Проект «Геката» (СИ) - "Токацин" - Страница 485

— Видел Кенена? — спросил Иджес. Гедимин оглянулся на стоянку рядом с терминалами. Жёлтых флипперов было много, но все они стояли кучно, — одинокая машина исчезла.

— Было не до него, — ответил он. — Что, уже на базе?

— Катается по городу, — усмехнулся механик. — Веселит охрану. Не знаешь, на кой ему флиппер?

— Экономит, наверное. Флиппер дешевле глайдера, — предположил Гедимин. «Странно, что только сейчас начал,» — мелькнуло в голове. «Или недавно изменились расценки? А, кто его поймёт…»

10 декабря 27 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

«Полтора микрона,» — Гедимин занёс в таблицу очередной результат, стёр все расчёты из памяти смарта и, прижав ладонью пластину обшивки, закрыл документохранилище. Эта ниша в переборке реакторного отсека была небольшой, практически незаметной при надвинутой крышке; где её искать, знал только Гедимин. То, что лежало внутри, не заинтересовало бы никого на сарматской базе — и, возможно, не было бы расшифровано никем из жителей Кларка — но сармат не хотел рисковать.

«Меньше, чем обычно,» — отметил про себя Гедимин, восстанавливая в памяти результаты предыдущих опытов. Эксперименты с прожигателем он проводил каждый месяц, десятого числа, немного жалел, что не может ставить их в одну и ту же минуту, — но данные понемногу копились, и выводы из них сармату не нравились. Мембрана между Метагалактиками Найа и Тлаканта продолжала наращивать толщину. В этом месяце рост почему-то замедлился.

«Возможно, позакрывали «дикие» порталы на Земле,» — думал сармат, собирая воедино долетающие до него отголоски событий во внешнем мире. «Или «Елизавета» и корабль Лиска временно затаились и не трогают мембрану. Или случайное колебание… Посмотрим, что будет в январе.»

Выйдя из заэкранированной части корабля, он немедленно услышал в наушниках недовольный голос Кенена.

— Джед и полные трюмы ипрона! — воскликнул командир, и Гедимин удивлённо мигнул, но тут же понял, что обращались не к нему — просто Маккензи опять забыл переключить коммутатор. — Тебе недостаточно? Сегодня-завтра мы разберёмся с Вестой, начнётся затишье, — возьми Джеда и займись своими роботами. Модифицируй их, как тебе удобно. Я уже говорил — это спецтехника, за такой заказ с нас сдерут по тысяче за штучку. Это нам не по карману, Айс, при всём моём уважении к тебе!

— Давно нам не по карману роботы-уборщики? — спросил, сердито фыркнув, Айзек — он тоже не переключил коммутатор. — Пусть они по тысяче за штуку. За год база не заработала трёх тысяч? Куда, интересно, уходят деньги? На мохнатых самок из «Сю»?

Гедимин, недовольно сузив глаза, ускорил шаг и свернул к отсеку управления. Айзек обычно был там — а значит, разговор, скорее всего, происходил там же, на его рабочем месте.

«Роботы,» — думал сармат, вспоминая давний спор Айзека и Кенена. «Спецуборщики для реакторного? Понятно…»

— Ещё и мыло! — раздался из приоткрытого люка недовольный голос Кенена. Когда разговор зашёл о самках, Маккензи всё-таки переключил коммутатор, — следующую реплику Гедимин услышал, уже добравшись до отсека управления.

— А здесь что не так? Этим средством моют всю базу, и до сих пор никто не жаловался! Да, и мои мониторы тоже. Протирочные губки, Айс, своевременная замена протирочных губок! Поручи её самому бесполезному оператору, и у тебя не будет никаких проблем с мониторами!

— Ты эту дрянь можешь хоть пить, — угрюмо ответил Айзек. — Здесь, на станции, её не будет. Она склеивает.

Кенен раздражённо вздохнул и оглянулся на шум шагов. Увидев Гедимина, он расплылся в радостной улыбке.

— Джед! Ты вовремя. Объясни Айзеку, что от велшевского мыла до сих пор ничего не склеилось.

— А чему у тебя склеиваться? — Айзек кивнул на щит управления. — У тебя нет таких старых пультов. Эта дрянь разбрызгивается, стекает и копится. А потом какая-нибудь клавиша залипает, и реактор стопорится на трое суток. Атомщик, ты видел, что Маккензи тащит на станцию?

Он ткнул пальцем в робота-уборщика, лежащего кверху «брюхом» на ближайшем кресле. Его корпус был вскрыт, внутри виднелись ёмкости с моющими растворами.

— Этим можно мыть коридоры, отсеки, но для щита управления оно не годится, — Айзек выдернул один контейнер и протянул Гедимину. — Вот, смотри. Там уже плёнка. Оно склеивает!

Гедимин мигнул. Последние пару минут он пытался вспомнить, был ли в его реакторном отсеке хоть один робот-уборщик, и подпускал ли сармат его к щиту управления. Кажется, он протёр мониторы губкой… один или два раза, когда показатели уж слишком расплывались. «Обычно мне было не до этого,» — заключил он, вспомнив, что и в реакторный отсек под базой роботы не заглядывают.

— Макаки любят чистоту, — сказал он. — Чем у них моют такие устройства? Кенен должен знать, где это заказывают.

Маккензи сердито фыркнул.

— И ты туда же! Швыряетесь моими деньгами направо и налево. Один думает, что я выну из кармана три тысячи койнов, другому не нравится мыло, которым моют всю базу… Скажи, Джед, во сколько обойдётся модификация трёх уборщиков под очистку радиоактивных труб? Там основной фокус — в ипроновой обшивке, верно? Ну и как, хватит нам ипрона для трёх роботов?

Гедимин мигнул.

— Там не только обшивка. Там… — он на секунду задумался, как лучше объяснить, и Кенен тут же перебил его.

— Но ты можешь это сделать? А? Ты же лучший механик на Луне! Вся база завалена металлоломом и микросхемами. Возьми тройку роботов, выверни их наизнанку, приделай недостающее, — и пусть Айзек успокоится!

— А Маккензи снова спустит все наши деньги на мохнатых самок, — закончил за него Айзек, сердито щурясь на фыркающего командира. Спор пошёл по новому кругу. Гедимин, не вмешиваясь, задумчиво рассматривал робота. «Переделать-то можно,» — думал он. «Но куда, в самом деле, Маккензи тратит деньги?»

— Я сделаю, — сказал он, и оба сармата, замолчав, повернулись к нему. — Нужно шесть наших роботов. Из трёх получится один. А мыло закажи нормальное. Айзек, знаешь, какое надо?

Сарматы, переглянувшись, облегчённо вздохнули.

— Ладно, пусть так, — кивнул Кенен. — Ещё один заказ… и докупить три уборщика… Идём, Джед, через час нас ждут на космодроме.

…Процесс затянулся. Корабль, подготовленный к сдаче, кишел приезжими «макаками». Прилетели они с Весты или с Земли, Гедимин так и не понял, но у каждой из них были замечания, и Кенен, окружённый ими, только успевал разбивать их доводы. Его глаза азартно горели, и он, встречаясь взглядом с Гедимином, весело подмигивал — с его точки зрения всё выглядело прекрасно, и Гедимину оставалось только отойти подальше. Пару раз проверяющие звали его, как начальника работ. На несколько вопросов, относящихся к реактору и турбинам, он ответил — это были простые, понятные вопросы; дальше началось что-то странное, и Кенен, ответив за Гедимина, жестами велел ему собрать остатки бригады и исчезнуть с космодрома. Сармат не стал спорить — «макаки» интересовались его образованием и опытом работы, и он боялся сболтнуть лишнего.

— В «Юйту»? — Иджес, толкнув Гедимина в бок, указал на терминал. Сармат пожал плечами.

— Иди, если хочешь. Я буду на связи.

Он сел на ближайшую скамейку. До него там сидели двое приезжих; заметив сармата, они испуганно вскинулись, подхватили свои вещи и ушли. Так случалось почти всегда; Гедимин уже привык к свободным скамейкам, и сейчас он сел, удобно подогнув ноги, и повернулся к космодрому. Когда мимо не проезжали погрузчики, отсюда хорошо просматривалась площадка с достроенным кораблём, и даже было видно Кенена в кольце низкорослых «мартышек». Сдача объекта затягивалась, и Гедимин не мог даже предположить, когда он вернётся на базу.

— Хей! — голова в жёлтом шлеме высунулась из-за плеча, и сармат удивлённо мигнул — он не заметил, как патрульный к нему подобрался, звук шагов потонул в шуме объявлений. — Механик Джед? Опять плохо?

Гедимин недовольно сощурился.

— Нормально, — буркнул он. «Макака», обогнув скамейку, уже села рядом с ним и с любопытством разглядывала его броню.