Синтез (СИ) - "Токацин" - Страница 487

Он успел провести только одну линию на чистом листе, — за спиной, над откосом, что-то заскрежетало и громыхнуло, раздался громкий треск и короткий вскрик, оборвавшийся ударом. Гедимин вздрогнул и, бросив ежедневник на расстеленный комбинезон, одним движением выбрался на край аэродрома. Кричал Иджес.

За секунды, которые понадобились сармату, чтобы пробежать пол-аэродрома, он успел увидеть, как двое сарматов возятся под замершим на месте глайдером — одним из аэродромных погрузчиков, и как на краю платформы темнеет размазанная кровь. Из конструкций над колесом погрузчика выпутывали чью-то ногу — она кровоточила, распухала на глазах, её пришлось вырезать из сапога, но к телу она всё ещё прикреплялась. Гедимин покосился на погрузчик — механизм был застопорен надёжно — и спрыгнул с платформы к лежащему в колее телу.

Это был Иджес; он опрокинулся навзничь, и ремонтник видел кровь, размазанную по правой части его головы и по дорожному покрытию, на котором она лежала. Сармат на долю секунды оцепенел, но затем увидел, что веки Иджеса дрожат, и всё тело время от времени слабо подёргивается — как после разряда станнера. Он опустился на корточки, быстро ощупал шею механика, — пульс прощупывался легко, и на прикосновение Иджес отреагировал — вздрогнул и попытался открыть глаза, но тело плохо ему подчинялось. «Станнер,» — Гедимин облегчённо вздохнул. «Череп цел.»

— Кто его так? — спросил он у сармата, забравшегося на погрузчик и копающегося в двигателе.

— Я, с-сэр, — донеслось откуда-то сбоку. Гедимин развернулся и увидел рядом с неподвижным Иджесом существо, слишком мелкое для сармата. Оно было в серо-зелёном пятнистом комбинезоне — практически замаскировалось на мокрой взлётной полосе. Сидя на корточках, оно казалось ещё меньше. Одной рукой оно оттягивало Иджесу рукав, пальцем другой пыталось нащупать пульс — там, где у сарматов все вены глубоко под мышечной тканью. Гедимин изумлённо мигнул.

— Где медики? — он снова повернулся к сармату на погрузчике. Тот неопределённо пожал плечами.

— Ну, здесь, — раздался недовольный голос из-за погрузчика. Двое в белых комбинезонах спускались с платформы. За ними осторожно сползала механическая переноска.

— Не трогать, — распорядился один из медиков, кинув взгляд на Иджеса, и сам наклонился над окровавленной головой. — Ага… Повезло. Можно поднимать его. Рассечение мягких тканей на затылке, возможно, сотрясение. Глаза проверим.

Он подогнал переноску вплотную и подсунул опущенную платформу под голову Иджеса. Тот слабо шевельнулся. Его уже почти перестало трясти, и он лежал спокойно и только слегка щурился, когда задевали голову. Распухшая ступня его не беспокоила — видимо, медики успели опрыскать её анестетиком.

— Вперёд! — один из них подтолкнул переноску к платформе. Гедимин пошёл за ней.

— Эй! А ты куда? — второй медик остановился.

— С ним, — Гедимин указал на Иджеса. Медик качнул головой.

— Я не тебе. С тобой понятно. Ты — куда — собрался?

Он смотрел мимо сармата, и тот, проследив за его взглядом, снова увидел человека в пятнистом комбинезоне. У его пояса был закреплён станнер, но он не прикасался к оружию, хотя на сарматов смотрел с опаской.

— Курсант Хендрикс! — раздался зычный голос. На соседней платформе стоял ещё один человек, тоже низкорослый, но довольно широкий, в тёмно-зелёном комбинезоне с космофлотскими знаками отличия. Судя по ним, он был в звании капитана.

— Да, сэр, — неуверенным голосом отозвался человек.

— Раненому окажут помощь без вас. Возвращайтесь на базу. Немедленно!

Человек оглянулся на Иджеса — его уже довезли до госпиталя, и теперь медик, придерживая двери, ждал, когда переноска окажется внутри.

— Курсант Хендрикс! — рявкнул капитан.

— Эй-эй, — кто-то несильно ткнул Гедимина в грудь. Он стоял уже у ограды госпиталя, и один из медиков мешал ему пройти. Сармат удивлённо мигнул.

— Оденься сначала, — напомнил медик. Гедимин, спохватившись, развернулся и быстро пошёл к прибрежным кустам. Он успел увидеть, как курсант Хендрикс и его командир идут по южной стороне бывшего мусорного оврага к невысоким постройкам в лесу. Эти строения были обнесены решётчатой оградой под током и неплохо охранялись, — Гедимин, пробираясь на восточный берег Атабаски, обычно обходил их стороной…

— Атомщик, ты пробовал космофлотский паёк? — Иджес вынул из-под койки свёрток, обёрнутый истёртой скирлиновой бумагой. Внутри было несколько плоских банок и пакетиков. Гедимин попробовал содержимое одной из них, высыпал на язык тёмный порошок из пакета, вкуса почти не ощутил, но счёл вещества питательными.

— Откуда у тебя паёк космофлота? — спросил он, убирая остатки под койку.

Иджес лежал у окна, и его постель не была прикручена к полу, — кто-то вывинтил крепления. Гедимин даже догадывался, куда механик мог их спрятать, но выдавать его не стал. Он был доволен, что Иджес так быстро приходит в себя, — он всё ещё выглядел больным и ослабшим из-за повязки на голове, и переломанную ступню пока держали в фиксаторах.

— Помнишь ту мартышку? — Иджес неопределённо мотнул головой, указывая в сторону окна. — Ты сам её видел, когда нашёл меня под платформой… Медики говорят, этот Хендрикс приходил сюда. Хотел со мной поговорить, но его прогнали. Странные у них пайки, верно? Давали бы им нормальные порции Би-плазмы…

— Горчицы бы туда, — Гедимин вспомнил безвкусный вязкий кусок, вытряхнутый из плоской банки, и непонятную горечь на языке. В пакете, скорее всего, был стимулятор — что-то на основе кофеина; вкус у него был, но сармату не понравился.

— Странно, что он пришёл, — сказал Гедимин. — Так он стрелял в тебя?

— Да, в спину, когда я оттолкнул его и повис на погрузчике, — Иджес досадливо сощурился и поправил повязку. — Наверное, не понял, что я делаю. Решил, что это нападение, или ещё что… Он не видел, что погрузчик на него едет.

— Любят же макаки стрелять в спину, — угрюмо пробормотал Гедимин. — Он тебя чуть не убил. Что вообще эти мартышки тут забыли? С ними капитан, — тут что, где-то целая рота?

— Ну да, ты что, не видел? — слегка удивился Иджес. — Курсантская рота. Академия Космофлота тренирует их здесь. Я как раз стоял и смотрел, как их ведут на базу.

Гедимин хмыкнул.

— Странное место они себе нашли. Будут тренироваться на сарматах?

Пару часов свободного времени пришлось потратить на проверку водосборной цистерны и внешней системы охлаждения, подведённой к реактору. Лучше было бы заняться этим на неделю или две раньше, — но у Гедимина редко случалось свободное время, а конец октября выдался непривычно тёплым. Похолодало последние три дня — и так резко, что вода в плохо изолированном баке успела подёрнуться льдом. Но теперь проблема была решена, и сармат вернулся в «чистую» лабораторию и открыл папку с очередным заданием Ведомства.

В последние дни поручений было много, и они все были похожи друг на друга, — Ведомство занялось модернизацией мелких производств на Канадских территориях. Гедимин посмотрел на чертёж, прочитал разъяснения — пять листов мелким шрифтом — и долго изучал фотографии. Тот, кто их делал, кажется, разбирался в механизмах, — установка была заснята со всех ключевых точек, и Гедимин мог бы воспроизвести её по одним снимкам, даже без чертежа.

«Хорошая установка,» — он снова взглянул на схему и сердито сощурился. «Но монтировали её, очевидно, еноты. И чертежа им никто не дал.»

Он вырвал из ежедневника лист, набросал пару коротких строчек и вложил его в папку поверх документации.

Кто-то рывком раздвинул дверные створки и втиснулся между ними, едва не перекосив одну из них в пазу. Гедимин удивлённо обернулся и увидел Иджеса. Тот стоял в дверях, слегка покачиваясь, его заметно трясло, с комбинезона капало, жёсткие волосы слиплись от воды и торчали в разные стороны, — но сармат широко ухмылялся и выглядел довольным.