Плененный тьмой (ЛП) - Рэли Дебора - Страница 5

- Вы уверены, что это был Damanica? - потребовала горгулья, и его французский акцент усилился.

- Без сомнения. - Джульетта пожала плечами. - Джастин в настоящее время предпринимает попытки соблазнить древесных эльфов выйти из укрытия, к нему.

Леве снова засмеялся.

- Жалок. Чёрт возьми. Это провал, провал, провал…

- Леве, - Джульетта поспешно перебила.

- Ах, простите, ma belle[3]. - Чувствительная горгулья мгновенно раскаялся.

- Я забыл, какой ты нежный цветочек.

- Нежный цветок? - Джульетта фыркнула. - Вряд ли. Я вор и лжец, и продаю свои услуги, чтобы сохранить крышу над головой. Как многие утверждают, я ничем не лучше обычной шлюхи.

- Нет, не говорите таких ужасных вещей. Мы все делаем то, что должны, чтобы выжить.

Джульетта вздохнула. Ей было тяжело, когда она вспомнила, что пришлось сделать, чтобы выжить.

- Да, я полагаю, это правда.

Леве склонил голову набок, прищурено глядя на нее.

- Есть нечто, что беспокоит вас, ma belle.

Девушка повернула голову к окну, не для того, чтобы полюбоваться видом Гайд-парка, дремлющего под серебряным лунным светом, а для того, чтобы скрыть виноватое выражение лица.

- Ничего больше, только скука.

- Скука? Но несколько дней назад ты говорила мне, что рада, что сезон наконец-то начался.

Конечно, она была в восторге. Она говорила себе, что беспокойная неудовлетворенность, которая мучила ее на протяжении долгих зимних месяцев, будет вылечена возвращением к обществу, в город. И только когда Виктор зашел в бальный зал лорда Тредвелла, она поняла, что ее недовольство не имело ничего общего с отсутствием общества, оно было связано с умопомрачительно красивым демоном. Это понимание раздражало. И это то, чем она не намерена делиться.

- Я надеялась, что возвращение в общество, будет развлечением, - сказала она. - Глупо, конечно. Это те же самые нудные балы, с теми же утомительными гостями и сплетнями.

- Но ты обожаешь сплетни, не так ли?

- Только когда мне интересно, - Джульетта повернулась к спутнику, ее пальцы терзали атласную ленту, продетую через лиф ее персикового муслинового платья.

- До сих пор я не слышала ничего более захватывающего, чем то, что из Лондона, по-тихому была убрана дочь лорда Мэйвуда после того, как она попыталась сбежать с явным охотником за приданым, и что было странно, в безоблачную ночь сверкали молнии. Одна молния сожгла склад возле доков.

Хвост Левета напрягся.

- Молнии, говоришь? В доках?

- И почему ты заинтересовался странными вспышками молний?

Улыбка коснулась уродливого серого лица.

- Гнезда эльфов часто притягивают молнии. Возможно, они поселились на берегу Темзы.

- У тебя привязанность к эльфам?

Горгулья прикоснулся пальцами к губам.

- Ну конечно. Женщины очень хотят, и обладают поразительной способностью радовать горгулий.

Джульетта резко поднялась, странная боль сжала ее сердце.

- Ради Бога, все мужчины так предсказуемы?

Леве поднял руки в знаке капитуляции.

- Да.

- Это вызывает жалость.

- Ma belle, пожалуйста, расскажи, что расстроило тебя. Я знаю, что это не может быть отсутствие забавных скандалов.

Леве проковылял ближе, его серые глаза были полны беспокойства.

- Джульетт?

Она сделала глубокий вдох, зная, что крошечное существо не оставит ее в покое, пока она не признается.

- Маркиз ДеРоза вернулся в Лондон.

- Каменные шары моего отца.

Крылья Леве захлопали от волнения, поднимая пыль, летающую по воздуху.

- Ну, нет нужды спрашивать, зачем он здесь. Хладнокровная сволочь не будет удовлетворен, пока он не сделает вас, одной из его подхалимов. Это было именно то, чего Джульетта опасалась. И почему она так упорно боролась против острого осознания его чувственности.

- Скорее ад замерзнет, - пробормотала она.

Леве подошел к ней, схватив ее за руку, явное беспокойство было в его взгляде.

- Будь осторожна, ma belle. Он опаснее, чем ты можешь себе представить.

- Что прикажешь мне делать? Я попросила Джастина уехать из Англии, но он слишком занят переговорами с Яйнтом, чтобы покинуть Лондон. Я думаю, что смогу уехать самостоятельно, но...

- Non[4], Джульетта, - голос Левета был испуган. - При всех недостатках Хоторна, а они разнообразны и многочисленны, он действительно обеспечивает некоторую защиту от тех существ, которые будут делать все, что необходимо, чтобы получить тебя и твои силы.

Она расхаживала в тесном пространстве, которое было освобождено горгульей, не в первый раз обижаясь на то, что так зависима от мага. Если только…

Джульетта резко подавила бесполезную тоску. Ее родители мертвы. Ничто не могло изменить суровой реальности.

- Я не совсем беспомощная, - сказала она сквозь зубы.

- Не беспомощная, но ты никогда не будешь достаточно безжалостной, чтобы выжить в одиночку в мире демонов.

Она проигнорировала горькую правду его слов.

- Возможно, Яйнт примет Damanica как надлежащий жест примирения и предложит Джастину травы, которые ему нужны. У него не будет больше причин задерживаться в Лондоне, после того, как получит зелье.

- Я не был бы так уверен.

Джульетта остановилась, взглянув недоуменно на горгулью.

- Что ты имеешь в виду?

- Ходят слухи, что Хоторн, наконец, убедил мадам Андреас стать его любовницей.

Джульетта фыркнула.

- Если ты хотел шокировать меня, Леве, то ты промахнулся. У Джастина всегда была одна или другая любовница. Он с легкостью найдет другую в Вест-Индии или Египте, или Америке.

- Мадам Андреас это не просто очередная любовница, Джульетта, она считается самой красивой женщиной в Лондоне, - исправил Леве. - Даже ДеРоза был замечен, пытаясь получить ее благосклонность.

Острая, дикая боль кольнула ее сердце при одной только мысли о Викторе, обольщающим золотовласую, голубоглазую, сладострастную красотку. И она была совершенно абсурдной. С момента, как она приехала в Лондон она слышала шепот многочисленных любовниц маркиза ДеРоза, и видела своими глазами, как женщины смотрели на него. Кроме того, общеизвестно среди мира демонов, что вампиры сексуально ненасытны. Пока они не связаны, для них нет ничего необычного в том, чтобы иметь десяток или более любовниц.

Чертов Виктор! Его место в аду.

- Он? Ну, я надеюсь...

- Oui?[5]

- Я надеюсь, что он задушит ее, - отрезала Джульетта.

Шероховатый лоб Леве нахмурился, когда он посмотрел на нее с внезапной тревогой.

- Я что-то приблизел? (middle – ближе, Muddle.- путать)

- Приблизел? - Ей потребовалось мгновение, чтобы осознать, что горгулья сказал. - Напутал. Напутал что-то.

Он пренебрежительно пожал плечами.

- Приблизел, напутал. Я сказал что-то не так?

- Нисколько. - Джульетта почувствовала, как ее хрупкое самообладание начинало давать сбой. - Если ты извинишь меня, я пойду отдыхать.

- Тебе нехорошо?

- Я, кажется, страдаю от боли, в шее.

Не дав Леве времени, чтобы остановить ее, девушка покинула чердак, следуя прямым маршрутом через освещенные свечами коридоры в личные покои.

Обычно, она чувствовала спокойствие, входя в гостиную, оформленную в оттенках синего и цвета слоновой кости, с твердой английской мебелью, которая была чрезвычайно удобной. И самое очаровательное из всего: высокие, арочные окна, которые выходили на булыжную мостовую. Она обожала проводить утро, попивая шоколад, сидя на мягкой подушечке у окна, наблюдая, как соседи занимаются своими делами.

Сегодня, однако, она прошла прямо в смежную комнату, готовясь ко сну. Она могла позвонить горничной, конечно. У Джастина был полный штат прислуги, все демоны, смешанной крови, так что Джульетт не нужно было притворяться человеком. Но она была не в настроении терпеть любопытный взгляд и бессмысленный треп ее служанки.