Злодейка требует тортик (СИ) - Рэн-Мари Катерина - Страница 134

— Леди Хлоя… Я не прошу дать оценку вашим обвинениям. Мне интересно, зачем вы причинили физический вред леди Евелике?

— А, если вы об этом! Понимаете… — Хлоя делает драматичную паузу, раскрывая веер. — У меня было плохое настроение.

Послышался тихий смех со стороны второго принца.

— Значит… вы утверждаете, что причиной стало… хм… плохое настроение?

— Ну да, — она пожимает плечами. — Так и хотелось что-нибудь натворить. Что-нибудь плохое.

— Вот как… Весьма необычно… Леди Афина, вам есть что сказать?

— Передайте мои самые лучшие пожелания первому принцу и его невесте, — саркастически проговорила дочь герцога, бросая короткий взгляд на императорский балкон. Во взгляде нет боли. Лишь холод и презрение. — Пусть… в вашем союзе будет больше правды.

— Леди Элиана?

— Пожалуй… я воздержусь.

— Вот как… теперь настало время принять решение, какое наказание понесут леди, — я замечаю, что судья медлит. Глаза мужчины были устремлены на собственную руку, сжимающую молоток. Наконец, со вздохом он постучал им, и с неохотой проговорил. — Так как леди Евелика является невестой его высочества, принца Рональда, согласно законам империи, императорской семье разрешается принимать непосредственное участие в принятии решения о наказании. Однако, прошу помнить, что, если решение будет противоречить каким-либо законам, я, как Верховный судья, имею право отклонить его.

Стучит молоток. Судья садится, давая слово принцу.

Я бросаю задумчивый взгляд, и невольно фыркаю. Рональд, словно марионетка, внимательно слушал Евелику. Закончив, девушка, однако, не отошла от жениха, и, холодно улыбнувшись, посмотрела на меня. На мгновение мне почудилось, что за ее спиной я увидела тень маленькой девочки, и почувствовала, как воздух вокруг меня завибрировал, а ладонь пронзило секундной болью.

Что это было!?

С растерянностью взираю на нахмурившуюся Евелику, и, сама того не понимаю, почему-то смотрю на понфика. Может именно то, что он привел меня в этот мир, породило к нему доверие? Мужчина со скучающим видом наблюдает за судом, и, заметив мой взгляд, улыбнулся. Губы что-то беззвучно шепчут, но я не могу разобрать слова из-за большого расстояния между нами.

Вскоре, однако, отвлекаюсь. Принц заговорил, вынося решение.

— Я требую, чтобы семьи обвиняемых обложили штрафом. Самих девушек лишили привилегий аристократок, и сослали в другую страну.

Присяжные и наблюдатели под давлением магии очарования Евелики в большинстве соглашаются. В то же время количество тех, кто сомневались в правильности принятого решения, увеличивалось, что заставляло нервничать призрака.

Судья вежливо интересуется, уверен ли в своем решении принц, а так же спрашивает у зала, согласны ли они. Внезапно раздался ехидный голос понфика.

— Ваше высочество, боюсь, что ваш приговор невозможно полностью исполнить.

— С каких пор Храм начал прикрывать преступниц? — язвительно бросил сын маркиза, который входил в круг друзей принца. — Ничто не посмеет смыть грязь преступления с этих девок.

— Не стоит взывать к моей совести, господин Касте, — понфик лишь отвечает снисходительной улыбкой на провокацию. — Однако, вы забываете, что Храм является независимой от императорской власти фракцией. И преступников, которые появляются в нашей фракции, имеет полное право судить только я. Вы можете лишь давать рекомендации по выбору наказания, но никак не выносить приговор.

— К чему ваши речи? — встрял молодой граф, друг первого принца. — Ни одна из преступниц не входит во фракцию Храма, и они полностью под властью императорской семьи.

— А вот здесь вы ошибаетесь, — с хитрой усмешкой встает святой канцлер. — Леди Афина онди ан Валирио является моей супругой.

После секундной тишины, зал словно взорвался шумом. Все пространство заполнилось гамом, криками, шуршанием бумаг и шорохом одежды. Такой новости никто не ожидал. Даже супруга святого канцлера.

— Дорогая моя, а ты когда успела замуж выскочить? — интересуется Хлоя, с невозмутимым видом обмахиваясь веером. — А позвать меня не забыла?

 — Ты не поверишь… Но я даже не была на собственной свадьбе…

— Афин, ты в порядке? — интересуюсь я, ощущая, как в груди медленно просыпается паника. Если Афина уже замужем, то я… Святая Дева… Так вот какой была задумка дедушек!

— Не совсем…

— Да ладно тебе. Твой муж красавчик, титулованный аристократ, богат. Грех тут жаловаться. Тут только радоваться нужно, и наслаждаться счастьем. И… — я осеклась, поняв, что новоиспечённая супруга не внимает моим советам. Хлоя с хитрой улыбкой подливает масла.

— Дорогая, ты хоть счастлива?

— О, я настолько счастлива, что, боюсь, через пару часов овдовею.

— А развестись никак? — я принимаю неуверенную попытку отвести бурю от Джоэла.

— О нет, так неинтересно. Теперь я уж позабочусь, чтобы он почувствовал всю мою радость в статусе супруги.

 Между нами воцарилось молчание, периодически прерываемое бурчанием Афины. Наконец я, гулко сглотнув, выдавила, нервно теребя ткань юбки платья:

— М-может у мальчиков оригинальная фантазия?

— О, детка, не надейся, — съязвила дочь герцога. — Уверена, что тебя, как и меня можно поздравлять с праздником. Только у Хлои есть хорошие шансы сейчас оказаться в статусе невесты — свадьбы сына императора не может пройти тихо, а вот помолвка — да.

Застучал молоток судьи, призывая зал к тишине.

— У вас есть… доказательства или свидетели, что могли бы подтвердить ваши слова? К примеру, служитель храма, который проводил обряд брачных клятв?

Вместо святого канцлера ответил понфик:

— Готов выслушать все претензии относительно моей работы.

Глаза понфика на мгновение вспыхнули фиолетовым светом, что символизировало его связь с богом. Однако, мало кто догадывался, что бог так и не покинул тело смертного… Именно по этой причине изменение цвета глаз на меня не произвело особого впечатления, а вот народ в зале испуганно замер.

Принц подает знак судье, и тот, кивнув, немного невнятно произнес.

— Н-никто не сомневается в вашей компетентности… Что ж, полагаю, что вопрос с леди Афиной исчерпан. Приступим к леди Элиане…

— Боюсь, господин судья, но здесь такая же ситуация, — хмыкнув, сказал понфик, чем вызвал очередное недоумение у зала. — Я так же принимал перед лицом бога брачные клятвы леди Элианы и господина Арвила.

Я тихо фыркнула, и поспешила замаскировать смешок под кашлем. Удивления после цирка с Афиной не было, лишь… спокойное смирение. Почему-то первоначальная паника, которая возникла при словах Джоэла, незаметно ушла. Смирение, что я все же в статусе жены, а не невесты, проходит на удивление плавно, без ярких эмоций. Может, всему вина возникновения нового чувства? Чувства защищенности. Рядом с тобой есть любимый человек, готовый ради тебя на многое… И такая небольшая шалость с его стороны простительна. Лишь воплощу в жизнь парочку «мстительных» планов Афины, и на этом полностью успокоюсь.

Правда, все же немного обидно, что не было свадьбы.

На этот раз почти не шумел. Все, затаив дыхание, ожидали, как выкрутится из данной ситуации дочь маркиза.

— Вот как… Что ж, здесь императорская власть весьма ограничена в вынесении приговора, — немолодой судья бросает предостерегающий взгляд… на леди Евелику. Девушка, заметив, краснеет от злости, одаривая судью гневным взглядом.

Немного промолчав, Верховный судья вновь заговорил:

— Леди Хлоя, прежде чем перейти к обсуждению вашего приговора, позвольте задать личный вопрос?

— Позволяю, но не обещаю ответить.

— Как много у вас… м-м-м… поклонников? Или же возлюбленных?

— Много, — дочь маркиза театрально тяжело вздыхает, словно каждый день устраивала марафоны, прячась от поклонников. — А вы к чему ведете?

— Да вот, пытаюсь предугадать вашу личную жизнь, и в каком статусе вы здесь, если учесть, что ваши подруги уже замужние леди.

— А, ну если вы об этом… М-м-м… Кажется я запамятовала. Сколько раз мне уже предлагали руку и сердце? М-м-м… Афин, Эли, помните?