со счета. Ей казалось, что все время бесцельного блуждания она находилась в какой‑то прострации. Не понимала, куда идет, что ищет.

Но сейчас ее цель была сформирована. Она искала чистую родниковую воду.

И удача улыбнулась ей. Или, может, это Великий вывел девушку к берегу широкой реки с прозрачной звенящей водой. Табита не знала. Она лишь рухнула на колени, опустила руки в ледяную воду и принялась жадно пить, загребая жидкость дрожащими ладонями.

Зубы сводило от холода, желудок постепенно наполнялся и раздувался от воды. А она никак не могла остановиться.

И не услышала шагов рядом.

– Девочка, ты бы поаккуратнее…

Она испуганно отпрянула и чуть было не съехала по скользкой глине вниз.

Схватилась за жалкие травинки, вырывая их с корешками, обернулась.

Позади стоял высокий седовласый мужчина в одежде из шкур и меха.

Неровные крупные стежки, широкий пояс и длинный лук за спиной.

Охотник? Браконьер? Разбойник?

– Еще шаг – и ты бы оказалась в капкане, – добавил незнакомец, указав куда‑то в сторону.

Табита Ваерс скосила глаза и только сейчас заметила большую ловушку.

Металлические зубья блестели в траве. И были не просто видны, а бросались в глаза. И как она их только не заметила?!

– Спасибо за предупреждение, – голос хрипел.

– Как тебя сюда занесло? – только покачал он головой, окинул путницу взглядом и добавил: – Голодная?

Табита прислушалась к себе. Не только к телу, но и к интуиции. Стоило ли вообще доверять незнакомцу, который бродил в лесу с луком и знал, где находятся капканы?

– Голодная, – призналась она спустя несколько мгновений.

Девушка рискнула. И уже через какое‑то время сидела в чистой светлой хижине за крепким столом, доедая вторую порцию похлебки.

Незнакомцем оказался лесник, сторожащий угодья какого‑то барона. Он не задавал вопросов, не пугал больше девушку. Накормил, не попросив ничего взамен. И рассказал, как можно пройти через лес, не попав в ловушки.

– Как хоть твое имя? – этот вопрос прозвучал, когда гостья отложила ложку, наконец почувствовав сытость.

– Табита, – одними губами произнесла девушка, опасливо озираясь. И чувствуя себя при этом дикой зверушкой, а не человеком. – Табита Ваерс.

– И что же ты, Табита Ваерс, делаешь одна в лесу?

Она подняла глаза на мужчину и… расплакалась.

Боль, которая разрывала ее на куски, нашла выход. Выплеснулась водопадом слез. Она, всхлипывая, рассказала о даре семье, о семье, об их и своем решении. Не в силах остановиться, замолчать.

Тогда Табита не думала, что бывают вещи, о которых посторонним лучше не знать. Не подозревала, что в мире намного больше плохих людей, чем добрых.

Но тогда за ней присматривал Великий.

– Сложная ситуация, – со вздохом произнес лесник, представившийся Вильямом. – Но решение ты приняла верное. В какую академию собираешься сейчас идти?

Она не знала. Она ничегошеньки не знала об академиях магии, не знала, где их искать, как туда попасть… Вообще ничего. Это тогда, в доме родителей, Табите Ваерс хватило смелости сказать, что она маг, что может обучиться колдовству. Но оказавшись в большом мире, девушка осознала, что вообще ничего не знает о мире магии.

– Я дам тебе карту, – лесник, так внезапно появившийся на пути, вновь проявил к ней доброту. – Знаешь что‑то об академии Грискор, Табита Ваерс?

Она качнула головой, заворожено глядя на того, кто был послан ей Великим. Определенно, так и было. Потому что другого объяснения всему происходящему у нее попросту не нашлось.

Вильям разрешил Табите остаться в его доме на ночь, дал теплое одеяло и накормил ужином. А утром, когда еще не встало солнце, разбудил и под бодрящий травяной отвар раскрыл карту. Показал все тропки, наметил путь и объяснил, как добраться до академии.

– Дар там проверяют с помощью артефакта, – произнес он напоследок. – Скажешь им, что колдовать не умеешь, будет лучше. И попросишь проверку артефактом. Запомнила?

– Да, – девушка кивнула, сворачивая карту. – Что за артефакт‑то такой?

– Плоское блюдо и кинжал. Кровью с ним поделишься, и он покажет истинную суть вещей.

– Спасибо, – Табита подняла твердый взгляд зеленых глаз на Вильяма. – Могу я спросить?

– Мне кажется, я только и делаю, что отвечаю на твои вопросы, девочка, – усмехнулся в усы лесник. – Спрашивай.

– Почему вы помогаете мне?

Этот вопрос крутился у нее на языке с самого начала, но только сейчас она решилась его задать.

– Ты напоминаешь мне одну девушку из моего прошлого, – честно ответил лесник. – И я рад, что смог помочь вам обеим. А теперь иди. Большего я тебе дать не могу.

* * *

– Этого было более чем достаточно, – с благодарностью прошептала Табита Ваерс, вынырнув из воспоминаний и еще раз постучав в дверь.

– Кто там? – раздался приглушенный женский голос, от которого у девушки перехватило дыхание.

– Табита Ваерс.

Она думала, что ее слова прозвучат жалко, а голос будет дрожать. Но собственное имя оказалось твердым, как кремень.

Замок щелкнул, дверь открылась со скрипом.

– Привет, мам, – сухо произнесла девушка, не решившись шагнуть внутрь без приглашения. – Могу я войти?

Женщина, которая заботилась о ней с самого детства, заплетала косы, читала книги и пела на ночь, застыла на месте, глядя перед собой невидящим взглядом. Пустым и таким жутким, что у Табиты мурашки поползли по коже.