Неблагой Принц (ЛП) - Кингсли Кэтрин - Страница 37

Тетя Марджери улыбнулась и поцеловала ее в висок, помогая направить ее руку, чтобы нарисовать правильный символ в грязи у ручья.

— Как это поможет мне поймать рыбу? — она моргнула, глядя на пожилую женщину.

— Потому что никогда не помешает спросить, — Марджери постучала пальцем по кончику носа, заставив ее хихикнуть. — И никогда не помешает вежливо попросить.

Она встала и выбрала самое большое дерево, стоявшее сбоку от тропинки.

Она всегда умела слушать деревья.

Именно для них она пела, прогуливаясь по лесу. Она пела им, потому что слышала, как они поют в ответ.

Ее любовь к лесу была одной из первых причин, по которой ее тетя заподозрила, что у нее тоже есть дар. Став взрослой, она поняла, что ее мать очень хотела передать ее своей «сумасшедшей» тете. Ребенком она не совсем понимала, почему переехала жить к тете Марджери. Но она быстро перестала возражать, когда стало ясно, что ее не ударят переходником, когда она раскладывала камни в странные круги или разговаривала с людьми, которых другие не могли видеть.

Прислонив ладонь к дереву, она закрыла глаза. Лабиринт был живым. От ощущения, что деревья смотрят на нее, у нее по коже побежали мурашки. Они не были похожи на те, к которым она привыкла, и она знала, что они, вероятно, хотели причинить ей вред.

Но попробовать стоило.

— Пожалуйста, помоги мне найти путь, — прошептала она. — Я заблудилась, и ваш мир так нов для меня. Пожалуйста, — она боролась со слезами, которые жгли ей глаза. — Я одна, и мне страшно. Я не знаю, что еще можно сделать. Я не хочу умирать. Я не хочу лечь и сдаться ему, или лечь в могилу. Я хочу найти другой способ, — гнев неожиданно нахлынул на нее. Разочарование от всего, что на нее свалилось. — И я устала ходить пешком!

Послышался скрип и движение, шелест ветвей и листьев. Она открыла глаза, сделала шаг назад и с благоговением наблюдала, как перед ней открывается новый путь. Деревья просто… отступили назад. Земля даже не была потревожена там, где их корни двигались и смещались.

Она моргнула.

— Ой! С-спасибо.

Она не была уверена, куда это приведет ее, но, по крайней мере, куда-то точно.

Она надеялась.

Анфар ступил на Залитый Луной Двор, не обращая внимания на лужи в форме отпечатков ног, которые оставлял за собой, приближаясь к собранию лордов и леди фэев. Их было около дюжины, они стояли и перешептывались друг с другом. Они сплетничали — что, по его мнению, на самом деле могло быть самым отвратительным занятием, на которое человек мог потратить свое время.

Кроме того, он знал, о чем они говорили.

Потому что тема никогда не менялась.

Валрой.

О, да, со временем специфика изменилась. Но это всегда вращалось вокруг одного — что Кровавый Принц наделал сейчас, и что нам с этим делать?

— Он убил почти пятьдесят фэев. Двое из них были лордами! — герцог Хэнлен провел рукой по своему широкому лицу. — Все из-за чего? Из-за смертной девушки?

— Он хочет… — леди Юна оглянулась через плечо туда, где стояла леди Асташа, а затем сразу же понизила голос до шепота. — Он хочет сделать ее своей королевой.

— Я знаю это, скучный ты ребенок, — громко сказала леди Асташа, не оборачиваясь. — И я тебя слышу.

Анфар ненавидел приходить в Залитый Луной Двор.

Он так сильно ненавидел это.

— Факт остается фактом, — громко сказал он, требуя внимания зала. В конце концов, он сам был членом Двора, хотя никогда добровольно не посещал ни одно из этих собраний. — То, что кто-то пытался убить новую игрушку Валроя, вне независимо от его намерений в отношении женщины, расценивается как акт агрессии. Есть ли у нас какие-нибудь идеи о том, кто приказал это сделать?

Тишина.

— Знаем ли мы, был ли это один из наших или один из Залитого Солнцем Двора?

Тишина.

— Хорошо. Хорошо, — он покачал головой. Это ни к чему его не приведет. Повернувшись, он пошел прочь. Чья-то рука схватила его за руку, и он зашипел на ее владельца. Леди Асташа.

Красивая женщина нахмурилась, глядя на него, ее длинные, чисто-серебристые волосы были едва ли на оттенок светлее ее бледной кожи и глаз. Только ее губы, выкрашенные в ярко-малиновый цвет, придавали какой-то цвет ее чертам. Анфар почувствовал, как у него отвисла челюсть при виде нее. Не потому, что он не находил ее призрачную внешность привлекательной, а потому, что считал, что она привлекательна.

Он считал, что она очень привлекательна.

И это вызывало большое беспокойство по многим причинам.

— Он действительно собирается это сделать? — она нахмурилась. — Он действительно собирается жениться на смертной?

— Да, — Анфар мягко высвободил свою руку из ее хватки. Он потер руку в том месте, где коснулся ее. — И ты знаешь почему.

Асташа отвела взгляд и испустила долгий, печальный вздох.

— Он планирует убить ее. Она присоединится к остальным трупам, которые он оставит после себя, как только получит корону.

— Да. Лазейка в законе, который установила Морриган.

Она покачала головой.

— Бедняжка… втянута во всю нашу драму.

Кто бы говорил. Он прикусил язык. Асташа хотела как лучше. Она честно хотела. Но прежде всего она была придворной дамой. И придворной, мечтающей стать королевой.

— Он мог бы сделать то же самое с тобой, если бы тебе удалось убедить его.

— Наверное, — она пожала плечом. — Он не мог убить меня без обращения ко Двору. Но нет закона, запрещающего убивать смертных, — она усмехнулась. — Если бы это было так, мы все были бы заперты в клетке, — она сделала паузу. — Однако меня беспокоит одна вещь. Это кажется слишком простым. Как думаешь, почему Морриган не предсказала этого и не выдвинула оговорку?

— Возможно, она не думала, что он запятнает себя человеком, я не знаю. Я не смею притворяться, что могу понять мысли богини, — плечи Анфара поникли. — Но ты права. Я сочувствую этой девушке. Она не имеет к этому никакого отношения, кроме того, что ей навязали.

— Могу я встретить ее? — серебряные глаза заблестели надеждой. — Возможно, я смогу ей помочь.

— Я… — он колебался. — Не думаю, что сейчас это разумно. Валрой в ярости и, скорее всего, набросится на любого, кто подойдет к ней слишком близко.

— Шикарно, — она пренебрежительно махнула рукой. — Это всего лишь я. Мы с ним дружим с детства. Он знает, что я не причиню вреда.

— Будьте осторожны, леди Асташа. Это мой единственный совет вам, — Анфар отступил на шаг от ослепительно красивой женщины. — Он оберегает человека.

— Хм, — она усмехнулась. — Ты же не думаешь, что он влюбился в нее, не так ли?

Они оба рассмеялись над абсурдностью этого.

Нет. Валрой никогда бы никому не отдал свое сердце, потому что оно прочно принадлежало его собственному отражению. Покачав головой, он повернулся, чтобы уйти.

— Я должен идти. Приход сюда не приведет меня к тому, кто приказал ее убить.

— Боюсь, что у тебя будет много подозреваемых в поисках, дорогой Анфар, — Асташа прищелкнула языком. — Потому что никто не хочет видеть, как он займет трон.

Он остановился и повернулся к ней лицом.

— Даже ты?

— Когда-нибудь он наденет корону, что бы мы ни делали. Я могу только надеяться исправить его и его характер настолько, чтобы некоторые из нас могли пережить его гнев.

Она посмотрела в сторону трона. Он был сделан из ветвей и костей в равной мере, и все это было отлито из серебра. Он сиял в лунном свете, прекрасный и ужасный. Жизнь и смерть. Это был баланс, который представляли фэи. И Валрой хотел уничтожить все это.

Убийство девушки имело смысл.

До тех пор, пока кто-нибудь не рассмотрит альтернативы.

— Увидим, — Анфар повернулся на каблуках.

— Передай ему привет от меня, хорошо? — Асташа усмехнулась, звук был похож на звон колокольчиков в ночном воздухе. — Если я не увижу его первым.