Реальная любовь (ЛП) - Райдер Сара - Страница 21

Он не знал, что у ребёнка могут быть зелёные какашки. Он был бы счастливее в своём неведении.

Воспитанный в семье Донованов, семья ужинала скупо и официально, и всегда обслуживалась местными поварами. Он не знал, что семья может смеяться больше, чем говорить. Собираться вместе в одно мгновение, как будто каждый день был Днём Благодарения. Чтобы наслаждаться друг другом. Это было довольно мило. Но он также понимал, почему такому человеку, как Клем, это не нравится. Он чувствовал тяжесть внутри, когда они начинали копаться в истории его семьи. Если бы это не были фальшивые отношения, в его голове, вероятно, звенели бы тревожные колокольчики громче, чем предупреждение торнадо. Такие парни, как Майк и Эндрю, могли бы процветать в подобном хаосе, но он был чертовски уверен, что это не те мужчины, которых искала Клем.

Он смыл шампунь с волос и постарался не думать о том, как давно Клем не была с мужчиной. Или представить, как она опустится на колени и своим знойным голосом назовёт его Мастером. Это будет достаточно трудно, чтобы кровь не прилила к его члену, как только он ляжет рядом с ней в постель, и не было никакого смысла подливать масла в огонь. Если бы стены в этом месте не были такими тонкими, он бы использовал свою руку, чтобы снять напряжение. Вместо этого он закрыл кран, вытерся и натянул футболку и спортивные штаны.

Почему-то его не удивило, что она тайком читает очередную главу, когда он прокрался обратно в спальню. Мягкий свет от планшета освещал её красивое лицо в темноте. Джейк был так загипнотизирован тем, как полные губы Клем произносили каждое слово, пока она читала, что было почти стыдно, что она выключила устройство, как только он откинул свою сторону одеяла.

— Ты не должна останавливаться из-за меня.

— Всё нормально. Я очень устала.

Он забрался на свою половину кровати, положил голову на подушку и закрыл глаза, но через секунду снова открыл их.

Женщина опустила подушку, служившую барьером между их головами.

— Спасибо, что не видишь в этом странность.

— Любой мужчина с половиной мозга отдал бы свою правую руку, чтобы разделить с тобой постель. В том числе и я.

— Эм, ты ведь шутишь, да?

— Нет.

Она резко выдохнула, и ему потребовалось всё его самообладание, чтобы не сократить расстояние в несколько дюймов между ними и не захватить её губы своими.

— Спокойной ночи, Клем.

— Спокойной ночи.

***

Джейк не знал точно в котором часу проснулся, но колено, зажатое между его ног, безошибочно принадлежало Клементине. То же самое с чистым цветочным ароматом её волос. Вот тебе и барьер из подушек. Она только что перекатилась через него.

Женщина вздохнула, потянулась всем телом, затем снова приняла позу эмбриона. Он зажал её ногу между своих бёдер, прежде чем её колено соединилось с его яйцами, заставив Клем проснуться. Она дважды моргнула.

— Ты что-нибудь слышал?

Её голос дрожал. Неудивительно, учитывая то, что она пережила несколько коротких ночей назад.

— Наверное просто ветер.

Последовала долгая пауза.

— Так что, ничего не случилось? — дыхание Клем касалось его подбородка с каждым словом, напоминая о том, как давно он не спал рядом с женщиной.

— Кроме того, что у тебя ноги ледяные? Нет, — он надеялся разрядить напряжение, но пульс в груди забился сильнее.

— Ох. Тогда почему мы так… близки?

Хриплый тон её голоса заставил его член набухнуть от желания.

— Оказывается, ты любишь обниматься по ночам.

Джейк почувствовал, как осознание проникает в каждый дюйм её тела. Клем придвинулась ближе к нему, прижимаясь к его растущей эрекции.

— Разве это проблема?

Никакой застенчивости. Просто приглашение. И это была самая сексуальная вещь, которую он когда-либо слышал.

— Нет.

Она наклонилась к нему, касаясь губами его губ, и он не сделал ни одной грёбаной вещи, чтобы остановить её.

— Ты целуешь Джейка, тётя Клем?

— Значит, теперь ты наш дядя?

Клем отскочила назад, прежде чем он успел ответить на поцелуй, и вскочила на ноги.

— Срань Господня! Что вы здесь делаете?

Две белокурые близняшки стояли на краю кровати, улыбаясь, как жуткие маленькие куклы из фильма ужасов, которые оживают в темноте, чтобы задушить тебя.

— Это слово для уборной, тетя Клем.

— Иногда слова из уборной уместны, Милли, — сказала Клем, натягивая на себя простыни, несмотря на то, что она была одета во фланель с головы до ног. Джейка поразило, что в этот момент она могла различить двух девочек. — Как сейчас. Кто-нибудь знает, что вы здесь?

Одинаковые улыбки расплылись на их лицах.

— Мы улизнули, — сказала другая — Элли.

— О, милая. Ты не можешь этого делать. Это опасно. Вы могли заблудиться.

— Но мы хотели устроить ночёвку, — подлинная или фальшивая, дрожь в голосе маленькой девочки была скрытым оружием, предназначенным для того, чтобы пронзить человеческое сердце.

— Как вы вообще сюда попали?

— Мы смотрели, как мама набирала цифры на дверном замке, когда прятала твою большую коробку конфет.

— Можно нам конфет, тётя Клем?

— Пойдёмте, я провожу вас, — сказал Джейк, молясь, чтобы ему не пришлось объяснять разницу между презервативами и конфетами.

То, что его прервали близнецы за секунду до того, как они с Клем пересекли необратимую черту, было пощёчиной, в которой он нуждался. Поцелуи с ней приведут лишь к пересечению новых границ. Клем была слишком мила, чтобы связываться с кем-то вроде него. С кем-то, кому нечего было дать женщине. С кем-то, кто знал только, как брать, независимо от того, насколько это больно другому человеку.

Это должен был быть его шанс доказать самому себе, что он не эгоистичный мудак, и он даже не продержался двадцать четыре часа.

Хлюпанье и слёзы, вырвавшиеся из глаз близнецов, были ещё одним ударом в живот.

— Но… Но… но мы хотели переночевать.

Клем посмотрела на него с сожалением, но он уже собрал подушку, зная, что такой исход неизбежен.

— Всё в порядке. Я всё понял.

Она вздохнула.

— Хорошо, я напишу вашей маме, и, если она согласится, вы можете остаться. Но вы должны пообещать, что больше никогда не будете убегать.

Джейк не винил её за то, что она уступила требованию племянниц. По выражению её лица он понял, что Клем не в состоянии сказать им «нет». Проблема была в том, что он был уверен, что выражение его лица прямо сейчас говорило то же самое о ней.

Глава 10

Камень, поросший слоем грибка, подошел бы лучше, чем хлипкая плетёная мебель, на которой Джейк спал прошлой ночью. Он придвинул один из стульев в гостиной, чтобы положить на него свои длинные ноги, но проснулся от того, что у него всё онемело и болело. Впрочем, он был уверен, что спал гораздо спокойнее, чем Клем.

Элли и Милли были милыми, но были ещё теми дьяволятами. Он слышал, как они прыгали на кровати, пока Клем умоляла их быть осторожными, когда он засыпал. По крайней мере, их озорство сопровождалось безупречным чувством времени. Неважно, как дерьмово ощущалась его шея этим утром, это было лучше, чем просыпаться с эмоциональным похмельем от пересечения границы с Клем. Её губы были такими мягкими, такими сладкими, такими чертовски манящими. Джейк никак не мог устоять перед тем, что она предлагала.

Он оделся в ванной и просунул голову в дверь спальни, поймав парочку, пытающуюся заплести волосы Клем в косу, пока она спала лицом вниз на матрасе. Он подозвал близнецов пальцем, и они подбежали к нему.

— Как насчет того, чтобы я проводил вас обеих обратно к маме и папе и позволил вашей тёте немного отдохнуть, хорошо?

— Мама будет зли-и-иться, — проканючила Элли — или, по крайней мере, та, которую он принял за Элли, — с достаточной интонацией, чтобы он понял, что это не первый их ночной побег.

— Держу пари, она разозлится ещё больше, если вы не вернётесь к завтраку.