Вкус Жизни (СИ) - Коротеева Катерина - Страница 25

— Серьезно? Если мне изменяет память, она была проституткой, — удивился я. — Ты, совсем другое дело, моя милая и невинная супруга.

— Невинной я была до того, как встретила тебя. И уж точно меня так не назовешь после прошлой ночи, — усмехнулась она.

— Ты как всегда права, миссис Грей.

Да уж, прошлая ночь совсем не была невинной. Мы просто не могли остановиться. Меня очень сильно возбудило то, что она побрилась для меня. Это были новые ощущения для меня и для нее тоже. В который раз думаю, что мне очень повезло, что до нашей встречи она ни с кем не была.

***

Франция. Париж.

За неделю мы обошли все достопримечательности. Мы были в зеркальной галерее Версальского дворца. Этот уникальный памятник эпохи Людовика XIV задумывался как переход, по которому король с семьей по утрам ходил на мессу в королевскую часовню. Иногда здесь устраивали балы и приемы. Позже галерея стала местом, где вершились судьбы Европы. Так же мы посетили Лувр — один из старейших музеев с богатой историей коллекционирования художественных и исторических реликвий Франции, начиная со времён династии Капетингов и до наших дней. Особое внимание Аны заслужила скульптура Венеры Милосской. Она рассматривала древнегреческую богиню любви, я не мог оторвать глаз от своей богини любви. Она необыкновенная.

На следующий день мы забрались на вершину Эйфелевой Башни, там был заказан столик на двоих. После ужина, в Шампань-баре мы взяли по бокалу игристого вина и наслаждались потрясающим видом. Там же располагались астрономическая и метеорологическая обсерватории. Венчал башню маяк с куполом, свет которого достигал десяти километров. На самом верху было еще одно помещение — квартира, которую построили специально для Эйфеля. Хотя площадь достаточно просторная, обставлена она просто, но со вкусом человека XIX столетия. В ней были отдельные комнаты, мебель, ковры, и даже рояль — обязательный предмет элиты того времени. Это был удивительный вечер. Миа много мне рассказывала о Париже, но когда я все увидел своими глазами, я был полностью с ней согласен, здесь очень красиво. Главное, что Ане все нравилось. Я никогда еще не видел, чтобы она столько улыбалась.

На следующий день мы отправились в увлекательный круиз по реке Сене на корабле Бато-Муш. Для нас организовали эксклюзивный ужин в ресторане на Елисейских полях. Неделя в Париже пронеслась очень быстро. А затем мы отправились на юг Франции.

Глава 8. Наказание

Мы поселились на «Прекрасной Леди», эту роскошную яхту я взял в аренду на оставшиеся две недели нашего медового месяца. Я просто не мог удержаться, очень хотел провести две недели на воде.

Все было так хорошо, это был идеальный медовый месяц. До того момента, пока я не увидел Ану, лежащую на шезлонге на общем пляже в Монте-Карло без лифчика.

— Ты что, черт возьми делаешь? — крикнул я не в силах скрыть свою внезапную ярость.

Ана пыталась как-то нелепо оправдаться, что она уснула и случайно перевернулась, но меня эти подробности мало интересовали. Мне все равно как это произошло, этого вообще не должно было случиться! Мы же с ней только двадцать минут назад проговорили о том, что я против того, чтобы она загорала топлес. Она и так была слишком раздета. И я ее предупреждал, чтобы она не испытывала судьбу. И вот, пожалуйста, она бросила мне вызов в виде лежащего верха бикини на моем шезлонге. Я услышал разговор Филиппа и Гастона, наших охранников французов. Видимо они были не в курсе, что я свободно говорил по-французски и понимал, о чем они перешептывались. Они явно оценили все это шоу от моей бесстыдной жены, пока меня не было. И в полной мере насладились зрелищем. Я убью их, если они кому-то позволят близко подойти к моей жене, пока они в своих мыслях по очереди ее трахают.

Я зол как черт. Ана виновато смотрела на меня, а чего она ожидала?

Я подобрал ее бикини и бросил ей.

— Надень! — прошипел я.

— Но никто же не смотрит.

— Смотрят, ты уж мне поверь. А уж Тейлор и секьюрити наверняка наслаждаются зрелищем!

В панике она быстро прикрыла грудь ладонями.

— Да, — рыкнул я. — А еще тебя мог щелкнуть какой-нибудь мерзавец-папарацци. Хочешь появиться на обложке «Стар»? Теперь уже голая?

Пока она собиралась, я сказал официантке, чтобы она нас рассчитала, и отдал ей свою кредитку. Затем сказал Ане, что мы уходим.

— Сейчас?

— Да. Сейчас.

Мое настроение окончательно испорчено и все, что я сейчас хотел, покинуть место представления. Я быстро натянул шорты на мокрые плавки и надел футболку. Официантка вернулась с моей кредиткой. Все, мы можем идти. Я схватил свою книжку, «блекберри» и надел солнечные очки. Меня трясло от злости.

— Пожалуйста, не злись, — прошептала Ана, забирая у меня книгу и «блэкберри», пряча их в рюкзак.

— Теперь уже поздно, — сказал я. Сейчас у меня только одно желание, проучить ее как следует, чтобы она больше не смела так себя вести. — Идем.

Я взял ее за руку и дал знак Тейлору и этим двоим из ларца, что мы уходим. Тейлор с командой последовали за нами.

— Куда мы идем? — осторожно спросила Ана.

— На яхту, — не глядя на нее, бросил я.

Мы пришли к пристани, где были пришвартованы моторная лодка и гидроцикл. Всю дорогу я старался сохранять спокойствие, мысленно разрабатывая в голове план наказания. Я быстро отвязал гидроцикл и проверил, надежно ли Ана надела жилет, который ей любезно передал Тейлор, черт бы его побрал. Да и всех остальных тоже, кто успел увидеть мою жену практически голой.

— Пойдет, — сказал я. Затем перебрался на гидроцикл и помог Ане сесть позади меня.

Тейлор с французами быстро забрались в лодку, и мы отчалили от берега. Меня бесило, что Ана разрешила посторонним людям посмотреть на то, что принадлежало мне. На то, что должно быть открыто только для моих глаз. Только для меня. Как она посмела это сделать? По-моему я кристально ясно дал понять, что я против таких выходок, а она нагло меня ослушалась. Анастейша в этот раз действительно перегнула палку.

— Держись, — скомандовал я, и она крепко обхватила меня обеими руками. Прижалась ко мне всем телом и уткнулась носом в мою спину. Ее движение было извинительным. И правильно, пусть почувствует за собой вину. Ее движения меня немного обезоружили.

— Держись, — сказал я уже мягче. Она поцеловала меня в спину и прижалась щекой. Я повернул ключ зажигания, и мотор ответил низким ревом. Дал газу, и мы понеслись по темной прохладной воде в сторону «Прекрасной леди». В моей голове мелькали варианты ее наказания. Я так сильно злился на нее, что на ум приходили самые страшные варианты. Мне нужно немного отвлечься от всего этого дерьма, пока я не наделал глупостей.

Она просто сводит меня с ума.

Я добавил газу, и мы вырвались вперед, оставляя секьюрити одних. Мы скакали по волнам в открытое море. Ветер бил в лицо, брызги летели в разные стороны. Это непередаваемое ощущение свободы. Сейчас я чувствовал себя в своей тарелке. И на время мои коварные мысли меня отпустили.

Мы сделали широкий полукруг, и я сумел разглядеть берег — замершие в марине лодки, желто-бело-песчаную мозаику офисов и домов и крутую скалистую стену за ними. Картина совершенно неорганизованная — никаких привычных, аккуратных кварталов, но живописная. Я огляделся через плечо и увидел восторженный взгляд Аны.

— Еще? — крикнул я, перекрывая рев мотора.

Она согласно кивнула. И я с усмешкой, дал полный газ. Мы пронеслись вокруг «Прекрасной леди» и снова устремились в море.

Мне удалось выплеснуть немного своей злости, по крайней мере, я сейчас мог мыслить рационально. Однозначно она заслужила наказания, но теперь я мог разработать нормальный план. Я развернулся, и мы поехали к нашей яхте. Я знал, что хочу с ней сделать. Теперь моя очередь свести ее с ума. И для нее это будет уроком.

— А ты загорела, — сказал я, снимая с Аны спасательный жилет. Мы на палубе яхты, и один из стюардов уже стоял рядом, я передал ему жилет.