Где живёт тьма (ЛП) - Рэли Дебора - Страница 8

— Я забираю тебя в Майами.

София выругалась, отбрасывая от себя его руку, её глаза светились опасной силой.

— Да ни в коем, мать твою, случае.

Люк проглотил рычание на такой очевидный вызов Софии. Пришло время поговорить с женщиной, а не… Как она там сказала? Наброситься на неё, как пещерный человек?

— Как только я уберу тебя с линии огня, смогу сосредоточиться на поимке твоего соседа-убийцы.

— Нет.

— София.

— Нет, — повторила она с нотками безапелляционности в голосе. — Я только переехала в этот дом, начала вести бизнес. Не собираюсь убегать и прятаться, как трусливый туманный призрак.

— Всего лишь на несколько дней.

— Ты не знаешь, сколько именно времени это займёт. — София выдержала его взгляд, предупреждая, что спор окончен. — Может недели, а может даже месяцы.

Люк стиснул зубы.

— Тогда останься у одной из своих дочерей, пока я не решу эту проблему.

— И поставить их в ещё большую опасность? — София покачала головой. — Ну, уж нет.

Люк обхватил её шею, не с угрозой, а просто с выражением разочарования.

— Ты…

— Начальник.

Их взгляды встретились, и Люк быстро перебрал свои ограниченные возможности. Он мог бы физически заставить Софию поехать в Майами. У него была грубая сила и тренировка, необходимая, чтобы справиться со всеми, кроме короля. Но даже когда эта мысль пронеслась у него в голове, он от неё отмахнулся.

Он без сомнения знал, что превращение её в его виртуальную пленницу, даже если для её же блага, сломает что-то хрупкое внутри Софии.

— Упрямица, — выдохнул Люк, наклоняясь, чтобы снять ботинки.

Затем, не обращая внимания на её внезапный хмурый взгляд, Люк поднялся с кровати, чтобы снять футболку. Он уже снял ремень и расстёгивал молнию на брюках, когда София обрела дар речи.

— Если собираешься проходить прослушивание на должность в моём клубе, должна предупредить, что мы берём только опытных танцоров, — прохрипела она.

Люк пожал плечами, стягивая штаны и отбрасывая их в сторону, оставаясь в одних чёрных атласных боксерах.

— Если гора не идёт к Магомеду…

— Тогда ему надают по яйцам?

Люк вытянулся на матрасе рядом с Софией, пряча улыбку, когда поймал её тайный взгляд, скользящий по его мускулистым ногам, а затем широкой груди. Возможно, София и хотела, чтобы он ушёл, но это не мешало ей вожделеть его тело. И, честно говоря, у Люка хорошо получалось разжигать эту страсть.

В данный момент.

— Я не смогу тебя защищать, если не буду рядом.

— Но это не значит, что ты должен делить со мной постель.

— На самом деле, значит. — Лёжа на спине, он заложил руки за голову. — По крайней мере, пока я не установлю систему безопасности.

София склонилась над Люком. Выражение её лица было жёстким, даже несмотря на то, что она не могла скрыть запах своего тлеющего возбуждения.

— Если собираешься остаться, можешь спать в другой комнате.

— Это слишком далеко.

— Тогда кресло в твоём распоряжении. — София указала на угольно-серое кресло, стоявшее у окна. — В шкафу есть ещё одно одеяло.

— София, в чём дело? — подразнил Люк её. — Боишься не сдержаться и наброситься на меня?

Неожиданно её изумрудные глаза потемнели, как будто он причинил Софии боль.

— Несмотря на слухи, которые, как ты утверждаешь, слышал обо мне, я не раздвигаю ноги перед каждым мужчиной, который попадается мне на пути, — сухо ответила она. Господи.

Сожалея о своих необдуманных словах, Люк приподнялся на локтях и посмотрел на Софию мрачным взглядом.

— До меня не доходили такие слухи и, в любом случае, в такое я бы не поверил.

— Ага, точно.

— София, я здесь, чтобы тебя защитить. — Её губы приоткрылись, и Люк поспешно прижал к ним палец, чтобы остановить её гневные слова. — Подожди. Я не собираюсь оскорблять твой интеллект и говорить, что не хочу тебя.

Люк выпустил всю силу голода в воздух, жар зашевелил шёлковые пряди волос Софии.

— Отчаянно хочу. Или что скажу «нет», когда ты, наконец, признаешь, что я неотразим.

С усилием он обуздал своё болезненное желание, нуждаясь в том, чтобы София поняла, что всегда будет в безопасности под его опекой. Физически и эмоционально.

— Но до этого момента я не жду от тебя ничего, кроме сотрудничества, для сохранения твоей жизни.

Выражение её лица оставалось подозрительным.

— Ты собираешься провести со мной ночь и не заниматься сексом?

И волк, и мужчина застонали при одной мысли о предстоящих долгих часах, но улыбка Люка не дрогнула.

— Я могу сохранить наши отношения платоническими, если ты сможешь.

Прямой вызов.

Ни один волк от такого не откажется.

София стиснула зубы.

— Боксеры оставь на себе.

Улыбка Люка стала шире.

— Ты здесь начальница.

Повернувшись к нему спиной, она потянулась, чтобы выключить лампу от Тиффани.

— Иисус, похоже, я выжила из ума.

Глава 4

София проснулась поздно днём.

Учитывая, что заснула она на рассвете, неудивительно, что так долго спала. Однако было удивительно осознать, что она не только оказалась, заключена в сильные объятия Люка, но и так плотно прижималась к его телу, что с таким же успехом могла бы лежать проклятой ракушкой на дне. Головой она устроилась под его подбородком, ухом прижималась к его твёрдой груди, слыша ровное биение сердца, а ещё перекинула одну ногу через его бедро.

Какая же она жалкая.

Почувствовав, что Люк проснулся и прекрасно осознает её смущение, София запрокинула голову, намереваясь испепелить его взглядом. И забыла, как дышать.

Чёрт… возьми. Люк очень красив. До боли, потрясающе красив.

Её беспомощный взгляд блуждал по точёным мужским чертам, которые только подчёркивались густой утренней щетиной и взъерошенными волосами. Высокие скулы, большие карие, почти чёрные глаза, которые даже с большого расстояния могли заставить женщину растаять. А когда Люк приоткрыл рот, обнажив потрясающе белые на фоне бронзовой кожи зубы, София вспомнила, что хотела ударить его в идеальный нос, а не…

Совершить с ним кое-какие другие упражнения. Кое-что порочное, восхитительное.

— Если ты собирался воспользоваться этой стороной кровати, следовало сразу об этом сказать, — заметила она, убирая руки с его спины и прижимая их к груди.

Люк улыбнулся ей с ленивым удовлетворением.

— Это ты хотела, чтобы я был более чувствительным.

— Я сказала, что не хочу, чтобы ты вёл себя как пещерный человек, — поправила София. — Кроме того, нет ничего чувствительного в том, чтобы лапать меня, пока я сплю.

Его руки скользнули по её бёдрам, касаясь с такой фамильярностью, которая должна казаться оскорбительной, а не возбуждающей.

— Ты хныкала и металась, пока я, наконец, не обнял тебя, — объяснил он. — Как только я прижал тебя к себе, ты спала как младенец.

Её рот приоткрылся, чтобы опровергнуть его нелепое утверждение, но тут же захлопнулся, когда в голове промелькнуло смутное воспоминание — кошмар, в котором Софию преследовал по тёмному лесу невидимый враг. Проворчав своё мнение о высокомерных Верах, которых следует кастрировать, она высвободилась из его объятий и направилась в ванную.

— Мне нужно в душ.

— Что насчёт завтрака?

— Я похожа на Джулию Чайлд? — София остановилась, чтобы кинуть Люку предупреждающий хмурый взгляд. — Не смей открывать эту дверь.

Он ухмыльнулся, плотоядно облизнулся и заложил руки за голову, шёлковая простыня съехала вниз, обнажив его широкую грудь и чётко очерченный пресс.

— Я мог бы потереть тебе спинку.

Отчаянно борясь с соблазнительным образом в сознании, София захлопнула дверь и повернула замок. Не то чтобы она думала, что Люк вторгнется в её личное пространство. Он мог быть властным, когда дело доходило до её защиты, но никогда не стал бы навязываться женщине, которая этого не хочет. Зачем ему это?

В Майами его явно дожидается целый гарем женщин.