О людях, эльфах и волшебных камнях (СИ) - Гуцол Мария Витальевна "Амариэ" - Страница 16

Лея скептически окинула взглядом собственное платье и махнула рукой:

— Это лен. Он всегда мнется.

— У меня, кажется, не лен. Но все равно мятый.

— Разойдется немного на тебе, не переживай.

— Оно велико.

О том, что у нее маленькая грудь, Ира не переживала лет с пятнадцати. Ну маленькая, но не настолько, чтобы носить только лифчики с пушапом. Но чужое платье как будто пыталось воскресить все Иркины подростковые комплексы. И Толик еще, слишком красивый в своем эльфийском одеянии.

Лея смерила Иру цепким, внимательным взглядом и неожиданно предложила:

— А давай я тебе свой жилет отдам. Сразу все по фигуре будет и более нандорским тоже. У меня кафтан есть, и в платье можно просто так ходить, если станет совсем жарко.

Замшевый, цвета темной охры, жилет действительно почти исправил ситуацию. Когда Ирка, наконец, справилась со шнуровкой. Платье же самой Леи выглядело как-то буднично, даже с кафтаном, украшенным пестрой вышивкой. И не шло ни в какое сравнение с шелками Турвен и Толиковским бархатом.

— О, прекрасные девы! — к палаткам подошла Айфе. — Нет, действительно прямо прекрасные, что ж я опять хмурого стремного вдовца-то играю, а?

— У него жена не приехала, — хихикнула Лея. — Игровая жена.

— Пришлось ее убить, — Айфе пожала плечами. И засмеялась в голос, глядя на опешившую Ирку: — По игре, конечно. И это не я, это орки. Лорд Морифинвэ Карнистир, конечно, отморозок, но жену свою любил. Больше драмы, еще больше драмы, в общем. Буду мстительным мстителем, угу.

21

Сидя с чаем возле костра, Ирка с любопытством наблюдала за волшебными преображениями переодевшихся людей. Некоторые изменились разительно, другие не изменились вообще. Цемент, например, в длинной рубахе и черной бандане выглядел как ряженый спецназовец, а Дунадану, то есть, уже Дунэделю, неожиданно шло, хотя особо эльфом он не выглядел.

Зато эльфом выглядел Маглор, одетый в бело-черное, высокий, стройный, какой-то совершенно чуждый. Не будь он в жизни девушкой, прекрасному принцу Толику пришлось бы подвинуться с вершин Иркиного личного рейтинга.

Влад в камуфляжных штанах и белой сорочке, почему-то босой, продолжал сражение с тронным стулом. Ему на помощь пришел Лаурэ, разодетый не хуже лордов, только без венца.

Вернулась Тома. Со вздохом сказала, что построение перенесли на час, и они могут не спешить. Лаурэ совершенно не по-эльфийски выматерился и начал снимать свои рубахи. Хельги блуждал по лагерю в кольчуге. Нифредиль кормила Тому последними блинчиками, Тома просила кофе, Маглор страдал, что у него белые рукава, что он их обязательно замарает в костре, что надо было шиться в черное, но постоянный феанорингский траур его заколебал, и вообще черный ему не идет.

Оживление, ожидание, люди, которые пытались что-то сделать в последний момент. Ирка зябко поежилась и крепче вцепилась в чашку. Вокруг всего было слишком много. А она по-прежнему имела довольно смутное представление о том, что ей делать дальше, как играть, кого, во что. И что собираются делать остальные. Кроме войны с вастаками и орками, будь они неладны.

У Ирки без труда получалось представить, что Толик, Маглор, Турвен и даже Димка-Дунадан — эльфы, но вот насчет Цемента и Айфе возникали трудности. К костру подсел приехавший вчера хиппи, в костюме он выглядел почти так же потрепанно, как и в обычной одежде. У него даже вместо сапог были какие-то темные облезлые кроссовки, и на прекрасного эльфа он тоже походил очень смутно.

Ирка помотала головой и заставила себя думать о чем-то отстраненном. Например, о том, что вечером Маглор снова достанет арфу, и будут песни, а рядом — теплое плечо Влада. Который к тому моменту должен стать эльфом Нарионом. Ирка беззвучно застонала. Ей же тоже придется вести себя как-то иначе, как-то иначе говорить, помнить, кто тут кто, как-то обращаться к Роланду, Толику и Айфе, которые станут лордами. Или принцами, кто их знает.

Томе налили кофе. Она сидела на туристическом стуле, блаженно щурилась в костер и что-то рассказывала. Ира подумала и пододвинулась поближе.

— А в Дориате будет праздник. Должно быть очень красиво.

— Нам там будут не рады, — вздохнул Маглор и поправил сползающий к левому уху венец.

— Ваши нандор могут сходить, — Тома улыбнулась. — Потанцевать, послушать песни.

— Я бы сам потанцевал, но у нас все неподъемные на это дело. Будут отмазываться военным положением.

— Можно что-то придумать, — сказала ему Турвендэ. — Давай поженим кого-то.

Проходивший мимо Хельги демонстративно шарахнулся в сторону. Ирка фыркнула. И неожиданно подумала, что это могло быть забавно — понарошку поиграть в свадьбу. Если Влад согласится.

Она прикусила губу, раздумывая, как бы так ему аккуратно намекнуть. Выпрашивать у парня свадьбу, даже не настоящую, Ире казалось ниже своего достоинства, да и не думала она про свадьбу как-то до сегодняшнего дня.

Обернувшись, Ирка отыскала глазами Влада. Он сидел на подлокотнике трона, болтал босыми ногами, беззаботно помахивал молотком и как будто не имел никакого отношения ко всем этим эльфам. Поймав Иркин взгляд, он подмигнул ей и спрыгнул на землю, чуть не задев молотком Лаурэ. Лаурэ снова выматерился. С чувством, с толком, с расстановкой, так, что даже Тома замолчала, повернула голову и прислушалась.

— Вот такие, нахрен, эльфы, — задумчиво протянул Маглор.

Ветер неожиданно сменил направление, кинул в лицо Ире резкий, щиплющий глаза дым. Следом взвыла рация на поясе у Томы. Через полузадушенные хрипы помех мужской голос сообщил, что построение переносится еще на полчаса, но это крайний срок.

Ирка осторожно отставила чашку с чаем и обхватила голову руками. Нет, она определенно мечтала о чем-то другом, когда читала книжки о попаданках к эльфам. Были у нее в мечтах летящие башни и прекрасные платья, еще лучше, чем у Турвендэ, мужественные красавцы, цветущие сады, и не было ни дымящего костра, ни жесткой земли, ни загородки из черного полиэтилена. И уж точно не было свадьбы с собственным парнем. Да, хорошим, славным и вполне симпатичным, но таким обычным. Особенно когда есть, с кем сравнить.

22

Оставшееся время до начала построения ползло со скоростью обкуренной черепахи. Влада в пинки отправили переодеваться, потом решали, кто останется в лагере. Вызвался Цемент.

— Хоть отдохну от вас, — проворчал он, и Ирка даже на несколько секунд почувствовала ужасное искушение составить ему компанию.

Откуда-то от крепости пришел Куруфин, принес две здоровенные швабры. Или что-то, напоминающее швабры. На их поперечные перекладины натянули длинные прямоугольные знамена, черные с каким-то сложным геометрическим узором в центре. Потом Роланд принес еще одно, с серебряной восьмилучевой звездой, и Куруфина отправили за третьей "шваброй".

Солнце припекало, робкий ветерок покачивал ветки над головой и осторожно пробовал на вкус полотнища знамен. Кто-то приходил к костру, кто-то уходил. Запоздало вспомнили про какие-то гобелены, и Танита с Турвен понеслись развешивать их вдоль матерчатых стен. Тома все чаще косилась на часы. Ирка — в сторону палаток, куда отправили переодеваться Влада. Влад, обычно справляющийся по нормам, приближенным к армейским, не спешил.

— Надо подрываться, что ли, — лениво сказал Маглор. Судя по его виду, претворять в жизнь свои слова ему ни разу не хотелось.

— Да не спеши, — сказал ему Толик. — Все равно по рации позовут, если что. Какие у нас на вечер планы, кстати?

— Сидим и мрачно толчем воду в ступе, какие варианты, — Маглор пожал плечами. — Можно, конечно, отправить гонца и испортить праздник Дориату.

— Разведка нужна, — сказал Цемент. Он растянулся под деревом и всем своим видом выражал удовлетворение тем, что ему не придется никуда идти.

— Первый вечер не боевой же, — Толик обернулся к нему.

— Для армий, — Цемент помахал ему мятой распечаткой с правилами. — Уродам разным ничего не помешает шарахаться по дорогам с дрынами. Кстати, я тут хотел уточнить по подземным ходам…