Капитан "Лунной каракатицы" (СИ) - О Калина - Страница 19

Не оставалось никакого сомнения что злополучный бар расположился в центре местных трущоб. Масло в огонь подливал и трещащий обо всем что только можно водитель. За время полета я успела довольно тесно познакомиться с ним и его семьей. На это у него ушло треть потраченного на дорогу времени. И знакомил он нас так грамотно, что в конце мне уже казалось, что я пол жизни с ними провела.

А вот дальше тема разговора сменилась. Остаток пути он причитал что не гоже девушке, пусть и явно не пальцем деланной, шататься по местным захолустьям. Рассказал и о том, что конечный пункт нашего назначения самое злачное место во всей округе и приличные люди туда носу не суют. Да что там приличные — законнике и те обходят его стороной!

Рассказал пару страшных историй о местных бандах и их делишках. Упоминал о нескольких особо страшных и вопиющих разборках. Да он вообще много чего говорил. Слушала я его разумеется в пол уха, да и виды за окном таксолета говорили сами за себя.

Не смотря на его жужжание я все же пыталась хоть как-то продумать свои дальнейшие действия. Успеха в этом деле я не достигла. Ничего конкретного и дельного в голову, к сожалению, не шло. К моменту, когда мы притормозили, кроме осознания, что это последний день моей жизни в голове не было ничего. Оставалось только надеется, что я смогу все же выторговать жизнь сына, а дальше будь что будет.

Пункт назначения встретил меня безлюдной, погруженной в сумерки, с редкими фонарями улицей. Только кислотного зеленого цвета неоновая вывеска «Слепой Аспид» да наполовину перегоревшая неоновая змея вокруг нее резали глаза.

Стоило мне рассчитаться и выбраться из таксолета как с громким урчанием отчаянный водитель решил сделать ноги — явно газанул что было сил. Пару мину я оглядывалась по сторонам, пока в небольшой нише у входа в бар не уловила движение какого-то здоровяка. Приблизилась и увидела перед собой серого ящера с плоской мордой.

Чешуйчатый не проронил не слова при моем появлении, только оглядел с ног до головы водянистыми желтыми глазами и в приглашающем жесте открыл тяжелую дверь заведения. Внутри бар встретил меня миганием неоновых огней в сочетании с гробовой тишиной. Не менее удивительным стало и полное отсутствие посетителей — только мерзопакостной наружности плюгавый бармен копошился за заляпанной стойкой.

Все в том же молчании встречающий меня громила вызвался проводить. Мы пошли через довольно просторный зал к небольшой, расположенной в противоположной от входа стороне, невзрачной двери.

За ней обнаружился довольно комфортабельный кабинет и его хозяева. Поджидающая меня компания состояла из девяти чешуйчатых, плюс десятый провожатый. Все они расселись на кожаных диванах, расположенных вдоль правой и левой стен.

Прямо же перед до мной стоял самый что не наесть тон. Величественный такой, отделанный кожей и «золотом», словно из древнего дворца притащили. На нем с величественным видом восседала очередная ящерица.

Несмотря на все мое отвращение к преобладающему числу представителям этой расы, я не могла отрицать что она была довольно хороша собой.

Она была прямо-таки крохой по сравнению с большинством сородичей — буквально на пол головы выше меня самой. Кожа ее была невероятного изумрудного оттенка с небольшими чешуйками которые при малейшем движении переливались словно драгоценные камни.

Ее подтянутое и не лишённое соблазнительности тело было затянуто в провокационное алое платье, которое было призвано не скрывать, а напротив, выставлять на показ все ее достоинства — округлые бедра, тонкую талию, внушительных размеров грудь. Помимо всего прочего она являлась обладательницей шикарной шевелюры пепельного оттенка. А это, к слову сказать, так вообще что-то невероятное! Они же все, как правило, лысые как коленки.

Глядя на нее и без помощи экспертов, становилось ясно — над всеми частями тела поработали, все подправили. При этом ее генные модификации были настолько необычны и очевидны, что с одного взгляда ясно — деньжищ на них потрачено немерено. Да уж, на свою внешность ящерка явно не скупилась.

Особенно примечательным при всем при этом все же была ее морда лица. Над ней тоже не мало потрудились специалисты — аристократические скулы, пухлые губы, изогнутые в надменной улыбке, почти человеческий небольшой нос и угольного цвета глазища. Не ящерица, а прямо-таки чешуйчатая кукла.

Красоту ее облика портило лишь только выражение того самого лица и явно неадекватный блеск в глазах.

— У-у-у, какие люди! И без охраны. — низким голосом пропела красотка при моем появлении. — А я уж было заждалась. А ты вот, явилась все же!

— Где он? — решила я начать наше «общение» с наиболее важного вопроса.

— Кто? — «девушка» состроила издевательски вопросительное выражение морды. Остальные ящеры по-прежнему сохраняли молчание и просто наблюдали за происходящим.

— Где Ник?

— Ник? А кто такой Ник? — я даже зубами скрипнула от этой глупой игры, да так, что явно все это услышали. — Ах Ник! Да кто его знает! Наверное, где-то играет. А может спит? Не знаю, чем обычно малявки занимаются в такое время.

— Ну и как это понимать?

— Что значит как? Как есть, так и понимай. Не знаю я где твой выродок! Ты его где оставила?

— Ах ты, тварь генномодифицированная! Еще раз спрашиваю — где он? — я уже практически кричала на чешуйчатую.

— Да не ори ты так! Нет его тут. Где оставила, там и сидит. Пошутила я! Я все же тоже женщина, детей не трогаю. Это противоречит моим внутренним принципам, знаешь ли. — Выражение ее лица становилось с каждым новым словом все более издевательским.

Полученная от нее информация в тот же миг спровоцировала меня к началу действий. Я уже внутренне приготовилась к бою, практически достала из-за спины подругу катану, как меня не слабо так ударило током в основание шеи со спины. От электрического разряда все тело скрутило от боли, а сознание поглотила тьма.

Сколько времени я провела в отключке одной Вселенной известно. Сознание возвращалось мучительно медленно, а вместе с ним пришла и боль во всем теле. Болело все — спина, ребра, руки, ноги. Складывалось стойкое впечатление, что меня не только током знатно приложили, но и от души попинали ногами.

Шею же стягивал жесткий ошейник, затрудняя каждый вздох. С трудом мне удалось встать на четвереньки, но попытка перевести себя в вертикальное положение не увенчалась успехом. Этому препятствовали не только полученные травмы, но и цепь, на которую меня посадили как дворнягу.

Превозмогая боль мне все же, удалось сменить положение и усесться возле стены. Первым делом я хотела было на нее облокотится, но явно израненная спина не позволила.

Слегка затуманенным взглядом обвила окружающее меня пространство. Моя новая «комната» представляла собой камеру с склизкими каменными стенами и решеткой с противоположной от меня стороны. Воздух был спертый. Воняло сыростью и плесенью, словно со всех сторон обложили грязными тряпками. На отвратительно грязном полу, совсем рядом, в полутьме я различила следы крови. Судя по ощущениям на саднящей спине и опухшим губам, она была явно моей.

«Наслаждаясь» одиночеством и ожиданием неведомого, я просидела довольно долго. Наконец где-то в стороне скрипнула дверь. Практически сразу передо мной возникла чешуйчатая девушка. Сейчас она прямо лучилась удовольствием от происходящего. На ее лице красовалась практически счастливая улыбка.

— Ну наконец то! Наша гостья очнулась! Я так рада! — мерзавка аж в ладоши хлопала от радости. — Ну тогда, пожалуй, продолжим!

Стоило ей договорить, как в камеру вошли еще двое ящеров. Одного взгляда хватило для того, чтобы их опознать — они были в ее свите, там, в баре. В руках у них были внушительного размера нагайки. Повинуясь невнятному движению ее руки, они приблизились ко мне вплотную и принялись с энтузиазмом одаривать меня ударами.

Били они меня от души. Удары прилетали казалось по всему телу, еще немного и живого места не останется. Стараясь сдержать рвущаяся из груди крики, я в кровь искусала губы — гордость не позволяла издать не звука. В какой-то момент я в очередной раз оказалась на грани сознания. Эти же твари четко уловили этот момент и прекратили экзекуцию, не давая окунуться во мрак. Стоило им отойти от истерзанной меня, как на их место пришла изумрудная сволочь. Ногой в шикарных туфлях на шпильке она толкнула меня в плечо. От этого я повалилась на спину как мешок с мукой.