Дар Элизабет - Дэвидсон Донна - Страница 16

Усталый курьер встал при ее появлении, тут же вскочили два человека в штатском, но явно с военной выправкой.

– Нам приказано охранять вас, – заявил курьер, протягивая ей послание.

Элизабет быстро сорвала печать и пробежала глазами письмо, которое оказалось очень коротким:

«Оставайся в Пэкстоне и жди дальнейших инструкций от Хоксли. Стэндбридж».

Глава шестая

Элизабет ворвалась в гостиную, сжимая в кулаке скомканное письмо. Ее глаза горели.

– Хоксли! Этот… этот изверг, этот самонадеянный, бесчувственный, безмозглый изверг!

Сзади послышался мягкий голос:

– Безмозглый?

Элизабет немедленно пришла в себя и, смутившись, обернулась на голос.

– О, тетя Юнис, извини, но я просто потеряла голову, прочтя письмо герцога. Он приказывает мне ждать инструкций от этого… безмозглого Хоксли! – Она упала на стоящий рядом стул и добавила: – Ты, наверное, считаешь, что я оставила все свои манеры в Шотландии?

Юнис, усмехнувшись, пожала плечами.

– А почему бы и нет? Ведь говорится же, что гость всегда должен оставить в доме хозяев хороший подарок! Я вижу, ты расстроилась из-за письма. Что же он такое там написал? – От улыбки морщинки у глаз тетушки обозначились сильнее. – Уж не посылает ли тебя лорд Хоксли на этот раз в Индию, моя дорогая?

Элизабет расхохоталась во все горло, и тетка тоже засмеялась, заразившись ее весельем.

– Ой, тетя, я совсем забыла, какое ты сокровище! Нет, пока не в Индию. Я должна ждать, сидя в своей комнате, пока не услышу каких-нибудь указаний от Хоксли. Герцог даже прислал охрану, чтобы я не вздумала ослушаться! А я не лакей, чтобы мне приказывать! – Она выпрямилась и подвинулась на краешек стула. – Я передам курьеру соответствующий ответ и немедленно отошлю его обратно в Лондон!

Юнис подошла к Элизабет и погладила ее по плечу.

– Давай пожалеем курьера, моя дорогая; его надо сначала накормить и уложить с дороги спать. Ты успеешь дать ответ завтра.

Она вышла из комнаты, оставив Элизабет наедине с ее грустными мыслями.

«Так я и знала, что он все разрушит! – кипела она. – Как раз, когда я все обдумала и готова была принять решение относительно своей дальнейшей судьбы… .Не буду я его дожидаться и не позволю совать нос в мои дела!»

Вернулась Юнис в белом халате, наброшенном на будничное платье, и широкополой соломенной шляпке.

– Я буду в саду, – жизнерадостно произнесла она. – Почему бы и тебе немного не прогуляться, чтобы успокоиться? Мы сможем наконец побеседовать наедине…

Когда Элизабет вышла в сад, чтобы узнать, почему тетка хочет поговорить с ней без свидетелей, Юнис сидела на низком стульчике и рисовала маленькие дикие маргаритки, которые росли вдоль тропинки.

– Они растут, только если рядом не копать землю. Эти маленькие ребятки появились в этом году что-то очень рано. А вечером они засыпают – прямо как дети.

Как чудесно было слышать спокойный голос тети! Элизабет всегда любила, когда она рассказывала о цветах. Юнис была прирожденной художницей и могла часами бродить по полям и лесам, чувствуя себя гораздо уютнее с цветами, чем с людьми.

Юнис поднялась и сунула уголек и блокнот для эскизов в карман своего халата.

– Прогуляемся? – предложила она.

Они направились в сторону леса, Юнис изредка прерывала молчание, чтобы показать Элизабет какой-нибудь ранний цветок.

– Это пушистый розовый цветочек клубники. Что-то он хилый, бедняжка. Взгляни на эти нарциссы, им нравятся солнечные места в лесу. Вообще-то, еще слишком рано для некоторых цветов. Подожди, сейчас я покажу тебе очень красивую полянку.

И действительно, скоро они увидели кустики необыкновенно красивых ранних цветов самых разнообразных оттенков. Они тихо постояли на поляне, потом Юнис произнесла:

– Ты так похожа на свою мать! Я просто изумилась, когда ты вернулась из Шотландии. Прямо как привидение увидела… Она ведь была самой близкой моей подругой, и я была очень счастлива, когда она вышла замуж за моего брата…

Она взглянула на племянницу и сразу пожалела о своих словах: Элизабет изо всех сил старалась сдержать слезы. Юнис взяла ее за руку, и они продолжали свою прогулку по сосновой роще.

– Тетя, – Элизабет наконец решилась задать вопрос, который не давал ей покоя много лет. – Почему я ношу твою фамилию, а не фамилию отца?

– Так хотел герцог, – поколебавшись, ответила Юнис. – Когда-нибудь, я думаю, он сам объяснит тебе причину. А пока… расскажи-ка мне о Шотландии. Не о природе – об этом я потом расспрошу тебя подробно. Расскажи о себе. Что ты там полюбила, а что нет? И рада ли ты, что вернулась? А может, тебе не нравится мое излишнее любопытство?

Улыбнувшись, Элизабет поспешила успокоить тетю:

– Ну, что ты! Очень даже нравится! А что мне действительно не нравится, так это быть вдали от тебя и Мэриан. Это было очень больно. Я думала, что никогда не перестану скучать по дому. Сначала мне не нравилась еда и непривычный акцент и хотелось лишь одного: чтобы меня оставили в покое, хотя все были со мной очень любезны.

Она рассмеялась, с удовольствием вспоминая недавнее прошлое.

– Жена доктора Камерона, Маргарет, – просто душка, и в конце концов я не смогла устоять перед ее обаянием. Заметив, что я скучаю, она убедила меня, что ей совершенно необходима моя помощь. На самом же деле, она может все прекрасно сделать сама и работает без устали. Они с доктором окружили меня необыкновенной теплотой и заботой. Доктор быстро обнаружил мою главную слабость – любопытство – и тоже заверил меня, что завален работой и нуждается в помощниках.

В голосе Элизабет зазвучал истинный энтузиазм:

– Медицина – это такой трудный предмет! Его можно изучать бесконечно: столько замечательных открытий делается буквально каждый год. Но, тем не менее, многие врачи лечат примитивно, по-старинке. А хороший врач должен просто помочь организму, а потом дать ему возможность самому справиться с болезнью. – Она улыбнулась Юнис. – Точно так, как делаешь ты, тетя. Ты освобождаешь растение от сорняков, подкармливаешь его, а остальное делает сама природа.

Юнис нахмурилась:

– Все это прекрасно, моя дорогая. Но как они могли разрешить молодой незамужней девушке принимать роды?! Меня это просто шокирует!

– Но ведь, когда женщина выходит замуж, у нее уже нет времени учиться чему-то! – Элизабет рассмеялась при виде растерянности тетки. – А впрочем, я тебя понимаю. Здесь многие были бы шокированы. Мы все, англичане, считаем, что мы – центр вселенной, а на деле шотландцы гораздо более образованны во многих областях. Кстати, им не кажется, что женщины глупее мужчин; маленькие девочки учатся по тем же учебникам, что и мальчики. – Она широко улыбнулась. – Вот это мне пришлось по душе! Там никто не относится к женщинам как к тряпичным куклам.

Элизабет перевела дыхание и продолжала:

– Вообще, шотландцы никого не считают людьми второго сорта. Им даже рыжие нравятся! Например, у Маргарет волосы того же цвета, что твои маки, а на лице едва ли найдется свободное от веснушек место. Но ты бы видела, как ее обожает муж!

Дорожка привела их к широкой поляне у ручья, и они остановились полюбоваться водой. Юнис обняла себя руками за плечи, не отрывая глаз от бурлящих водоворотов.

– Я не очень люблю приходить сюда: все никак не могу забыть то ужасное происшествие с Мэриан…

Элизабет перебила ее, решив отвлечь от страшных воспоминаний.

– Тетя, зачем ты позвала меня на прогулку? Что тебя беспокоит? – Юнис не сразу ответила, и Элизабет высказала свою догадку: – Это связано с Мэриан, ведь так? Она меня тоже беспокоит, но я не знала, замечает ли еще кто-нибудь, как этот слизняк Стэнли крутится вокруг нее…

Лицо Юнис просветлело.

– Меня беспокоит именно это, моя дорогая! Поразительно: ты всегда понимаешь меня раньше, чем я сама о чем-нибудь подумаю. Мэриан помолвлена с чудесным человеком, который сражается за родину. Он уверен, что его невеста ведет себя так, как подобает девушке в ее положении. Мэтью ужаснулся бы, если бы увидел, как она флиртует с этим недостойным лордом Стэнли! О чем она думает, танцуя с ним подряд несколько танцев и принимая его у себя, когда он только пожелает?!