Песнь ворона (ЛП) - Харпер Ледди - Страница 3

— Ты остановились на курорте или просто проездом?

В уголке ее рта заиграла уверенная улыбка.

— Остановилась здесь. Приехала сегодня утром.

Мне хотелось узнать, в каком именно домике, но я знал, что спрашивать об этом было бы жутко. Поэтому задал следующий наводящий вопрос.

— Как тебя зовут? — С этой информацией я мог бы сам все выяснить, не отпугивая ее.

— Маккенна. — Фамилия была бы полезна, но я не собирался жаловаться.

— Ты здесь с кем-то или одна?

Ее светлые глаза чуть прищурились. Должно быть, это было непроизвольное движение, потому что оно длилось всего долю секунды. Как только это произошло, мимолетное беспокойство исчезло, и почти незаметное волнение окрасило ее светлые щеки.

— Одна.

Внезапно я понял ее реакцию. Последнее, чего мне хотелось, это заставить девушку думать, будто я сталкер, поэтому попытался объяснить.

— О, мне просто было любопытно, почему ты здесь одна. Я подумал, может быть, ты пытаешься сбежать от семьи или что-то в этом роде.

— Окна моего домика выходят в другую сторону, а ресторан был переполнен. Единственное свободное место, которое у них оставалось — у стойки бара, которая тоже обращена не в ту сторону. Я пошла ближе к озеру, и оказалась здесь. Не ожидала, что кто-нибудь появится, поэтому подумала, что все будет в порядке.

Должно быть, она не заметила большую террасу в задней части бара, где все, в конце концов, соберутся, как только начнется празднование. Но я не собирался говорить ей об этом и рисковать тем, что девушка уйдет. Поэтому вместо этого я указал на холодильник, который поставил рядом с ней, и спросил:

— Можешь подвинуть его сюда?

Маккенна подвинула холодильник ко мне, а затем еще немного расслабилась, прислонившись к перилам. Ее правая нога — та, что не свисала с причала, — была согнута в колене, а босая ступня прижата к вершине бедер. На ней были шорты цвета хаки с манжетами, которые, скорее всего, могли выдать некоторые вещи из-за того, как девушка сидела, поэтому я старался не смотреть. Но то, как она бездумно ковыряла кожу на пятке, делало почти невозможным сосредоточиться на чем-то другом.

Задаваясь вопросом, была ли это такая уж хорошая идея, в конце концов, я схватил пиво, и как только потянулся, чтобы взять второе для Маккенны, задумался.

— Сколько тебе лет?

— Восемнадцать. А что?

Технически, девушка была несовершеннолетней, так что давать ей алкоголь было незаконно. Хотя — у моего разума был этот фантастический способ оправдания вещей, чтобы заставить меня чувствовать себя лучше в отношении определенных решений — девушка выглядела старше. Эта логика имела массу смысла, учитывая, что в ее возрасте у меня в холодильнике регулярно стояло пиво. Не говоря уже о том, что у меня было всего шесть банок — даже если бы мы разделили их, этого было бы недостаточно, чтобы напоить ее.

Пожав плечами, решил не беспокоиться о деталях. У меня в руке была банка с прохладным напитком, и я подтолкнул холодильник к ней. По крайней мере, так я бы не чувствовал, что предложил ей алкоголь или заставил ее выпить. Если Маккенна возьмет одну, значит, возьмет. И после того, как девушка несколько раз посмотрела между мной и открытым холодильником, именно это она и сделала.

— Сколько тебе лет? — спросила она, открывая крышку, и звук эхом разнесся вокруг нас.

— Двадцать один.

Маккенна не отвела взгляда, она просто скользнула им по моему лицу, читая меня так, как кончики пальцев слепого расшифровывают шрифт Брайля. Это немного смущало, если честно. Без возможности слышать ее мысли, невозможно было сказать, что творилось в ее хорошенькой головке.

Я был знаком с красивыми женщинами. Управление курортом на озере как бы гарантировало, что я получу свою справедливую долю внимания. Особенно в весенние и летние месяцы, когда большинство разгуливало в бикини и потертых джинсовых шортах, умоляя, чтобы их заметили. Тем не менее, я ни за что на свете не мог вспомнить, чтобы женщина так увлекала меня, что мой мозг отказывался мыслить здраво. В этой девушке было что-то такое, что застало меня врасплох, ее присутствие практически гипнотизировало меня.

В искренней попытке разрушить чары, под которыми она меня держала, я взглянул вниз на то место, которое старался игнорировать. Маккенна прижала холодную банку к пятке, как будто хотела успокоить ноющую боль. Рядом с ней стояла пара сандалий, и это заставило меня задуматься, не наступила ли она на что-нибудь по дороге сюда. Хотя это мог быть и нервный жест, но, кроме первых нескольких секунд нашей встречи, я не заметил в ней нервозности.

— Ты в порядке? — спросил я, указывая на ее ногу.

Маккенна опустила подбородок, чтобы посмотреть, о чем я говорю, как будто не осознавала своих действий.

— О, да… Наверное, загнала занозу, когда попыталась встать.

Не раздумывая ни секунды, я наклонился вперед и обхватил пальцами лодыжку девушки. Я ожидал, что она начнет сопротивляться, но после малейшего колебания Маккенна позволила мне положить ее ногу себе на колени. Солнце быстро садилось, так что если и была хоть какая-то надежда не только найти занозу, но и удалить ее, то мне нужно было поторопиться.

Это означало, что я должен был перестать пялиться на нее.

Используя свет мобильного телефона и карманный нож, который я повсюду носил с собой, мне удалось найти щепку дерева, застрявшую в ее пятке, и без особых усилий вытащить ее. С одной стороны, я был доволен собой за то, что удалил то, что причинило ей физическую боль. С другой, был разочарован тем, что сделал это так быстро. Я не был готов перестать прикасаться к девушке.

Поэтому не отпустил ее ногу.

Как будто у моих рук был свой собственный разум, я начал массировать ее стопу большими пальцами, что вызвало тихий, приглушенный стон Маккенны. Я поднял взгляд, и при виде ее мое дыхание остановилось. Девушка невинно втянула пухлую нижнюю губу в рот, ее глаза потемнели, красный шарф смущения снова появился на ее шее. Это был самый непреднамеренно эротический момент, который я когда-либо видел.

Меня охватило странное чувство дежавю. Оно сформировалось не мягко или медленно, а обрушилось на меня, как сердитая волна, угрожая утопить. Удушающая. Я каким-то образом знал эту девушку. Как будто часть моей души помнила ее. Это было самое странное чувство, которое я когда-либо испытывал, и оно заставило меня замереть.

Ее плечи поднялись, грудь вздымалась, но Маккенна не убрала ногу. Затем резкий, торопливый выдох сорвался с ее губ. Она опустила взгляд к центру моей груди, прежде чем посмотреть на озеро. Но лишь на мгновение. Как только ее глаза снова встретились с моими, мой пульс ускорился, пока я не почувствовал его в каждой клеточке моего тела. Моя шея гудела. Даже кончики пальцев танцевали в такт ускоренному ритму моего сердцебиения.

— Спасибо. — Никогда еще произнесенное шепотом слово не несло в себе такого желания.

Я прекратил массаж, хотя и не отпустил ее ступню. Держал, положив на бедро, и слегка поглаживал кончиками пальцев. Это было непроизвольное движение, как будто я просто не мог остановиться. Никогда в жизни не чувствовал такого желания быть рядом с другим человеком. Думаю, это просто еще одно дополнение к моему растущему списку путаницы.

— За что?

Девушка прищурила глаза, за чем последовала тщательно скрываемая усмешка.

— За то, что вытащил занозу.

— О, да… это. Что ж, всегда пожалуйста. Если у тебя есть какие-нибудь другие хирургические потребности, не стесняйся, обращайся ко мне.

Маккенна рассмеялся, и мгновенно воздух вокруг нас стал разреженным. Как будто нас неосознанно окутал густой туман, который исчез без предупреждения. Дышать стало легче, и, судя по тихому вздоху, последовавшему за ее тихим хихиканьем, я предположил, что девушка тоже это почувствовала.

Она указала на вышитую ворону спереди на моей рубашке, над и под которой вышиты слова «Курорт «Черная птица».