Скандальный - Шэн Л. Дж. - Страница 9

Подойдя к столу, я схватил ее тонкую лодыжку, снял со ступни бежевую туфлю с фирменной красной подошвой Louboutin и отломил от нее сексуальный каблучок. Полные ужаса глаза Эди метнулись ко мне. Я убрал каблук в карман, словно пару сексуальных трусиков, и небрежно надел туфельку обратно на ногу Золушки.

– Равновесие, – голос под стать мне самому прозвучал угрожающе – ей нужно было усвоить этот урок, – самое важное в жизни. Я стараюсь не вести себя как сволочь без крайней необходимости, но мне кажется, ты пришла испытать границы дозволенного, да, деточка?

Ее хладнокровие развеялось, словно дым, сменившись острым отчаянием. Она вскочила с кресла и обошла стол, не забывая о сломанном каблуке и сжав руки в кулаки.

– Какого черта?! – Глаза Эди бешено метались. Ее ярость лилась через край, и мне хотелось ополоснуться ее чертовски милой злостью, испить из ее колодца печали. – Какие у тебя ко мне претензии?

– Никаких претензий. Ты вообще вне моего поля зрения. Я зашел в свой кабинет и застал тебя нагло развалившейся за моим столом.

Я бросил галстук на стол и до локтя закатал рукава рубашки.

– Я пришла сказать, что мне не нужна эта работа.

– Хорошо. Потому что ты ее недостойна, – отрезал я.

– В таком случае буду признательна, если ты скажешь, что проголосуешь против меня. То есть я и так знаю: ты это сделаешь, но мне будет гораздо легче, если услышу об этом от тебя.

– А я здесь не для того, чтобы тебе становилось легче. Чем плоха работа в «Чемпионс Бизнес Холдингс»?

Мне незачем было делать что-то ради нее, и все же по какой-то непонятной мне причине она стояла здесь. Поэтому решил пойти на уступку. Девушка наморщила нос. Я уже замечал за ней такую привычку.

– Я не могу здесь работать. У меня есть дела. Планы… другие планы на будущее. Так что можешь и другим сказать, чтобы проголосовали против моего трудоустройства?

– Похоже, что я стану выполнять твои указания? – Я медленно моргнул, самую малость удивившись ее наглости.

– Пожалуйста. – Ее голос звучал ровно, а горящие глаза смотрели в мои.

– Нет, – рыкнул я, взмахом руки заставив ее замолчать, и оперся бедром о край стола. – Никогда не умоляй, Эди. А теперь иди и приготовь мне кофе.

Она запрокинула голову и расхохоталась. Довольно-таки истерично. Девушки-подростки всегда полны эмоций и прочей чуши. И мне придется с этим смириться, потому что не пройдет и десяти лет, и Луна тоже станет подростком. Замечательно.

– Ни хрена я тебе не принесу.

– Хрена я и не просил. Я просил кофе.

– Я не твой личный ассистент.

– Твоя должность еще ниже. Ты офисная сучка, – спокойно ответил я, наблюдая, как взгляд Эди блуждал по венам на моих предплечьях, будто от этого зависела ее жизнь.

Я бы ответил смешком, если бы после этого не почувствовал себя извращенцем.

– Кто я? – переспросила она одними губами.

– Главный помощник, – кивнул я. – Такова твоя должность. Твой отец только что передал договор в отдел кадров и известил всех нас накануне завтрашнего заседания совета директоров. Главный помощник – это лишь тактичное название офисной сучки. Я могу попросить тебя о чем угодно в пределах разумного. Так что прошу принести мне кофе. Черный, без сахара.

Я почувствовал себя, по меньшей мере, отменным ублюдком за то, с каким наслаждением наблюдал за выражением ее лица. Она будто была сломлена, но только сейчас. Только в этот миг. Только из-за меня. Осознав все, она выпрямила спину и опустила подбородок.

Она все сделает. Будет выполнять мои указания, варить мне кофе, помогать мне убивать время и служить желанным развлечением.

В глазах Эди кружил водоворот эмоций. Ее глаза закричали бы, если бы могли говорить. Но они не могли. Поэтому передо мной стояла лишь крайне раздраженная девочка, которая недавно обзавелась сиськами и вдруг узнала, что жизнь – это не одно сплошное удовольствие.

– Давай-давай, – я дважды хлопнул в ладоши.

Я был не самым хорошим человеком на свете. Однако мне было приятно думать: хорошего во мне достаточно, чтобы напомнить Эди снять перед уходом туфли. Но не успел и рта раскрыть, как девушка развернулась и, ринувшись к двери, плашмя шлепнулась на задницу.

Единственным ее утешением в этой незавидной ситуации было то, что я не рассмеялся, а лишь облокотился о стол и молча наблюдал, как она встает и пытается устоять на нетвердых ногах.

Впрочем, я не спас ее от унижения, потому что она мне нравилась. А не пытался помочь подняться совсем по другой причине.

Я был возбужден до предела и выдал бы себя, если бы сдвинулся с места.

– Ты облажалась на первом уроке по равновесию. Неудивительно.

– А ты облажался по жизни, Рексрот!

Она пулей выбежала из моего кабинета с красным от стыда лицом.

Как только она ушла, я поправил свое хозяйство в брюках и отправил Соне сообщение.

Эди Ван Дер Зи становилась похожа на зуд. Но, к счастью, я планировал первым же делом поутру вычесать ее прочь из своей жизни.

Но вот наступило утро. Одно из тех, что напомнило мне, почему я так чертовски сильно ненавидел разговаривать с людьми. Утро, когда всюду царила суматоха, все галдели и атаковывали меня вопросами, жаждали моего внимания или о чем-то просили.

– Мистер Рексрот, у вас на столе дело Дюрана-Декстера. Можете его подписать?

– Трент, у тебя конференц-звонок в три.

– Сможешь посетить благотворительное мероприятие в Пало-Альто на следующей неделе? Нужно, чтобы кто-то там присутствовал, а Джейми слишком занят с Мэл и малышом.

– Трент, почему Луна здесь?

– Рексрот, наши планы выпить в субботу в силе?

– Рексрот.

– Привет, Тирекс!

– Трент, дорогой…

Я остановился прямо посередине холла, не обращая внимания на толпу коллег, и присел на корточки, чтобы быть на уровне глаз Луны. Голос от долгого молчания звучал хрипло. Дочь стояла с отрешенным взглядом и крепко держала Камилу за руку. Таскать ее в офис каждый вторник было ужасной идеей, но Соня упорно на этом настаивала, а я, черт возьми, экспертом не был.

– Как насчет тако на обед? – Я провел подушечкой большого пальца по щеке Луны и передал Камиле немного денег. – Своди Луну перекусить рогаликами, а потом приведи в мой кабинет.

– Зачем? А ты куда собрался?

В голосе Камилы послышался отчетливый испанский акцент, означавший, что она была мной недовольна.

Я собрался добиться увольнения восемнадцатилетней девчонки, ибо до того эгоистичен, что, стоит ей оказаться поблизости, могу не сдержаться и оттрахать ее прямо в кабинете ее отца.

– Заседание совета директоров. Оно не займет много времени. Проголосую по одному вопросу, и все.

Я погладил Луну по голове и, чмокнув ее в лоб, выпрямился и нежно сжал плечо Камилы.

Только развернулся в сторону своего кабинета, как стеклянные двери частного лифта разъехались, и в коридор вышел Джордан Ван Дер Зи в обществе дочери, следующей за ним по пятам. Он опять вел ее как осужденную преступницу, и я снова постарался не вспылить из-за этого. Сегодня Эди надела темно-синее платье в матросском стиле, которое на ее крохотной фигурке выглядело на размер больше, чем нужно. Длиной оно было до колена и весьма консервативно на вид, но все равно подчеркивало ее сногсшибательные икры. Миниатюрная гимнастка, способная своей гибкостью удовлетворить запросы любого мужчины.

Вот это да. Завязывай-ка с этой хренью, и поскорее, ваше Извращенское Величество.

В присутствии отца она казалась совершенно другим человеком. Вдали от него она была уверенной в себе, беззаботной и становилась моей чертовой головной болью. А теперь? Взгляд потуплен в пол, только колечки в носу оставались слабым отголоском ее черного, мятежного сердца.

Тоже мне оторва.

Джордан кивнул мне в знак приветствия, и я отвесил кивок в ответ. Мы встретились возле золотых, изготовленных на заказ дверей, ведущих в зал заседаний. Сквозь стеклянные стены я увидел, как трое моих друзей нависли над длинным столом цвета бронзы и что-то обсуждали между собой.