Проект «Геката» (СИ) - "Токацин" - Страница 542

— Механик Джед! Торни сказал, что ты придёшь, но я сомневался. У вас ведь работа три дня стояла из-за этих недоумков…

Гедимин кивнул.

— Думал прийти раньше, времени не было. Как ты? Тебя не побили?

Люнер фыркнул.

— Пустяки, Джед. Флип я перекрашу. Пришлось кое-чем пожертвовать, знаешь ли. Чтоб они за мной увязались. Вот бараны! Даже не думал, что все разом поведутся. Не начни они стрелять, мы бы тут сидели втроём.

Гедимин мигнул.

— Кто третий? Я видел двоих.

«Надо было взять больше пайков,» — мелькнуло в голове.

— Третий? Хриса Крестоцвет, ты её не знаешь, — качнул головой Люнер. — Зашла из переулка. Там узко, ей пробили поле. В госпитале, но, говорят, ничего страшного. Вот не повезло! Она ещё будет тут, когда мы оба выйдем.

— Сколько вам дадут? — спросил Гедимин. Люнер махнул рукой.

— Пустяки! Я-то не стрелял. Через две недели выйду. За меня в этот раз заплатят. Я бы лучше отсидел, но если им охота тратить деньги…

Охранник постучал по перегородке и ткнул себя пальцем в запястье. Люнер закивал и снова посмотрел на Гедимина.

— А! Еда! — он затолкал свёртки в карманы и быстрым, почти незаметным движением бросил пачку сигарет под майку. — Спасибо, теск. К вам больше не цепляются? Совет тут объявлял, что вы — государственная ценность, как-то так… В общем, пока вы тут, Кларк в безопасности. Но тут же столько полоумных!

Охранник снова стукнул по перегородке.

— Чицу, время вышло!

Люнер расстроенно хмыкнул.

— Ещё встретимся, теск. Две недели — такой пустяк!

Гедимин вышел из ангара и остановился у ближайшего из терминалов космопорта. Он стоял поодаль от дверей, и выходящие люди пробегали мимо, не обращая на сармата внимания. Перечёркнутая четырёхпалая ладонь, намалёванная на стене ближайшего строения, уже была частично стёрта. «В самом деле, не цепляются,» — думал сармат. «И от Линкена никаких известий. Может, успокоился?»

13 ноября 26 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

Кенен перехватил его прямо у секретного люка — будто сидел там и ждал с самого подъёма.

— Как реактор? — спросил он, сняв шлем и отключив коммутатор. Гедимин пожал плечами.

— Работает.

— Понятно, — Кенен досадливо сощурился. — Будешь гонять его три года, пока что-нибудь не отвалится? Не знаю, Джед, как Ассархаддон с тобой работал. Как он вообще чего-то от тебя дождался?!

Гедимин поморщился.

— Дал бы мне два года в «Гекате», не пришлось бы сейчас возиться. Там нужно было только…

— Hetatza! — Кенен поспешно вскинул руки. — Только не лекция по ядерной физике. Жду, не трогаю, советов не даю. Будешь готов к опытам — сам скажешь. Что у нас с выгрузкой?

— Пора, — отозвался Гедимин, стараясь не щуриться, но глаза против воли сузились. В этот раз на разгрузку синтезирующего реактора он оставил десять дней — и подозревал, что работать придётся и по ночам.

Кенен усмехнулся.

— Начинаешь заранее, да? Двадцать третьего Лиск обещал выйти на связь. Подготовь ему центнер-другой, чтоб не зря портал открывать.

Гедимин недовольно сощурился — такие распоряжения он не любил.

— Помощь будет? — спросил он.

— Иджес, Фланн, Дагфари, Ансельм, — Кенен согнул все пальцы на правой руке. — Хоть вместе, хоть поочерёдно.

Гедимин, кивнув, потянулся к шлему, но остановился, так и не надев его.

— Говорил с Лиском? — спросил он, понизив голос. Кенен поморщился.

— Разумеется, Джед. Он ждёт тебя, хоть с ирренцием, хоть без. Даже обещал посидеть тихо пару дней перед встречей.

Он отвёл взгляд и странно шевельнул губами, будто хотел что-то сказать, но в последний момент засомневался. Гедимин двинулся к нему.

— Что?

— Так, кое-что… — пробормотал Кенен. — Когда к нему пойдёшь, учти — с прошлого раза ему лучше не стало. Будь там осторожен, Джед. Ты мне ещё пригодишься.

23 ноября 26 года. Луна, кратер Пири, город Кларк — галактика Вендана, крейсер «Феникс»

«Три с половиной центнера,» — Гедимин, глядя на контейнеры с ирренцием, одобрительно щурился. «Разгрузили за девять дней. Ещё и спать успевали. Всегда бы так!»

В туннеле было почти темно, только на гусеничной тележке горели парные светодиоды. Гедимин стоял рядом с ней, не зажигая фонарь, и ждал, — белая точка открывающегося портала была заметнее всего в темноте.

На часах было без четверти три; вся база, не считая горстки операторов, спала. Даже Кенен в этот раз не пришёл проверять, проснулся Гедимин или нет, — ограничился вечерним похлопыванием по плечу, просьбой «не слушать бред Лиска» и попыткой угостить сармата каким-то местным спиртным. «Далось ему это мартышечье пойло,» — Гедимин, вспомнив цвет жидкости в бутылке, брезгливо поморщился. «Умеет же сам делать не хуже. От его «глинтвейна» хоть не выворачивает…»

Портал открылся на три секунды позже намеченного срока, — Гедимин успел даже пересчитать их, но ещё не понял, беспокоиться ему или нет. Белая точка вспыхнула, растягиваясь в кольцо, за открывшимся проёмом зажёгся свет, — две Метагалактики снова состыковались. За прошедшие месяцы портал сузился на четыре сантиметра — «перепонка» наращивала толщину, и в последние дни быстрее обычного, а интенсивность открывающего излучения никто не регулировал.

— Атомщик? Давай на борт! — Линкен, выглянув в тёмный туннель, легко подхватил тележку и втащил в портал. Гедимин пролез следом.

— Tzaatesqa! — Линкен ударил ремонтника по плечам, на секунду прижал к себе и повернулся к сармату в чёрном экзоскелете. — Вот и Гедимин. Наш мирный атомщик. Видишь, как его отделали? А потом макаки орут о нашей агрессии!

Он неприятно ухмыльнулся.

«Потрёпанный «Лантерн» с двойным вооружением,» — опознал Гедимин модель экзоскелета. Сармат, судя по взгляду, узнал самого ремонтника, и Гедимин чувствовал, что где-то с ним встречался… или нет? Левого глаза у пилота «Лантерна» не было, вся кожа вокруг превратилась в сплошной рубец с извилистыми краями, но правый смотрел на ремонтника доброжелательно.

— Не узнал? — спросил экзоскелетчик. Гедимин качнул головой, и сармат насмешливо фыркнул. Лиск коротко хохотнул и снова хлопнул ремонтника по плечу.

— Он всегда путал лица. Даже Маркуса запомнил только к войне. Атомщик, это Астиаг Хагав.

— То, что от него осталось, — поморщился Астиаг, пожимая протянутую руку. — Ого! Ты никогда не был дохляком, но сейчас, небось, кулаком обшивку пробьёшь.

— Работа Ассархаддона, — ухмыльнулся Линкен, обнимая обоих сарматов за плечи. — Пойдём, атомщик, посиди с нами.

Выйдя из отсека, Гедимин огляделся по сторонам и увидел вместо стандартного коридора обширное пространство, кое-где разделённое несущими колоннами. Все переборки на много десятков метров вокруг были срезаны под ноль, проходившие внутри них коммуникации — перевешены под потолок или затолканы под палубу. Там, где под расчистку попали жилые отсеки, лежали матрасы, удерживаемые на месте скобами с прикреплёнными к ним ремнями. На одной из подстилок спал сармат в лёгком скафандре, растянувшись на животе и раскинув в стороны руки. Ремни обхватывали его спину, ладонь спящего лежала на карабине, и пальцы во сне тревожно подрагивали.

— Нужен был металл, — слегка смутился Линкен, перехватив озадаченный взгляд Гедимина. — Пополнение экипажа, скафандры, оружие… Срезали всё, что можно. Хильдир и Ихсан сказали, что на прочность не повлияет.

Гедимин молча кивнул, продолжая осматриваться. Ближе к капитанской рубке появились уцелевшие переборки и закрытые отсеки технического назначения; сама рубка тоже была закрыта, хотя часть пластин с переборок поснимали — видимо, металла с жилых палуб не хватило. Повсюду, куда ни повернёшься, на глаза попадался хотя бы один вооружённый сармат. Гедимин вспомнил пустые коридоры «Феникса» пару месяцев назад, — похоже, многие беженцы из Куэ не захотели переселяться на неизвестную планету и остались на корабле. Линкен снарядил и вооружил всех, — никто из тех, кого видел Гедимин, не ходил в одном комбинезоне, без респиратора или без бластера или кинетической винтовки.