Синтез (СИ) - "Токацин" - Страница 458

«Вы уже работаете с новыми металлами, коллега?» — сразу перешёл к делу Герберт Конар. «Уверен, что да. Трудно удержаться от ещё одного опыта с омикрон-излучением. Но вы никогда не догадаетесь, на что наткнулась наша группа сплавов. Они по очевидным причинам не участвовали в изучении ирренция, но констий и кейзий привлекли их внимание, и они выбили для себя небольшой образец «тяжёлого серебра». Не знаю, кто из них додумался сплавить его с серебром лёгким — но ход мыслей этого человека меня сильно удивил, а ещё сильнее удивил результат. Непременно проведите этот эксперимент — и проверьте прочность и температуру плавления того, что у вас получится! Группа сплавов хочет назвать получившееся мифрилом, но руководство лаборатории никогда на это не пойдёт. Проблемы с авторскими правами, знаете ли…»

Гедимин озадаченно мигнул и перечитал последние фразы. Слово «мифрил» ни о чём ему не говорило. «Очередная традиция или шутка,» — подумал он без особой досады. «Надо попросить пояснений. А вот сплав с серебром… Это нужно будет проверить. Если Герберт так удивлён, это не просто так…»

Глава 58

Сигнал побудки загудел повторно; Гедимин перевернулся на другой бок и нехотя потянулся за комбинезоном. В стену постучали, и практически одновременно раздался стук в дверь.

— Эй, атомщик, собирайся! — послышалось из-за стены. — Ты сигнал слышал?

«А мог бы спокойно работать с ирренцием…» — Гедимин застегнул комбинезон, в очередной раз пожалел о том, что не вышло незаметно остаться в лаборатории на праздники, и только потом открыл глаза. В коридоре уже было шумно; прозвучал третий гудок, в двери заглядывали роботы-уборщики в поисках пустых контейнеров из-под воды и пищи. Сегодня упаковок было всего две, жжёнку не принесли, человеческую еду — тоже.

Мимо двери, отодвинув ногой робота, прошёл Кенен. Гедимин, допивающий Би-плазму, краем глаза успел заметить странный цвет его комбинезона — учётчик был в белом, хотя такая форма выдавалась только персоналу АЭС. Через пару секунд сармат понял, что это не комбинезон, — Кенен раздобыл ещё один человеческий костюм, странно сшитый и свисающий на теле сармата неожиданными складками.

— А, Джед! — учётчик широко улыбнулся и растопырил пальцы на поднятой руке. — Как настроение? Слышал, вы там придумали что-то новое…

Гедимин настороженно сощурился — ещё не было случая, чтобы Кенен сам, по доброй воле, проявил любопытство к работе «научников».

— Что ещё ты сломал? — недовольно спросил он, заглянув учётчику в карман. Смарт был на месте — хотя это ещё ни о чём не говорило; миниглайд, скорее всего, остался в комнате — но это не означало, что он неисправен…

Вышедший из комнаты Линкен взял Кенена за плечо и отодвинул от двери.

— Иди в зал. Некогда сейчас чинить твой хлам!

Кенен развёл руками.

— Не знаю, отчего вы оба сразу начали думать, что мне от вас чего-то надо…

— Иди-иди, — Линкен подтолкнул его в плечо и повернулся к Гедимину. — Ты чем сегодня занят? Полетишь с нами в Порт-Радий?

Гедимин пожал плечами.

— Хорошо.

…У дверей кинозала — не на проходе, но рядом с проёмом — стояли четверо патрульных, двое снаружи и двое внутри. Гедимин в очередной раз отметил, что вооружены-то они станнерами и шокерами — но у первых скручены предохранители, а вторые «усилены» и очень походят на оружие, которое сам ремонтник делал для лесных патрулей Маккензи… Впрочем, сарматская охрана не пыталась ему мешать и не заводила разговоров, и он спокойно вошёл в зал и приготовился пятнадцать минут думать о новой конструкции обсидианового экрана. Выход ирренция десятикратно возрос — но урановая сфера, похоже, была не самым удобным вариантом, и что-то надо было делать с нарастающей хрупкостью…

— Sata! — Линкен чувствительно ткнул Гедимина в бок, и сармат растерянно мигнул. Выступление координатора ещё не закончилось — голографическое изображение Маркуса по-прежнему стояло перед экраном.

— …четыре научных центра, — услышал Гедимин. — На территориях работают специалисты-физики, химики, биологи, инженеры. Сарматы-исследователи уже год взаимодействуют с людьми — с научными учреждениями и промышленными корпорациями на сарматских территориях, и мы уже можем гордиться их первыми достижениями. К примеру, совместными усилиями был модернизирован завод корпорации «СФАЛТ» в Канаде…

Гедимин хмыкнул. Сзади зашипели.

— Неспособность сарматов к научно-исследовательской деятельности — не более чем миф, поддерживаемый консерваторами, — продолжал Маркус, и сармат видел странный отблеск в его глазах — даже голограмма передала его так внятно, что Гедимин насторожился. — Очень скоро все убедятся, что искусственнорождённые не уступают в ней лучшим из людей. По настоянию Комитета развития Земной цивилизации и освоения Солнечной Системы в этом году будет разрешено неограниченное общение между научными учреждениями людей и сарматов. Его направление и интенсивность будут определяться только волей непосредственных участников, с минимальным контролем со стороны служб безопасности. Я, как координатор сарматских территорий, могу обещать, что доверие со стороны Комитета будет оправдано, и наше сотрудничество в скором времени приведёт Солнечную Систему к процветанию. Настало время забыть старые мифы. В наступающем году мы заложим фундамент новых, взаимовыгодных отношений между нашими цивилизациями. Да будет так!

Он вскинул руку в странном жесте — пальцы были крепко сжаты, но само движение невозможно было отличить от запрещённого приветствия времён Саргона. Линкен криво ухмыльнулся.

— Так и надо, Марк. Время ещё не пришло…

Его слова слышал — и то с трудом — только Гедимин. Полсекунды спустя сарматы шумно поднялись с мест и пошли к выходу. В зале включили свет, голограмма погасла, и администратор уже выводил на экран заставку нового фильма, а те, кому его выбор не понравился, добрались до передатчика и требовали сменить диск. На лестничную площадку вынесли стол и несколько ящиков с жжёнкой в прозрачных контейнерах и человеческой едой в ярких обертках.

— Опять жуёшь мартышечью дрянь, — скривился Линкен, залпом проглотив содержимое трёх контейнеров с жжёнкой. — Кексы из Лос-Аламоса — и то лучше!

— Кексы кончились, — отозвался Гедимин, обнюхивая образец еды и пытаясь ощутить хоть какой-нибудь вкус. Иногда всё было просто, — глюкоза, этиловый спирт, капсаицин, кофеин… или жир, отличимый только по ощущению размазанного на языке масла. Иногда еда не отличалась от Би-плазмы ничем, кроме обёртки, — так было со всем, что приходило в Ураниум с маркировкой белковой пищи. «Наверное, поэтому её едят с горчицей или чили,» — сделал вывод Гедимин, выбравшись из толкающейся толпы на лестницу. По дороге его перехватил Хольгер — он уже выловил из сборища сарматов Линкена и теперь искал Иджеса.

— Где Бьорк? — на последних ступенях лестницы взрывник остановился и огляделся по сторонам. — Удрал. Ладно, обойдёмся без него. Атомщик, готовься применять мышцы по назначению. Глайдер до Порт-Радия будет набит до отказа. Шекеш собирает на озере все команды со всей Канады.

— А, — без особого интереса сказал Гедимин. «Опять кто-нибудь сдуру проломит лёд,» — с досадой подумал он.

Иджес ткнул его в бок.

— Энцелад, приём! Это итоговые соревнования года. Сделай хотя бы вид, что тебе не всё равно!

— Ты участвуешь? — спросил ремонтник. Иджес, обрадованно ухмыльнувшись, закивал.

— Мы с Лилит и сёстрами Хепри снова собрали звено. Вигдис у нас идёт пятой. Будут и заплывы, и полёты. Вот зря ты всё это забросил! Может, вернёшься?

— Стойте! — Хольгер протянул руку, преграждая сарматам дорогу, и указал на новое объявление на стене. — Гедимин, там про тебя.

Ремонтник растерянно мигнул и посмотрел на лист. Это объявление было вывешено совсем недавно — видимо, Оллер прикрепил его, пока все слушали речь Маркуса.