Величайшая в мире ложь или Никому не отдам (СИ) - Игнатова Теодора - Страница 41

— Ты сам сказал постелью проблем не решить.

Отпускает лицо, садится ровно, смотрит перед собой.

— Не решить. Приехал, потому, что понимаю тебя. Ты умнее, чем я поступаешь. Идиот, кинулся на Антона, а ты на меня. Перестаю соображать, когда дело касается тебя. Мозгами понимаю, Антон вообще малолетка, я ж не могу бить малолетку, не совсем ещё умом тронулся. Но я не могу терпеть и не собираюсь его подкатываний к тебе. Алис, это к тебе претензия. Ты мне глаза раскрыла. Вот, если скажешь, что он тебе проходу не даёт, тогда я буду разговаривать с ним, а так, мне надо разговаривать с тобой. Почему ты позволяешь?

— Видела я уже, как ты с ним разговариваешь.

— Я не могу выносить, когда он подходит даже к тебе.

— А я даже и не знаю, кто там к тебе подходит, кто звонит, кто пишет. Сколько их там!

— Никто ко мне не подходит.

— Я уже видела, я всё сегодня видела!

Обречённо мотает головой.

— Алис, клянусь тебе, мне никто не нужен. В моей голове только ты.

Обнимает и я тут же растаяла. Ему нельзя ко мне прикасаться, мозг отказывает за долю секунды.

— Предлагаю остыть сегодня, хватит уже истерик. Давай с завтрашнего дня с чистого листа?

— Давай, — отвечаю без раздумий.

— Мне надо идти, уже должна быть дома.

— Да, я помню… — целует нежно, ласково. — Я люблю тебя, Алис, и никому не отдам.

Сердце бьётся быстро-быстро, целуя сама. Я тоже люблю тебя Дима Нестеров, в слух молчу.

— Иди, пока могу отпустить.

Ещё бы я могла уйти. Сгребая рюкзак иду домой, не оборачиваюсь. Знаю, смотрит в спину. Хочу обернуться, но не делаю этого.

Мама подозрительно поглядывает, но распросами не достаёт. У родителей всего класса сейчас забот полный рот. Организация последнего звонка, выпускного и цветы, подарки учителям, что надеть и что обуть.

Аппетита что-то нет совсем, апатия. Ковыряюсь в тарелке вилкой, голова забита горькими мыслями. Недоверие всё равно грызёт потихоньку. Воспоминания чёрных ногтей на моём теле, жжёт раскалённым железом. Боже, Алиса! Уже, как он. На его теле, на его. Мой…

Вздрагиваю уронив вилку, входная дверь так хлопнула, что дом перетряхнуло вместе со мной. Папа вернулся домой.

— Алиса! — громыхнуло из прихожей.

Слышу мамин голос перепуганный:

— Чего кричишь?

— Алиса! — тон спокойнее, но жёстче.

Тут я совсем к стулу приросла, перебирая в памяти все свои тёмные делишкие за последние пару недель.

Глава 9 ч.1

Ночь почти не спавши, тут пожалуй уснёшь, когда родителя ссорятся до двенадцати ночи, отослав меня в комнату. Такого в нашем доме ещё не было, вообще не помню, чтобы когда-то они так орали. Долго ворочалась, кошмары снились и хотелось срочно всё рассказать Димке, но держалась. С утра, понимаю придётся, как не крути. И первое, что делаю встав с постели по будильнику, пишу ему.

"Не приезжай сегодня за мной."

Ответ приходит мгновенно:

"Почему?"

"У меня проблемы, после школы объясню."

"Хочу тебя видеть, хочу отвезти в школу."

Я и сама хочу видеть, целовать, не отпускать. Безумная, чем больше препятствий, тем сильнее хочу быть рядом с ним.

"Забери возле магазина."

Отправляю с надеждой. В ответ долгое молчание. Ну Димочка, ты то должен меня понять.

"Хорошо."

Время даже не обговариваем, знаю приедет раньше.

Мама хмурая занимается своими делами, на разговоры не настроена. Обстановочка под нашей крышей хуже некуда и нет желания под ней задерживаться. Не завтракая, торопливо собираюсь и вон из родного гнезда на волю. Нестеров уже на месте. Взгляд обеспокоеный.

— Что приключилось? Что за конспирация?

Смущаясь опускаю глаза.

— Соседка гадина, подкараулила вчера папу и выложила про нас. Преукрасила конечно. Сказала с мужиками по машинам таскаюсь, обжимаюсь прямо возле дома.

Нестеров проводит нервно по лицу ладонью и снова смотрит на меня.

— Может поговорить с твоим отцом?

— Совсем обезумел! — вскидываю на него глаза в страхе. — Да он тебе голову оторвёт и всё, а потом и мне.

— Ну, а как Алис? Скрывать что ли?

— Я вчера тоже наговорила…

— Чего ты наговорила?

— Встречаемся и прочее. Надоело врать и скрывать. Родители пол ночи ругались, папа угрожал, если ещё раз подойдёшь ко мне, посадит.

Димка обнимает притянув к себе, вздыхая сжимает крепко.

— Я бы на его месте тоже взбесился, какой-то гад единственную дочку малолетнюю охмурил.

— Этот гад, ты.

— Я, я… — целует порывисто.

По пути к школе молчим, заняты своими мыслями. Не хочу скрываться, надоело, надоело домой бежать по часам, надоело дома сидеть. Нужна свобода!

— Если твой отец набьёт мне морду, тоже пойму, — нарушает тишину.

— Не надо мне такого счастья, — горько улыбаюсь.

Не доезжая улицы до школы, уже на привычном месте останавливаемся. Обнимаю его за талию крепко прижавшись, слышу, как улыбается. Гладит по волосам, целует, беспокойство тоже есть, оно буквально ощутимо.

— Как я буду без тебя… — бурчу под нос еле слышно.

Но Нестеров конечно же слышит, обнимает сжимая изо всех сил. Целует в губы часто отрываясь. Уже тяжело дышу, желание вцепиться в него и не уходить. Минуты бегут, вот-вот начнутся уроки. Отпускает, а я нет.

— Не переживай, всё решится. Думай об экзаменах и обо мне.

— Не хочу в школу, — прижимаюсь к груди щекой.

Он хочет что-то сказать, замолкает, трёт лицо ладонями.

— Алис, ты меня просто ломаешь. Я же обещал, — заводит машину.

— Мы куда? — удивляюсь.

— В постель! Я тоже не хочу на работу. Доиграемся, оба получим по пятое число, — усмехается, сжимая мои пальцы.

Не обманул, из машины и прямиком в постель. Забыв про всё на свете, хотелось быть ближе, чем это возможно. Спустя пару часов, конечно я вспомнила о школе, о страхах, что расскажут родителям, но не поздновато ли. Димка тут же почувствовал моё настроение.

— Переживаешь?

— Немного боюсь.

— Немного, — усмехается. — Множко. Всё хорошо будет, если, что, сваливай на меня.

Мне совсем не до смеха, вытворю, а потом боюсь, но в этот раз не сожалею о содеянном.

— Всего по чуть-чуть. Экзаменов, поступления боюсь, я всё ещё в раздумьях, а времени совсем нету. Выпускного… Ещё как боюсь. Вообще, о боже-е…

Прижимает к себе в порыве. Пока я в его руках, на широкой груди, проблемы далеки, хоть и страшны. Но как только попаду домой начнётся паника.

До обеда в постели я впервые, а с ним тем более, успели поспать, нацеловаться вдоволь, так казалось, насмотреться друг на друга невозможно. Вообще никогда так много не смотрела в глаза. Оторваться нет сил, смотрю и вижу, как бесконечно он меня любит. А я уже не представляю своей жизни без него. Как ускорить время, чтобы раз и мне восемнадцать и делать могу, что хочу и любить кого хочу и сколько вздумается.

Димка рассказывает о своих экзаменах успокаивая меня. А я уже считаю минуты, когда нам пора будет расставаться. Почему нельзя остановить время…

— Не будешь ты без меня.

Вскидываю на него глаза.

— В смысле? — к чему это он.

— Сама сказала, как ты без меня, не будешь ты без меня. Я тебя никому не отдам, редкий мой экземпляр.

Обняв за шею целую в губы, а он бурчит:

— Лучший подарок на день рождение.

— Ещё раз, не поняла, — сажусь в упор смотрю на него.

— Завтра у меня день рождения. А сегодня ты мне подарок сделала авансом, почти целый день со мной. О таком можно только мечтать.

Падает на спину раскинув руки и довольно улыбается закрыв глаза. А меня словно молния поразила, то в холод, то в жар. Ещё не до конца понимаю чего испугалась.

— Ты мне сегодня столько приятного наговорила, сколько я за всё время знакомства не слышал от тебя, — не открывая глаз и не замечая перемены во мне.

Молчим, зависнув уже фантазирую, как завтра Нестеров с друзьями отметит день рождения. Стрип клуб, курящие бабы без трусов с огромными задницами…