Мир, изменивший драконов (СИ) - Бережная Мира - Страница 21

— Все зависит от типа раны, ее расположения и давности.

— А, скажем, если ране неделя-две?

— Неделя или две?

— Не знаю.

— Трудно сказать. Нужны еще данные.

— Но надежда есть?

— Надежда есть всегда, Таня. Иначе у целителей не было бы работы.

— Да, все верно… Надежда умирает последней… И не пропускает вперед всяких там ардов Янгоров!

— Что?

— Да так, мысли вслух, — я медленно встала и поклонилась. — Прошу прощения, что покидаю вас в такой час, но мне нужно спешить.

— Куда ты сейчас? — поинтересовался Кот.

— К Трехглавой горе.

— А путь ньофу покажешь?

— Эммм…

— Я поеду с тобой.

— Нет! Нет, Кот! Ты ранен!

— Это не обсуждается!

— И я с вами, — крикнула бегущая к нам Юлла. — И это тоже не обсуждается!

— Спасибо, друзья. Но, боюсь, ньоф не выдержит троих.

— Ты плохо знаешь этих зверей. Он и четверых потащит, да так, что только держись.

— Да? Ну, хорошо. Ему точно можно в путь? — спросила я у целительницы.

— Можно, нельзя, — какая разница? Все равно он уже все решил! Теперь его даже дракон не остановит!

— Тогда идем. Прощайте, — я оглянулась на собравшихся вокруг людей. — Рада была побывать в вашей школе. И… для меня было честью сражаться рядом с вами.

Вместо ответа помшанцы все, как один коснулись кончиками пальцев груди, виска и выставили вперед руку, обращенную раскрытой ладонью ко мне. Я бегло взглянула на Кота.

— У жителей долины Дальхары это знак высшего уважения — знак «Эйхъ». Переводится как «сердцем и мыслями я всегда с тобой».

Я тут же отзеркалила знак и, не теряя больше ни минуты, направилась к воротам. Юлла и ее наставник поспешили следом. Силы возвращались к магу с огромной скоростью, а раны больше не сковывали движения. Да и выглядел он так, словно вообще не попадал под лапу дракона, а вместо этого беззаботно прогуливался вдали от сражения, наслаждаясь жизнью. И только белая повязка, выглядывающая из-под отданной кем-то туники, напоминала о недавних событиях, едва не ставших роковыми.

Миновав ворота, мы зашли глубже в лес и остановились. Кот снял с руки браслет, намочил палец в воде из походной фляжки и занес его над ободком украшения.

— Готова?

— К чему?

— Моя магия заблокирована горисилом.

— ???

— Точнее, она направлена ему в помощь. Именно поэтому я быстро восстанавливаюсь. А она, — он кивнул в сторону девушки, — не сможет удержать ньофа так долго, как нам нужно. Тут требуется более серьезная Сила.

— Ментальный приказ, хочешь сказать?

— Только он.

— Зови! Устроим.

Кот неторопливо повел пальцем по блестящей грани браслета, иногда перескакивая с тонкой стороны на другую, более толстую. Полилась мелодия. Густая и тягучая, словно ириска, прилипшая к раскаленной печке. Невдалеке зашуршали кусты. Мгновение — и проворный любознательный вездеход вынырнул перед нами, метко уложив меня на лопатки. Ну, хоть глаза искать не надо! Я поймала взгляд зверя:

— Слушать мои приказы до слова «свободен». Замри.

Провожаемая пристальным вниманием изумленных алнов, я выбралась из-под ньофа, отряхнулась, устроила поудобнее меч, и тоном, не терпящим возражений, добавила:

— Лежать.

Зверь послушно лег на землю, подставляя нам свою широкую спину. Легко, словно всю жизнь только и делала, что ездила на четырехглазых пушистиках, я уселась верхом и крепко ухватилась за уши. Позади меня устроился Кот, а за ним Юлла, расплывшаяся в блаженной улыбке от того, что появился повод обнять мага. Так и знала, что он не просто наставник!

— Вперед.

Ньоф резво вскочил на ноги и в два прыжка залез в глубокую чащу, где неожиданно вместо чистых, широких тропинок, залитых светом, нашим взорам предстали мрачные завалы из сломанных и обугленных деревьев.

— Стоп!

— Это будет сложнее, чем я предполагал, — задумчиво произнес мужчина.

— Все равно быстрее, чем пешком, — подбодрила нас Юлла. — Давай через Красный круг.

— Можем не выбраться из него.

— Я знаю там каждое дерево. Все детство туда убегала.

— Тогда веди.

— Направо, Таня. Пройдем вдоль Дальхары.

— Уверена?

— Более, чем.

— Что ж, тогда держитесь крепче. Вперед, Тузик! — И уже намного тише, — Держись, Ян. Я скоро…

* * *

Остаток дня и всю ночь мы провели верхом. Кот освещал путь нанизанным на палку корешком какого-то растения, название которого я не смогла выговорить даже с пятого раза. Света он давал не много, но его хватало, чтобы не врезаться в деревья и вовремя уворачиваться от летящих навстречу веток.

Юлла подсказывала куда «рулить», каждый раз вызывая у меня шквал невысказанных вопросов «как?». Как вообще можно ориентироваться в абсолютно одинаковом лесу?! Ни тебе столбов, ни указателей, ни зарубок, ни-че-го! Но каждое ее «за тем кустом налево» или «сейчас будет троепутье, нам направо» заставляли меня восхищаться ее способностью ориентирования на местности.

Моя же задача заключалась лишь в управлении зверем. Не могу сказать, что это под силу любому. Все-таки держать под приказом существо, не любящее ограничений и всячески им сопротивляющееся — та еще практика. Но внешне все выглядело так, словно я просто дергаю зверушку за уши, направляя в нужную сторону, и наслаждаюсь поездкой.

К утру, когда четвертый по счету ньоф окончательно выдохся, мы добрались до Красного круга. Перед нами, насколько хватало взора, расстилался красный лес: листья, устланная ими земля, даже стволы имели здесь красноватый оттенок. Я сдавленно ахнула, но инстинктивно сделала шаг назад. Несмотря на кажущуюся приветливость этого поистине волшебного места, идти дальше пешком было опасно, да и время играло не в нашу пользу, поэтому решение вызвать пятого зверя мы поддержали единогласно. Вот только сколько маг не пытался звать, ничего у него не получалось. Все ньофы словно вымерли! Раздосадованная, я опустилась на землю, и совершенно не веря в то, что делаю, ведомая каким-то внутренним порывом, прошептала в самую траву:

— Без тебя никак… Помоги.

Дунул ветер, унося шепоток вдаль, дробя его и рассеивая по лесу. Травянистое море всколыхнулось, словно мои слова передавались от травинки к травинке, и дальше, по кустам к мерно покачивающимся деревьям.

А потом я услышала Его! Вся кровь разом отхлынула от лица, а сердце пустилось в такой пляс, что любой кардиолог покрылся бы по́том, расшифровывая мою кардиограмму. Он звал меня по имени. Нежно… Ласково… А я не могла поверить в происходящее. Слезы радости сами полились по щекам. Я подскочила и бросилась бежать… Туда, к Нему…

— Янгор!

— Стой! Нельзя!

Кот бросился наперерез, хватая меня за талию и заваливая на землю.

— Не слушай! Это морок!

— Там Ян, он зовет меня. Это точно он!

— Это не он, — почти прорычал мне в ухо маг, крепче сжимая замок из рук. — Пойдешь туда — сгинем все.

— Пусти! Ян!

— Ты в Красном кругу. Здесь все не то, чем кажется.

— Он — тоже? — я указала пальцем на выходящего из-за деревьев вайифа и нервно сглотнула, оставив попытки вырваться.

— Юлла?

— Я тоже его вижу.

Девушка застыла, словно вкопанная. Подвижными остались лишь ее губы да грудная клетка, изредка поднимающаяся на вдохе.

— Великая, ты звала меня, — в моей голове раздался мягкий, но властный голос.

— Ты говоришь не всеобщем?

— Он говорит? — Кот и Юлла уставились на меня, словно на привидение.

— Тебя это огорчает?

— Просто в нашу первую встречу мы говорили на языке Первых.

— Ты знаешь язык Первых? — казалось, больше удивляться уже некуда, но учащенное дыхание и огромные глаза моих спутников говорили об обратном.

— Я проверял тебя. Итак, чем я могу помочь на этот раз?

— Мы не можем поймать ньофа. А до Трехглавой горы еще идти и идти.

— А от меня-то ты чего хочешь?

— Я… Эммм… — я потупилась под тяжелым взглядом серых глаз. — Мудрого совета.