Луис Альберто - Бальтазар Хосе Антонио - Страница 88

– Признаться, я хотел бы поговорить с тобой, но боюсь, что наш разговор опять ни к чему не приведёт.

Женщина улыбнулась, нежно поцеловала его в щёку и ласково сказала:

– Ты зря переживаешь. Со мной всё нормально.

– Именно это «нормально» я только и слышу на протяжении всех последних дней. Но ведь я не слепой. Я же вижу, что всё не так, как ты говоришь.

Корасон хихикнула.

– Почему ты смеёшься? – удивился Петер.

– Потому, – ответила она, – что ты утверждаешь, будто не слепой, а на самом деле не можешь разглядеть ничего дальше собственного носа! – Корасон рассмеялась ещё больше.

– Чего, чего я не могу разглядеть?! – Петер начинал выходить из себя. – Почему ты всё время говоришь какими-то загадками, но не хочешь ничего сказать напрямик? Или ты считаешь, что это не моё дело?

– Твоё, именно твоё! Но ты должен сам догадаться об этом, и я не хочу тебе подсказывать ничего…

– Ладно, хватит играть в кошки-мышки. – Петер хлопнул ладонью по колену. – Давай, выкладывай, что там у те… у нас произошло.

Корасон посмотрела на мужа укоряющим взглядом, покачала головой и ответила:

– Ну как ты сам до сих пор ни о чём не догадался? Ведь это так очевидно! Ну, подумай хорошенько, когда женщина ведёт себя так, как я?

– Когда она больна… – ответил Петер неуверенно.

– Или?…

– Или когда она…

– Ну, давай же! Не будь таким недогадливым! – упрашивала его Корасон.

– Когда она…

Тут Петера осенило. Он поднял на жену удивлённые глаза и неуверенно спросил:

– Ты что, беременна?

– Ну, наконец! Я думала, что ты никогда не догадаешься! – радостно воскликнула Корасон.

Петер потерял дар речи. Он смотрел на жену и не мог поверить своим ушам. Столько времени он мечтал о том, что Корасон родит ему ребёнка, а теперь, когда это случилось, он даже не смог догадаться вовремя.

– Ты действительно беременна? – переспросил он.

Женщина молча кивнула головой и счастливо улыбнулась.

– Господи, какая радость! – в порыве счастья Петер крепко обнял жену, но тут же отпустил её, боясь повредить её здоровью.

– А как же это случилось? – спросил он, глядя на Корасон счастливыми глазами.

Женщина засмеялась.

– Ты знаешь, – сказала она весело, – у супружеских пар иногда такое случается. Разве ты не знал?

– Да, глупый вопрос. Конечно, я знал, и, конечно, я этому рад, безумно рад!

Корасон нежно прижалась к мужу и поцеловала его.

– Мне даже не верится, что это, наконец, случилось, – тихо сказал Петер, гладя жену по голове. Косы у неё постепенно расплетались, и волосы плавно стекали по её плечам.

– А сколько времени ты… ты носишь его? – спросил он.

Корасон пожала плечами и ответила:

– Точно не знаю, но, по моим подсчётам, около трёх месяцев.

– И ты молчала всё это время? – удивлённо, даже немного обиженно спросил он. – Но почему?

– Не знаю, – ответила она. – Я просто боялась сначала обнадёжить тебя, а потом ошибиться. Поэтому я решила не говорить тебе ничего, пока сама не буду твёрдо в этом уверена.

– А теперь ты точно уверена? – спросил муж.

– Да, конечно, – ответила она и улыбнулась. – Ошибки быть не может.

– Он что, уже шевелится?

– Нет, что ты?! Шевелиться он начнёт только через месяц, а пока рано.

– А как же ты тогда знаешь? – испугался Петер. – Ведь ты можешь запросто ошибиться.

– Нет, не могу, – уверенно ответила жена.

Долго ещё они разговаривали об этом, и долго ещё Петер не мог поверить в случившееся. Наконец он вскочил с кровати и радостно воскликнул:

– Надо же рассказать обо всём Татаву! Я побегу к нему и всё расскажу!

Не успела Корасон сказать и слова, как Петер был уже за воротами. Он бежал так быстро, что через три минуты был уже на другом конце деревни, возле дома старика.

Татава не было дома, когда Петер прибежал к нему. Походив по двору и позвав Татава, Петер уселся на крыльцо и принялся ждать. Он даже не подумал о том, что старик мог уехать на рыбалку и вернётся нескоро.

Так оно и случилось. Старик уехал на рыбалку и вернулся только к вечеру.

А Петер через час ожидания просто потерял ощущение реального времени, что бывает только с сумасшедшими или с очень счастливыми людьми. Он просидел на крыльце до самого вечера, весь погружённый в раздумья о своём ребёнке.

Он представлял себе, что у него будет сын, только сын. Вообще большинство отцов почему-то мечтают именно о мальчике, и только о нём. Но это происходит совсем не потому, что мужчины не любят девочек, отнюдь нет. Всё гораздо проще. Мужчины мечтают о сыне просто потому, что знают, как себя с ним вести, что ему сказать, чем заниматься. Мужчине намного легче понять мужчину, чем загадочную и скрытную женщину. Кстати, именно по этой же причине большинство женщин и мечтают о дочери.

– Как твои дела? – прервал Татав размышления Петера.

Петер поднял глаза на старика и испуганно спросил:

– А что, уже вечер?

– Конечно, вечер! – засмеялся тот. – А ты давно здесь сидишь?

Петер пожал плечами.

– Не знаю… – растерянно сказал он. – Наверное, давно. Когда я пришёл сюда, солнце ещё стояло. А теперь сумерки.

Татав улыбнулся и покачал головой.

– Ты что, уснул? – спросил он.

– Нет, не уснул. Просто я задумался и совсем не заметил, как пролетело время.

Татав присел на крыльцо рядом с Петером и спросил:

– Ну, что там у тебя стряслось?

Петер радостно заулыбался и сказал:

– А ты догадайся!

– Я-то догадался! – рассмеялся старик. – А вот ты как не мог сразу понять, что она беременна?

От удивления Петер чуть не поперхнулся. Он уставился на Татава немигающими глазами и спросил, заикаясь:

– А ты… ты как… откуда ты знаешь? Как ты догадался, что моя жена беременна?

– Ну, это проще простого! – весело ответил старик. – Мне-то, столько прожившему на этом свете, и не догадаться! Да ведь это сразу было видно по ней, по её поведению. Ты ещё только рассказал мне, что Корасон не стала поднимать ведро с водой, а я сразу всё понял… Ну, ты-то хоть рад?

– И ты ещё спрашиваешь?! – воскликнул Петер. – Конечно, рад, безумно рад! Ведь я так долго мечтал об этом!

– Ну не так уж и долго. Вы ведь женаты всего три месяца. Ты здоровый мужчина, она молодая женщина. Рано или поздно это должно было произойти. Во всяком случае, я поздравляю тебя. Скоро ты станешь отцом. Кого ты хочешь, мальчика или девочку?

– Конечно, мальчика, – уверенно ответил Петер. – Но, впрочем, девочка – это тоже совсем не плохо. Главное, чтобы она родилась здоровой и красивой… Или красивым.

– Да, в этом ты прав, – задумчиво пробормотал старик. – Совсем не имеет значения, кто это будет, сын или дочь… Главное, чтобы это было твоё продолжение… – Старик вздохнул и опустил глаза. – Ведь в тебе живут, кроме тебя самого, двое твоих родителей, четверо твоих дедов, восемь прадедов, шестнадцать прапрадедов и так далее. И если ты не оставишь после себя потомства, то все эти люди умрут вместе с тобой…

Было темно, и поэтому Петер не заметил, как по щеке старика быстро пробежала слеза, оставляя маленькую блестящую дорожку.

– Ладно, – сказал Татав, – иди к жене. Она, наверное, уже заждалась тебя и волнуется, что тебя долго нет.

– Да, ты прав, – ответил Петер. – Я, пожалуй, пойду.

Он встал с крыльца и направился к калитке.

– Передавай привет Корасон! – крикнул ему вслед старик.

– Конечно, передам, обязательно! – крикнул Петер в ответ и побежал по дорожке, освещённой луной.

Татав долго ещё сидел на крыльце и смотрел на пустую дорогу, по которой только что убежал Петер. По его щекам текли слёзы. Теперь он мог не стесняться другого человека и дать волю своим чувствам.

Никто на свете не знал, не мог даже подумать, что этот весёлый старик, который днём так и сыплет шуточками, по ночам тихо плачет от горя. От горя, что у него нет детей, нет близких и родных людей, что он один на этой земле, один как перст…