Лисица в борделе (СИ) - Кардашьян Дарина - Страница 1

Лисица в борделе

Дарина Кардашьян

Пролог 

— Она опять мне отказала, — мрачно признался Фрэн.

Лайон нашел своего друга только к вечеру. Фрэнсис Мерсер, прославленный в боях генерал, пил отвратительное кислое вино в грязной забегаловке на окраине города, подперев голову и глядя прямо перед собой невидящими глазами. Кроме Фрэнсиса в таверне было три человека, включая хозяина. Все худые, смуглые до черноты, и грязные — как черти.

— Ну что ты забыл здесь, Фрэн? — спросил Лайон устало. — Разве тебе тут место? Идем, провожу домой.

— Отстань, — отмахнулся его друг.

— Уже год прошел, никак не успокоишься.

Вздохнув, Лайон сел рядом с Фрэнсисом за плохо выскобленный стол, на котором стояли кувшин, оловянная кружка и тарелка с подгорелым печеньем.

— Вино дерет горло, трактирщик! — рыкнул Фрэн сделав глоток из кружки, которую поставил перед ним хозяин заведения, и добавил совсем другим голосом: — Опять отказала…

— Конечно, она ведь жена другого! — возмутился Лайон. — Все знают, что Сесиль Биссет верна мужу. Посмотри уже на других женщин.

— Другой такой нет в целом мире, — последовал угрюмый ответ. — Мне больше никто не нужен, только она.

— Прошу прощения, — вмешался полупьяный посетитель. — Господа! У нас появился новый бордель — «Золотая лагуна», там целый цветник смазливеньких шлюшек. На любой вкус. Брюнетки, блондинки, рыжие, пухляшки, стройняшки, девственницы, умелые — кого пожелаете! Говорят, королевский казначей пожелал рыжую с веснушками — и ему привели именно такую! Вот где у нас можно найти рыжую, да ещё в веснушках? Только и дерут там в десять раз против обычного, поэтому туда ходят только самые важные господа.

— Мы еще по борделям не ходили, — проворчал Лайон.

— Всё веселее, чем просаживать деньги на вино, — не сдавался посетитель.

— Но-но! — прикрикнул хозяин, понимая, что может лишиться клиента. — Господин Фрэн — порядочный господин! Он в бордели — ни ногой.

Господин Фрэн тем временем хмуро молчал.

— Как знаете, — с крайне обиженным видом пожал плечами знаток борделей. — Мое дело предложить.

— Только «Золотой лагуны» тебе не хватало, — сказал Лайон с упреком. — Хватит просаживать деньги, Фрэн. Едем домой.

— Знаешь эту «Лагуну»? — спросил Фрэнсис.

— Слышал, — уклончиво ответил Лайон, уже понимая, куда ветер дует.

— Хорошее место? Бывал там? Девки и правда на любой вкус?

— Я не настолько богат, чтобы бывать в таких местах, — Лайон скис, как вино, которое только что ругал Фрэн. — Но говорят, что там, действительно, шикарно. Принимают только по одному, запись на месяц вперед.

— На месяц?! — Фрэн захохотал, как будто Лайон сказал что-то смешное. — В бордель надо приходить, когда стоит, а не надеяться, что тебя встанет через месяц, — он перестал смеяться, замолчал, и взгляд у него затуманился.

— Вот-вот, значит, иди домой, — подхватил Лайон.

Но его друг затуманился ещё больше и произнёс:

— Значит, стоящее место…

— Тебя не пустят, — обреченно сказал Лайон.

— Посмотрим, — его друг швырнул на стол деньги и ушел, не прощаясь.

Выйдя, он поймал первого попавшегося извозчика, бросил ему серебряную монетку, забрался на сиденье и скомандовал:

— В бордель «Золотая лагуна».

Извозчик взмахнул кнутом, и лошадь понуро затрусила, потащив дребезжащую коляску по мостовой.

Лайон, не успевший сесть в коляску, только всплеснул руками, оставшись один посреди улицы.

Фрэн успел вздремнуть и почти протрезветь, пока они добрались до квартала, где располагались каменные дома, окруженные высокими заборами. Тут жили богатые люди, которым судьбою не уготовано было родиться в знатной семье. Здесь жили королевский портной, лучшая модистка столицы, а также располагались дома куртизанок, обслуживавших только знатных клиентов.

Коляска остановилась перед добротным трехэтажным домом за каменной оградой. Небольшая глухая калитка с медным кольцом посредине, по обеим сторонам от входа были высажены жасминовые кусты — известное растение куртизанок.

Фрэн выбрался из коляски и нетвердым шагом направился к калитке между жасминовых зарослей. Стукнув медным кольцом, он приготовился ждать, но калитку открыли почти сразу же. Вернее — крохотное окошечко в калитке.

— Сегодня никого не принимают, — раздался недовольный голос.

— А так? — Фрэн показал в окошечко золотую монету.

— Подождите.

На этот раз прождать пришлось долго, а потом огромного роста краснолицый мужчина приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы Фрэн мог протиснуться внутрь.

— Следуйте за мной, — велел краснолицый и пошел по тропинке, посыпанной мелкими речными камнями. — Проходите, — велел он Фрэну возле крыльца, а сам остался снаружи.

Поднявшись по ступенькам, Фрэн оказался в полутемной прихожей, скупо освещенной красным стеклянным фонарем. Фрэн всегда думал, что в подобного рода заведениях должно быть светло и шумно, но здесь было тихо, как в склепе.

— Что изволите, господин? — послышался услужливый голос, а потом появился и его обладатель — молодой ещё мужчина, довольно приятной внешности, который уже, однако, начал лысеть, и отрастил приличное брюшко.

— Вы хозяин? — спросил Фрэн, нелюбезно оглядывая его с головы до ног. Он был выше мужчины на целую голову и мог позволить смотреть на него свысока.

— Так точно, мой господин. Тюн Вудроу, к вашим услугам.

— Ну ваши-то услуги мне точно не понадобятся, — хмыкнул Фрэнсис. — Говорят, у вас можно снять девицу на любой вкус.

— Это сущая правда, — торжественно подтвердил Вудроу. — Только вот…

— Что ещё?

— Наши красавицы стоят дорого, — глаза хозяина борделя алчно блеснули. — Очень дорого, господин.

— Этого хватит? — Фрэн выудил из кошелька новенький золотой.

Такого хватило бы купить хорошую лошадь, но хозяин «Лагуны» не торопился брать деньги.

— Сожалею, мой господин, — он поклонился ещё услужливее, — но ночь с девицей из нашего дома стоит в пять раз больше.

— Они у вас между ног золотые, что ли? — хохотнул Фрэн.

— Наш товар — самый лучший, — подтвердил Вудроу. — Но если для вас слишком дорого…

— Я заплачу десять, — уже с раздражением перебил его Фрэн, — если найдешь мне брюнетку, с длинными шелковистыми волосами, с белой кожей и синими глазами. Чтобы была стройная, как фея, но не костлявая. И вот тут, — он ткнул себя в правую щеку пальцем, — крохотная родинка. Чтобы была свежая, как лилия, но готова на всё. Ну и самое главное — она должна быть красоткой.

— Можно взглянуть на деньги? — вежливо спросил Вудроу.

— У тебя есть такая на примете? — насмешливо спросил Фрэн, вытряхивая из кошелька пригоршню золотых.

— Точно такая, — заверил его хозяин, которому груда золота сразу внушила чрезмерное уважение к посетителю. — Прошу за мной, господин.

— Если девка мне не понравится, платить не стану, — пригрозил Фрэн.

— Она вам понравится, — хозяин повел его по лестнице на второй этаж. — К нам приходят многие важные господа, и ни один не остался недовольным. Прошу сюда, — он пропустил Фрэна в комнату, чистую и богато обставленную.

В центре стояла круглая постель — с высокой спинкой, похожая на королевский трон. Впечатление усиливал малиновый бархатный балдахин с золотыми кистями. Одна стена была полностью зеркальная, пол устилали пышные ковры, и возле столика из красного дерева были живописно разбросаны подушки из разноцветного шелка. Окна занавешены плотными шторами, к которым были приколоты живые розы, на камине стоял серебряный подсвечник с тремя белыми восковыми свечами. Пахло сладко, но не приторно, и откуда-то еле слышно доносилась музыка. Кто-то играл на лютне странную мелодию — медленную, переливчатую.

— Подождите, сейчас я приведу женщину вашей мечты, — хозяин поклонился и выскользнул за дверь, оставив Фрэна одного.

Он прошелся по комнате и остановился возле камина. Подсвечник был сделан в виде голого амурчика с такой хитрющей физиономией, что Фрэн тут же повернул его лицом к стене, чтобы не бесил почём зря.