Без вести пропавший (СИ) - Осинина Нюра - Страница 9

Ночью случилась гроза. За стенами замка неистовствала природа. Воздух наэлектризовался, создавая в спальне возбуждающее напряжение. Организм Фёдора взбудоражился, кровь вскипела, и он больше не мог постоянно усмирять свою плоть. Да она и не усмирялась. Он отбросил покрывало, натянул исподние штаны, у коих уже давно завязки заменили пуговицами. Сколько можно с ними путаться? Сунул ноги в туфли, зажёг на ладони светильник и, прошептав: «Прости, Павла», – шагнул в потайной ход. Этот ход ему показал Павлис ещё в первые дни жизни в замке. Он вёл в покои жены.

Фёдор сделал несколько шагов и увидел, как впереди тоже появился маленький магический светлячок. Он освещал женскую фигуру, которая двигалась ему навстречу, словно привидение. Бледно-голубая полупрозрачная ночная рубашка и такоё же пеньюар создавали эффект чего-то бесплотного, эфемерного. Элоиза шла медленно, робко, неся светлячок на вытянутой руке.

Фёдор вдруг явственно услышал, как с басовым стоном лопнула струна, с треском обрушилась стена. Или это, всё-таки, был гром? Но внутри него всё пело. Оба первые! Он выпустил световой шар к потолку и поспешил к любимой, да, именно так – к любимой женщине.

Она бросилась ему на шею, всхлипывая и смеясь, приговаривая сумбурно: «Фьёдор, Тео, Фьёдор!». «Лиза, Лизонька! Хорошая моя, любимая моя жёнушка! Девочка моя». Хотя Фёдор и помолодел под воздействием своего магического источника, но выглядел всё равно старше своих ровесников. Чуть-чуть, но старше, и старше жены. Да и чувствовал он себя так, не смотря на десять лет разницы.

Фёдор подхватил Элоизу на руки, покрутился на месте, определяясь, в чью спальню направиться и решил, что лучше в спальню жены, куда и поспешил доставить свою драгоценную ношу.

А утром… утром граф сграбастал графиню, попытавшуюся встать с постели, оплёл руками и ногами, прижимая к себе и показывая, что вставать ещё рано, что есть ещё незавершённое дело здесь, в спальне. Дела же за её пределами и без них справят. И слуги негласно, по умолчанию, были с ним солидарны и не мешали воссоединению супругов. Ибо наконец-то хозяин выздоровел полностью. Теперь брачные метки хозяев будут сиять, раздражая злопыхателей.

На этом всё.