Запрещенные письма (ЛП) - Пир Элин - Страница 7

— Она моя подруга.

— Но скоро ты уедешь отсюда. И что тогда?

— Я уже подумала об этом. Ты нам поможешь. Ты будешь передавать мне ее письма, чтобы я могла ответить. Все, что тебе нужно сделать, это перебрасывать мои письма через стену и забирать письма, которые Девина напишет мне.

Уилма расплылась в радостной улыбке.

— Разве тебе недостаточно того, что тебя упомянут в книге на Родине? Ты сможешь рассказать всем, что твоя сестра знаменита.

— Почему меня должно волновать, что люди на Родине думают о тебе? Из-за этой дурацкой стены я никогда не встречусь ни с кем из них лично.

Уилма махнула рукой, прося меня уйти.

— У меня нет времени разговаривать с тобой, когда есть так много вещей, о которых я должна написать Девине. Как думаешь, мне стоит упомянуть о том, как я чуть не утонула? — не дожидаясь моего ответа, она кивнула. — Я должна. Это была настоящая драма!

— Ты не чуть не утонула. Папа был рядом, чтобы спасти тебя.

— Но я упала в воду, и там было глубоко.

— Ты прыгнула, потому что увидела, как мы с Фредериком нырнули в воду. Мы все были готовы спасти тебя, но папа добрался до тебя первым.

Уилма была самой младшей из пятерых братьев и сестер — младше нас на целых двенадцать лет, и ее не только чрезмерно баловали, но и защищали.

— Не говори Девине, что ты чуть не умерла, это ведь неправда. Люди подумают, что мы паршивые защитники.

— Ну и что? Ты только что сказал, что тебя не волнует, что думают люди по ту сторону стены. — Уилма встала с кровати и снова махнула рукой в сторону двери. — А теперь убирайся, чтобы я могла написать письмо.

Когда я не пошевелился, она толкнула меня в грудь. Вот только я был на целую голову выше и намного тяжелее, так что даже не сдвинулся с места.

— Ты не пишешь ей об этой «драме». Ты меня слышишь?

— Да, да, я слышала тебя.

Выйдя из комнаты сестры, я спустился вниз и вышел в сад. Отец пропалывал сорняки неподалеку и поднял голову, когда услышал меня. На короткое мгновение я заколебался, прежде чем подойти к нему. Я любил отца, но меня выводила из себя его одержимость вопросом, который мы обсуждали уже с десяток раз.

— Тайтон, подойди сюда на секунду. — Он откинулся на пятках, сидя на корточках, и проследил за тем, как я подхожу ближе. — Ты подумал?

«О черт. Никогда не было и вот снова».

— Тебе нужно подумать о деньгах и партнере. В прошлый раз было легче, потому что вы с Фредериком были вдвоем.

Я сжал зубы и огляделся в поисках работы.

— Нам нужно подстричь яблони.

— Не пытайся сменить тему, сын. Через несколько недель Уилма выйдет замуж, и ты останешься моим единственным ребенком без супруга.

— Да, вот только в этой части света не так просто можно найти жену, когда ты мужчина.

— Фредерику же удалось.

Я хрустнул костяшками пальцев и снова попытался сменить тему.

— Как Фредерик?

— С ним все в порядке, и он согласен со мной. Ты должен записаться на турнир Тамары. Осталось меньше года.

— Сомневаюсь, что Тамара меня выберет.

С суровым выражением лица мой отец поднялся с земли и отряхнул руки.

— То, что Старр предпочла Фредерика тебе, не означает, что и Тамара не выберет тебя. Она встречалась с тобой раньше, и это может быть огромным преимуществом. Кроме того, поскольку на турнире Старр ты уже был победителем, ты будешь сражаться с другими победителями. На тебя будут ставить.

— Я подумаю об этом.

— Думай недолго, ладно?

Отец едва успел договорить, как из-за дома появился мой друг Кэмерон.

— Значит, вот где ты прячешься. Какого черта ты не открываешь дверь?

— Кэм, рад тебя видеть. — Мой отец протянул руку и заключил Кэмерона в по-мужски медвежьи объятия. — Я пытаюсь убедить Тайтона записаться на турнир Тамары.

Мой друг нахмурился и подошел, чтобы обнять меня.

— Почему это вообще следует обсуждать? Конечно, ты запишешься.

— А ты? — спросил я.

— Нет, — он со смехом хлопнул меня по плечу. — Мне не придется этого делать, ведь я выиграю Уилму всего через несколько недель.

— Итак, у Тамары на одного конкурента меньше, — заметил мой отец, но мы оба знали, что шансы Кэма на победу в турнире Уилмы невелики. Только один из пятидесяти тысяч мужчин в этой стране имел возможность жениться, и у нас было много воинов сильнее Кэмерона.

— Я не хочу тебя расстраивать, но я хочу, чтобы все мои дети нашли то же благословение, что и мы с матерью. Иметь собственную семью и детей — это мечта большинства мужчин, но мы могли бы помочь тебе собрать деньги, необходимые для участия в турнире. И ты же уже доказал, что можешь стать чемпионом.

Я молчал, и отец выложил на стол еще один аргумент, который я слышал уже сто раз.

— Прошло три года с турнира Старр, и ко времени турнира Тамары в следующем году тебе будет тридцать. Твое время на исходе, сынок.

— Я же сказал, что подумаю об этом.

— Но почему? О чем тут думать? Большинство бойцов никогда в жизни не встречали женщин. У тебя есть огромное преимущество. Тамара будет знать, что тебя воспитывала мать и что у тебя есть сестры.

— Она отвратительна, — тихо пробормотал я и пнул ногой гравий на земле. Я познакомился с Тамарой несколько месяцев назад, когда ей только исполнилось четырнадцать, и ее манера общения с людьми и мнение, которое она о них изрекала, показались мне ужасными.

Кэмерон наклонился ко мне.

— В каком смысле?

— Я встречался с ней, и она показалась мне не очень милой.

Мой отец и Кэмерон обменялись взглядами, и отец поднял руку, как бы говоря: «Ладно».

— Она молода, и ей нужен сильный мужчина, который поможет ей научиться играть роль хорошей жены. Кто-то вроде тебя наверняка справится с этой задачей.

— Совершенно верно. Несколько хороших шлепков по заднице, чтобы дать ей понять, что ты тут главный.

Кэмерон находил этот разговор забавным, но я — нет.

— Так вот, что ты собираешься сделать с Уилмой, если победишь? — я сделал шаг ближе и сузил глаза.

— Расслабься, сын. Это нормально, когда мужу и жене приходится притираться друг к другу. Мне пришлось потребовать уважения, когда я завоевал твою мать. Женщины Севера сильны, и им не нужны слабые мужья.

— Я это знаю. Просто мысль о том, что кто-то может поднять руку на Уилму, беспокоит меня. Я не хочу, чтобы она закончила, как Марни.

Мой отец кивнул и вздохнул.

— Нет, мы этого не хотим.

Марни была всего на одиннадцать месяцев старше меня, и в детстве она была очаровательной и дерзкой. Теперь же сестра превратилась в озлобленную на всех и вся женщину, и от ее веселья не осталось и следа.

— Похоже, что с каждым годом брака с Генри ее дух ломается все больше.

— Я знаю, — грудь моего отца поднялась и опустилась с очередным вздохом.

— Подожди, Генри бьет Марни? — брови Кэмерона удивленно поползли вверх. — Почему ты мне не сказал? Да мы пришибем его нахрен, если он ее бьет!

— Дело не в этом, — пробормотал я. — Он не бьет ее, мы ни разу не видели ни одного синяка. Если бы только… мы бы с ним разобрались.

— Генри действует более тонко в отношении Марни, — добавил мой отец. — Проблема в том, что мы не можем заставить ее поговорить с нами об этом. А без какой-либо информации мы не сможем помочь.

Кэмерон переступил с ноги на ногу и застонал.

— Ах, это несправедливо, что таким, как он, достаются жены. И вообще, какого черта она выбрала его?

Я пожал плечами.

— Однажды я спросил ее об этом, и она сказала, что у него хорошая улыбка.

Кэмерон почесал шею.

— Может быть, было бы лучше, если бы у невест был шанс познакомиться с чемпионами, прежде чем делать выбор.

— Хорошо, что у них вообще есть право выбора. Вы знали, что на первых турнирах был только один победитель, и невеста доставалась ему?

Кэмерон уставился на моего отца.

— У нее не было права голоса?

— Нет. Как отец трех дочерей, я рад, что те дни остались в прошлом.