Проект «Геката» (СИ) - "Токацин" - Страница 272

— Смотри сюда, мартышка, — Стивен кивнул на экран, встроенный в стену. На него спроецировали изображение «Немезиды» — того, что от неё осталось. Её переднюю часть, отрезав от неё пару кусков, снова пристыковали к отломившейся корме, и она дрейфовала в вакууме, увлекаемая гравитационным полем «Феникса».

— Tzajesh! — скомандовал Стивен.

Обломки «Немезиды» вспыхнули изнутри, превращаясь в огромный белый шар. Гедимин успел отследить, как металл набух и потёк струйками, — а в следующую секунду его капли брызнули во все стороны, на лету превращаясь в пар. Кто-то из пленных коротко выдохнул, кто-то опустил голову.

— Показательно, — согласился Джон, переведя взгляд на Стивена. — Только непонятно, зачем. Это просто корабль. Вы же не ждали, что он вернётся и отомстит?

Конвоир ударил его в спину. Человека мотнуло вперёд на вытянутых руках, и он скрипнул зубами, сдерживая крик боли. Гедимин мигнул. «Хорошо держится… для «макаки». А вот Стивен — не очень.»

— Тебе понравился наш реактор, лысая крыса? — осведомился, сузив глаза, командир «Феникса». — Он будет последним, что ты увидишь. Сбросить их в активную зону!

Гедимин вздрогнул. Полсекунды он смотрел на командира, надеясь, что тот признает, что шутка не слишком умная. Конвой зашевелился, разворачиваясь к коридору, и Гедимин с тихим шипением встал на дороге, расставив руки.

— Не лезь в мои реакторы, — процедил он, глядя Стивену в глаза. — Там не мусорный бак! Что, за бортом мало вакуума?

Экзоскелетчики остановились, один из них покосился на Стивена.

— Неподчинение приказу? — обманчиво мягким голосом спросил тот у Гедимина. Сармат выдохнул сквозь стиснутые зубы.

— Я отвечаю за реакторы. Горелой органики в них не будет. Активная зона должна быть стерильной. Иначе — авария. Так понятно?

Стивен мигнул.

— Авария? — недоверчиво переспросил он. Гедимин молча кивнул.

— Хорошо, я понял, — по лицу командира пробежала дрожь, и он нехотя поднял руку. — Оглушить, изолировать, доставить живыми на базу!

Пленных подняли за руки. Конвой развернулся и направился к спуску в трюм. Гедимин, облегчённо вздохнув, отошёл к стене. «Совать «макак» в активную зону. Придёт же в голову такой бред!» — думал он, сердито щурясь.

— К отчёту, — бросил Стивен, проходя мимо него. Сарматы расходились с палубы, вполголоса обсуждая увиденное. В недоумении был не только Гедимин; многие ухмылялись, оглядываясь на командира. «Отомстил за потерю звания,» — усмехнулся реакторщик, направляясь к капитанской рубке. «Странно, что не перестрелял. Но… всё-таки интересный у них был корабль. И пилоты…»

— Выстрел из реактора! — Стивен обернулся к нему с коротким смешком. — Хорошо сработано, теск. Я упомяну тебя в донесении. Мы идём на «Шаман». Сдадим этих мартышек координатору с рук на руки. Жди повышения, теск. Ты его заработал.

— И тебе вернут погоны? — спросил Гедимин, покосившись на свой наплечник. «Полоской больше, полоской меньше… Лишь бы корабль не навязали! Куда я его дену?!»

— Вице-адмирал Стивен Марци, — командир нежно прижал ладони к плечам. — Три корабля в эскадре. Хочешь один под командование?

Гедимин качнул головой.

— Лучше забери у меня свои ракеты. Так монитор и стоит в отсеке. На кой он там?

Стивен ухмыльнулся.

— Это подождёт. Мои ракетчики, как видишь, не справляются. Будешь их подстраховывать.

— Из реактора ни астероида не видно, — напомнил Гедимин.

— «Немезиду» ты, тем не менее, увидел и даже сбил, — снова ухмыльнулся командир. — Ты мог бы далеко пойти, Гедимин. Жаль, не пользуешься мозгами по назначению. Но ничего, станешь лейтенантом — войдёшь во вкус!

26 февраля 31 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота «Мара»

— Настоящий офицер Eatesqa, — усмехнулся Стивен, отходя на пару шагов и любуясь на украшения на груди Гедимина. В цепочку добавился миниатюрный красно-белый экзоскелет — нечто среднее между «Рузвельтом» и «Харгулем», специально покрашенный в цвета повстанцев. Гедимин кивнул и осторожно убрал все цацки под броню. Он не носил их на виду — даже диск с радиационным трилистником и счётчиком сбитых кораблей.

— Теперь можно на базу? — спросил он.

— Ступай, — Стивен хлопнул его по плечу, украсившемуся ещё парой полосок. — Лейтенант Гедимин Кет идёт в увольнение! До отбоя можешь не возвращаться.

Капитан «Феникса» был необычно возбуждён и многословен, улыбался и похлопывал Гедимина по броне, — погоны вице-адмирала снова к нему вернулись, и его помощники приняли под командование свои корабли. Эскадра Стивена Марци стояла в соседних доках — большая честь и много недовольства со стороны техников базы и потеснившихся капитанов…

Флот (всё, что от него осталось на двадцатый месяц войны) вернулся с Гималии на Фебу. Нумерация доков безнадёжно сбилась, и корабли на подходе к базе вынуждены были делать лишний виток вокруг планеты, дожидаясь, пока диспетчер найдёт для них место и сообщит номер. Как всё это влияло на маскировку (а запрет на выход на поверхность по-прежнему был в силе), Гедимин даже не спрашивал. «Чую бардак,» — мрачно думал он, выбираясь из доков в служебный коридор, заполненный холодным воздухом. «Не к добру.»

Наткнуться на кого-нибудь из своих после сбоя нумерации можно было только случайно — и, скорее всего, в столовой, так что Гедимин пошёл туда. В реакторный отсек он не заходил давно — ни в смену Амоса, ни в смену Альваро; драться с филками ему не хотелось. «Новое звание за пойманных «макак»,» — он покосился на полосатый наплечник и покачал головой. «Корабль у них был непростой, но… дела у Маркуса, по-видимому, плохи.»

Никого из знакомых в столовой не было. Взяв на раздаче паёк, сармат устроился напротив стены с голографической картой, взглянул на неё и удивлённо мигнул — среди планет не хватало Марса.

«М-да…» — с тяжёлым вздохом он отложил еду и подошёл к проектору. За ним обычно присматривал филк в огромном шлеме виртуальной реальности; его уши были закрыты наушниками настолько плотно, что говорить с ним никто даже не пытался. Гедимин успел открутить с проектора часть корпуса, прежде чем оператор заметил что-то странное и, сдвинув щиток на лоб, повернулся к нему.

— Что ты делаешь?

— Тут неисправность, — Гедимин, не оборачиваясь, махнул рукой в сторону карты. — Марса нет.

— Сегодня из рейда? — спросил филк с очень странной интонацией — смесью сочувствия и страха. Гедимин озадаченно мигнул — что-то было не так.

— Ну да. А это при чём?

Кто-то из сарматов тронул его за плечо, побуждая встать. Филк наклонился над проектором, возвращая на место корпус. Его движения были чёткими, отработанными, — видимо, ремонтировать проектор тоже поручили ему.

— Карта исправна, — сказал синекожий сармат, дождавшись, пока Гедимин выпрямится. — Марса нет.

Реакторщик несколько секунд не мог вникнуть в его слова, тупо смотрел на карту и молчал. Синекожий терпеливо ждал, не выказывая ни удивления, ни недовольства. Рядом остановились ещё трое, глядя на Гедимина с сочувствием.

— Не с Марса? — осторожно спросил один из них. Реакторщик качнул головой.

— Взорвали четыре дня назад, — сказал сармат, жестом показав разлёт осколков. — В поясе астероидов прибавится мусора. Кое-что, говорят, до Земли долетело, немного зацепило Луну…

— Взорвали, — тихо повторил Гедимин, глядя на пустое место на карте. — И теперь его нет… Линкен Лиск уже знает?

Сарматы переглянулись. Один из них едва заметно вздрогнул.

— Наверное. Не хотел бы я ему об этом рассказывать, — пробормотал он.

Подробностей не знал никто — из кораблей, оказавшихся во время взрыва рядом с Марсом, закономерно уцелели немногие, из тех, что были далеко и успели нырнуть в портал. Обломки ещё летели; какая-то часть теоретически могла добраться до Сатурна и попасть под его притяжение. Юпитер стоял далеко, Земля успела отойти в сторону, как и Венера, — планета взорвалась «мирно», никого не прихватив с собой. Гедимин, забыв о еде и не чувствуя ничего, кроме холода под рёбрами, смотрел на карту, но видел не схематичную голограмму, а давно забытый астероид Гоберта. Перед глазами стояло зелёное кольцо «пойманного» излучения и вспухающее облако разлетающихся осколков. «Удачно применённый «Та-сунгар». Может быть, несколько,» — думал сармат, болезненно щурясь на карту. «Знал же, что этим кончится. Вот вам ваша бомба, Ядерный блок. Вот вам ваш Марс.»