Аскатон. Возвращение домой (СИ) - Тимощенко Анастасия - Страница 11

– Мне нравились твои нелепые штанишки, но... – почесал он подбородок, – …но так тоже сойдет.

Не обращая на слова Аймона никого внимания, Ксенерва чинно направилась к двери.

Терраса располагалась прямо на скалистом уступе, и представляло собой довольно просторное помещение под навесом, который держался за счет поддержки двух деревьев, стоявших по бокам. Их стволы украшали вьюны с яркими алыми цветами. Ограждение в виде деревянных перил, как и пол, было лакированным. Справа от входа в полу было углубление в виде овала, которое заполняли разноцветные полупрозрачные камушки. На них стояли многочисленные горшки и кадки с цветами и мини-деревьями. С левой стороны стояла плетеная мебель. Мягкие сиденья дивана и двух кресел, были обшиты зеленой плотной тканью. На них лежали яркие оранжевые и желтые подушки в тон скатерти, украшавшей стол.

Кеси, Аймон и Лейкас, свежие, в чистой одежде, наслаждались не известными Ксенерве напитками, с удивительным и приятным вкусом. Лейкас объяснил, что одни сварены из местных фруктов, в общем, что-то вроде компота, а другие из трав и листьев лечебного кустарника Шикус, который был очень популярен в эльфийском царстве.

Эктелион явился лишь извиниться, за то, что не сможет составить им компанию, сославшись на срочные дела, не терпящие отлагательств. Но обещал непременно явиться к ужину.

Никто из присутствующих не был расстроен этим фактом, хотя Кеси было любопытно познакомиться с повелителем эльфийского царства. Она со смешком представила, как бы это было: «Приятно познакомиться, просто Кеси», а в ответ: «Приятно познакомиться, просто повелитель».

Налакомившись угощеньем, мужчины отошли к перилам, и удобно облокотившись о них, тихо о чем-то беседовали. Под их приглушенные голоса Кеси начала погружаться в дрёму, уютно устроившись на мягких подушках. Нежный ветерок приятно обдувал лицо, шелест листвы убаюкивал.

Очнулась Кеси уже в своей спальне. Чувствовалось недомогание, голова немного болела, знобило. Девушка рассердилась, вспомнив про свое купание под холодным водопадом. Она неохотно встала, и хотела было отправиться в ванную, чтобы согреться, но подумала, что неуместно принимать горячую ванную с температурой.

На прикроватном столике были аккуратно сложены обтягивающие зеленые брюки и белый теплый пуловер. На полу стояли коричневые сапожки с короткой и широкой голяшкой. Порывшись в ванной комнате в многочисленных тумбочках и ящичках – Кеси обнаружила принадлежности для волос, и, выбрав ленту в тон брюкам, перевязала волосы. Переодевшись в теплую одежду, она решила спуститься вниз на поиске столовой. Наверняка скоро должны подать ужин, а в животе уже урчало. На дверь была прилеплена записка. Кеси вгляделась в незнакомые символы, те поплыли в глазах, раздвоились, а когда встали назад, то девушка увидела, вполне читаемый и родной текст. «Встретимся в холле», – гласила записка.

Проходя мимо стеклянной двери балкона, Кесси ахнула. Уже начало смеркаться, на мосту и в городе зажглось множество огоньков. Словно паутиной они окутывали все вокруг мягким голубоватым свечением. Воздух был подсвечен желтыми огоньками светлячков и большими светящимися бабочками. На деревьях росли грибы, окутанные зеленоватым ореолом. Это напоминало картинку из детской сказки.

Ксенерва оглядела пустой холл и разозлилась. Где искать этого хамоватого типа, она не представляла. Ксенерва начинала терять терпение. Единственное, что ее сейчас действительно интересовало, так это где ее дочь. Теперь она была уверена в том, что Аймон причастен к тайне ее исчезновения. К тому же Лейкас уже как-то проболтался о том, что именно они с Алиидой должны спасти их гребанный мир, значит, ее дочь жива. Ей надоело ждать, она должна узнать сейчас.

Над ухом раздался вкрадчивый шепот:

– Не меня потеряла.

Кеси резко обернулась и наткнулась на колючий взгляд серых глаз. Аймон тоже сменил гардероб. На нем были простые черные джинсы и серый пуловер. Взглянув даймону в лицо, она удивилась таким переменам. Черные капилляры больше не пронизывали лицо, тени под глазами пропали, а сами глаза стали ярче. Он казалось, стал моложе.

– Выспался. – Коротко объяснил Аймон, вновь прочтя ее мысли. – И не нужно сейчас кричать, я объясню тебе все после ужина.

– Но... – хотела воспротивиться Ксенерва.

– Никаких но. Я сказал после ужина. – Аймон, как всегда был тверд и не ждал никаких возражений. Но Кеси не привыкла сдаваться.

– Я хочу узнать все сейчас. Я устала ждать не понятно чего. Это все и так напоминает бред сумасшедшего. А мне никто ничего толком не объясняет. Я не знаю ничего ни о том для чего я здесь, ни о том, где сейчас моя дочь, но я уверенна, что ты знаешь. Я не могу жить в неведении. Однажды я уже готовилась к тому… – Кеси запнулась, – к тому, чтобы хоронить ее. Не хочу жить несбыточными надеждами. – Кеси смотрела на Аймона с мольбой. – Пожалуйста!

Аймона напрягал это жалостливый взгляд.

– Слушай меня внимательно. Сейчас мы отправимся на ужин, где ты познакомишься с семьей Лейкаса. А потом мы вместе с ним постараемся растолковать тебе, что к чему. Хорошо? – Рявкнул Аймон.

Упрямиться не было сил, какая-то странная усталость навалилась на Ксенерву. К тому же из ее опыта было ясно, что спорить с даймоном бесполезно. На ватных ногах Кеси потащилась за Аймоном, повиснув на его руке.

Аймон чувствовал, что с ней творится. Но знал, что помочь не в силах.

Он лишь надеялся, что объясняться ему придется уже перед даймоницей, истинной диарой, а не жалкой человечишкой.

Ужин для Кеси стал настоящей пыткой. Ее самочувствие все ухудшалось. Голова раскалывалась. Атмосфера тоже была не из приятных.

Повелитель лесных эльфов, почему то ей был не приятен, да и она ему казалось тоже. Когда он попросил представить свою гостью, Аймон объявил, что скоро у Варпа появится темная королева в лице Ксенервы. На что Эктелион брезгливо передернулся, и сказал, что удивлен такому выбору велординга огненного легиона. Даймон и человек... Да и как отнесутся к этому подданные темного царства. Аймон пожал плечами и сказал, что эльфов это не должно заботить, дав тем самым понять, что разговор окончен.

Мать Лейкаса звали Бергторой. Она была очень красивой и статной женщиной. Обладающая шикарными формами, она была воистину повелительницей. Из тех кусков беседы, которые Кеси удалось расслышать, она поняла, что Бергтора была своевольной и независимой от мнения мужа. Она на все имела свою точку зрения, не боялась ее озвучивать и отстаивать, даже если это шло на перекор мужу. Эктелиона такое положение вещей заметно напрягало, но его жену этот факт не смущал. Она целиком поддерживала сына, который предпочел не отсиживаться в безопасности леса, а вступить в ряды борцов. Плохо скрываемое раздражение Эктелиона было всем понятно.

Чуть опоздав, в зал вошла юная девушка. Аймон объяснил, что это эфирное создание – Лаурелия, сестра Лейкаса. Она обладала бледной кожей, воздушной походкой и длинными блестящими, такими же белоснежными, как и у брата, прямыми волосами, которые свободно струились по спине. На точеной фигуре девушки идеально сидело белоснежное платье с корсетом из коричневой замши. Взгляд изумрудно-зеленых глаз был чем-то опечален. Она обладала хорошими манерами, что было свойственно королевской особе и гармонировало ее утонченному образу, но в глазах все же, предательски мелькал мятежный огонек.

Конец вечера проходил для Ксенервы словно в тумане, она слышала обрывки фраз, и понимала, что обращаются к ней, когда, Аймон толкал ее в бок. Казалось, все вокруг лишь шевелят губами, но не произносят слов.

Аймон и Лейкас, взяв по стакану виски, вышли на балкон.

Кеси ковырялась в тарелке, когда в ушах зазвенели миллиарды звуков. Казалось, ее слух улучшился в сотни тысяч раз. Она слышала голоса, звяканье посуды, топот слуг, шум ветра, гуляющего в распахнутом окне. Все это было настолько громко, что голова, казалось, лопнет от такого шума.

Пытаясь сбежать от источников звуков, Кеси отправилась на балкон, потирая разболевшиеся виски.