Враг моего жениха - Вишневская Виктория - Страница 8

А потом все вокруг становится неважным. Есть только он и я. Наша битва, порождаемая похотью.

Разум и мысли заволокло пеленой желания, которая отстранила меня от всего мира. Несколько минут, которые проносятся в мгновения, и вот мы уже в его квартире. Не замечаю ничего вокруг и прихожу в себя только тогда, когда он прерывает поцелуй, от которого болят губы.

Делает шаг назад, заставляя руки упасть плетьми вдоль туловища. Осматривает меня жадным взглядом, не забывая ни один уголочек моего тела. После минутного сканирования возвращается на моё лицо и тихо, с хрипотцой, которая будоражит все внутренности, произносит:

– Раздевайся.

После этой фразы становится страшно. Потому что вместо того, чтобы воспротивиться и сделать всё по-своему, тянусь пальцами к пуговицам пиджака.

Кажется, система дала сбой. Или я совершенно потеряла голову…

Глава 11

Дрожащими пальцами расстёгиваю пиджак и сразу же скидываю его на пол. Смотрю зачарованно на мужчину, который готов был сжечь меня одним взглядом. Он чарующе наблюдал за каждым моим движением, задерживаясь на груди на несколько секунд.

– Что, в прошлый раз не насмотрелся? – вопрос сам слетает с губ. Смотри, Воронов, это последний раз, когда ты видишь меня голой.

Хочу это озвучить, но сохраняю эту фразу в голове.

– Рассматривал бы вечность, – слышится ответ, заставляя скривиться в усмешке. – Поторопись. Моё терпение на исходе.

– Может, снимешь сам? – пальцы оказываются на пуговице брюк. Одно движение, и свободные штаны падают следом за пиджаком. Остаюсь в одном кружевном топике, трусиках и туфлях. Чувствую, как кожа пылает от одного только взгляда мужчины. – Раз тебе не терпится.

Задираю подбородок и делаю несколько уверенных шагов. Незаметно для себя виляю бёдрами, притягивая к себе ещё больше внимания. Интересно, о чём он сейчас думает?

Подхожу к Кириллу почти вплотную, кладя ладони на обнажённую грудь. Пока я снимала с себя одежду, он не отставал, медленно раздеваясь вместе со мной. Рубашки на его теле не осталось, и теперь я могла потрогать его везде, где хотела.

Пальцами скольжу по упругим мышцам груди, пресса, очерчивая кубики. Любила таких мужчин, которые ухаживали за собой. Рома, вот, ходил в зал три раза в неделю…

Внезапно чувствую на шее стальную хватку цепких рук и вздрагиваю от неожиданности. Сердце резко начинает быстро стучать в груди и еле успокаивается спустя несколько секунд.

Он смотрит на меня угрожающе, напряжённо и… Раздражительно?

– Я запрещаю тебе думать о твоём женихе, когда я рядом, – откуда он?… – Твои глаза обо всём говорят. Что это? Вина? Сожаление? Я не терплю этих чувств в удовольствии. Если сомневаешься – можешь уйти. Но хочешь ли ты этого, когда мы зашли так далеко?

Сглатываю, слушая эти тихие и такие серьёзные слова. Я не знаю. Понимаю, что всё это неправильно. Но уходить не хочу… И не могу.

Ничего не отвечаю, потому что в следующие секунды Кирилл перемещает свои ладони на мою талию и прижимает к себе, заставляя на миг задержать дыхание.

– Молчишь, – довольно улыбается своей греховной улыбкой и делает несколько шагов в сторону вместе со мной. Подстраиваюсь под него, чувствуя спиной стену, в которую он меня впечатывает. – Значит, сделала правильное решение.

Хотелось бы мне думать также…

Пальцы, до этого сжимающие талию спускаются ниже, хватаясь за краешек белых трусиков. Почти сразу же Кирилл дёргает их вниз, отчего они соскальзывают с моего тела и падают на пол.

Как только это происходит, его ладонь оказывается на штанах, расстёгивая ширинку. Руки сами тянутся к нему, перехватывая всю инициативу на себя. Отодвигаю их в сторону, но почти сразу же получаю лёгкий шлепок по коже.

Шиплю от этого маленького непростительного действия.

Завороженно смотрю на появившийся из брюк член и облизываюсь, стоит оценить его размер. Большой. Теперь видела, что в меня вколачивалось в прошлый раз…

Закусываю губу и уже представляю его в себе. Дьявол… От одного представления уже готова кончить, даже не касаясь его плоти.

– Посмотри на меня, – слышу приказ рядом, но не слушаюсь, продолжая смотреть вниз. Когда не подчиняюсь, Кирилл повторяет ещё раз, но уже с нажимом: – Подними взгляд, Кристина.

Слушаюсь и перевожу взгляд на лицо Воронова. Глаза его блестят от возбуждения, из-за чего распаляюсь ещё больше. Знаю, что он хочет меня. И это приносит такую эйфорию… Заставляет сжиматься даже от этой маленькой ерунды.

Его руки оказываются на моих бёдрах, обхватывая их и чуть сжимая. Приподнимает одну ногу, и резко входит, заставая меня врасплох. Чувствую его внутри себя и запрокидываю голову, открывая широко рот. Дерьмо! Как же хорошо!

Внизу будто течёт проклятая лава, которая сжигает изнутри.

Ворон делает первый толчок, и я закусываю губу, чтобы не застонать. Нет, не хочу сдаваться так просто. Он поймёт, что мне слишком хорошо, и тогда точно не отстанет от меня.

И если я хотела сдерживаться, то ничего не выходит… Потому что мужчина ускоряется, сильнее впечатывая меня в стену.

Ноги сами обхватывают его талию, и я закатываю от удовольствия глаза, когда чувствую его в себе по самое основание. Проклятье, проклятье! Почему так хорошо?

– Сопротивляешься, – обрывисто хрипит, набирая скорость. – Но настолько мокрая… Что даже… Член скользит как по маслу…

Знаю… Потому что хотела его ещё в машине. Неосознанно. Только от одной мысли, что он уже довёл меня до оргазма в той комнате. Представляла на себе эти ощущения вновь и вновь, и вот мои трусики уже были насквозь пропитаны влагой.

Держусь за его плечи, врезаюсь ногтями в кожу и не сдерживаюсь, выпуская изо рта стон. Первый, второй, третий… Потерялась в блаженстве, переставая считать и прижимаясь к Кириллу. Напряжённые соски тёрлись о кружевную ткань лифчика, и я уже пожалела, что не скинула его раньше.

Хотела чувствовать его обнажённой кожей, но не могла. Вместо этого распахнула глаза и поцеловала его, выплёскивая всю страсть. Стонала ему в рот, тёрлась об него, стену и сжимала в своих ногах его талию. Руки хаотично гуляли по его спине и плечам, оставляя красные полосы от ногтей.

Плевать. Если его жена увидит их, это будут не мои проблемы. Он сам начал эту игру, не я… Или же всё-таки я? Тогда, когда мы вступили в ту битву взглядами. А потом ушла, виляя зазывающе бёдрами?

Что натворила?

Ответить на этот вопрос не смогла, потому что тело прострелила сладкая истома, и я задрожала в руках Воронова, испуская последний громкий стон. Содрогалась в оргазме, сжимая стенками лона его член. Дьявол… Почему было так нереально хорошо?

Почти следом мужчина прижимает меня к стене и выходит из моего тела, делая шаг назад. Приходится встать на подрагивающие ноги, пока Кирилл обхватывает свою плоть ладонью и делает несколько возвратно-поступательных движений. Горячая жидкость обжигает моё бедро, и я скатываюсь по стене.

Не могу больше стоять. Это невероятно. Нельзя выжать все соки из человека обычным сексом. Такого кайфа я не испытывала никогда. У меня не было огромного опыта, но он был. И впервые я чувствовала себя такой… уставшей? Довольной?

Приземляюсь на колени и со свистом выдыхаю. Сил не осталось вообще. Морально так точно.

Рядом щёлкает пряжка ремня и в следующую секунду большой палец оказывается на моём подбородке. Приподнимает его, заставляя посмотреть Кириллу в глаза. Стоило только увидеть его лицо и улыбку, сразу же стало не по себе.

Его слова, сказанные в салоне автомобиля, сразу же пронеслись в мыслях, отчётливо вырисовывая картинку той сцены в голове.

«Посмотрим, как ты заговоришь, когда я буду смотреть на тебя сверху вниз».

И снова он говорит эту фразу. Взглядами, усмешкой.

– Чёртов сукин сын, – вырывается у меня изо рта, потому что понимаю одно: это единственный человек, кому удалось опустить меня на колени. И не важно, каким путём…

Глава 12

Почти сразу же после того, как Ворон довёл меня до оргазма, я собрала все свои вещи и ушла. Молча, без каких-либо слов. Потому что не могла поверить в то, что снова сделала. Переспала с Кириллом.