Страстный Мажор (СИ) - Рид Юлия - Страница 40

Неожиданно открывается дверь, и я вижу Кирилла, а за ним идет и Алекс! Мечты сбываются?! Мне нужно было их спасение, как голодному — еда.

Алекс кинулся ко мне, и начал развязывать узлы на моих ногах и руках, второй головорез знатно меня замотал. Кир в это время сторожил вход в помещение. Алекс попытался отодрать скотч от моего рта, но удалось у него это не сразу.

— Бог ты мой! — выдохнула от облегчения, — Наконец-то вы спасли меня, — по моим щекам текли слезы, — Алекс, Кир, спасибо вам!

Алекс протягивает мне свою биту, и я сразу же беру ее. Черт возьми, так вот что там за звуки были…

— Не время для благодарностей, пора убираться отсюда, — говорит Кир.

— Да, ты прав, — подтверждает Алекс.

Он хватает меня на руки, и мы выходим из комнаты, Кирилл освещает нам путь своим фонариком. Потом Алекс неожиданно останавливается, а я прижимаю щеку к его груди.

— Кир, — окликнул Алекс своего друга, — Там мешочек валяется, захвати.

В моей голове пролетел вопрос, «а что же там за мешочек?» Но он тут же выпорхнул, потому что мне было не до этого. Голова гудела от пережитых потрясений, а мне так хотелось просто обниматься с Алексом. И, чтобы мир вокруг нас просто исчез, хотя бы на какое-то время.

Мы продолжаем идти вперед. Алекс все так же сжимает меня в своих руках. Краем глаза вижу на полу двоих мужчин, которые меня схватили, на Филатове уже другая одежда. Когда он успел переодеться? Хотя, это точно не мое дело. Парни просто переступают через них.

Алекс донес меня до своего джипа и поставил на ноги, а я просто не сдержалась и кинулась в его объятия. Мне просто нужно было успокоиться. И именно этот момент успокоил меня окончательно.

— Кать, садись на переднее. Кирилл, ты же не против? — Алекс оборачивается к другу, который кивает, под светом фонарика от его телефона.

— Без проблем, давайте шевелиться уже, — говорит Кир.

Сажусь на переднее, краем глаза вижу, как парни в багажник кидают биты, и тоже садятся. Алекс заводит мотор и стартует с места. Я глянула в боковое окно, и заметила знакомую машину, это был мой отчим…

Он наверняка к ночи уже регистратору нашел, черт возьми. Алекс вжимает педаль газа в пол и мы моментально выезжаем на дорогу, которую я впервые вижу.

— Какого лешего тут делал мой отец? — рычит Алекс, а меня трясет только от мысли, что мне многое ему нужно рассказать.

— У меня для тебя плохая новость, — обращаюсь к нему, — Но я скажу ее, когда мы уже куда-нибудь приедем.

— Почему? — удивленно спрашивает Алекс.

— Потому что тебе она очень не понравится.

Он тяжело вздыхает, но продолжает вести машину. Я откидываю голову назад и пытаюсь успокоить бешено забившееся сердце. Вроде и легко ему все рассказать, но как он отреагирует? Я всеми руками ПРОТИВ этого брака, ПРОТИВ этого мужика, и ПРОТИВ своей матери. Она перешла за грань. Да и отчим, тот еще козел.

— Я немного устал, вы не против, если мы заедем в ближайший отель переночевать? — спрашивает Алекс.

— Не против. Я и сама не отказалась бы сейчас от душа. Только одежды нет… — повернулась в сторону Алекса.

— Закажем тебе одежду, малышка, не переживай, — улыбается зараза, интересно о чем он там думает.

— Я тоже отдохнуть хочу, мышцы сводит с непривычки, — разносится голос Кира с заднего сиденья, — Давно я битой не махал.

Алекс достает свой телефон и ищет ближайший отель. А моего телефона нет, из-за одного придурка. И еще этот Филатов непонятно откуда появившийся…

Глава 25

Алекс

Столько проблем свалилось на наши головы. Столько всего нужно решить, что я просто теряюсь. Мы сняли два номера в отеле, после того как заказали одежду. Сейчас сидели в одной из комнат отеля втроем, уставшие, выжатые как лимоны.

В моей голове переваривалась информация, которую я совсем недавно приобрел, если можно так сказать. Катя пошла в душ, эта комната на меня зарегистрирована, поэтому не парюсь.

— Покажи тот пакет, помнишь, просил тебя подобрать? — обращаюсь к другу, самого терзают вопросы, сомнения и прочая ерунда.

— Да помню, — он бросает пакет на кофейный столик, возле которого мы сидим на диване в гостиной комнате отеля, — Как думаешь, что там?

Осматриваю этот пакет только взглядом, и только потом беру в руки.

— Не представляю, но возможно там то, о чем можно было бы подумать, если бы ты увидел пакет с белым порошком. Мне кажется, что там явно не порошок для стирки.

В глубине души понимаю, что вскрывать его нельзя.

— Алекс, знаешь, я тут подумал… — начал было говорить друг, а потом резко умолк.

— О чем?

— У моего отца есть друг, которой работает в том самом направлении. Ну… Химик — Криминалист. Он смог бы проверить, что там, чтобы нам не гадать.

А он чертовски прав. Интересно, кому принадлежит этот пакет? Моему отцу, третьему лицу или еще кому-то? Опять вопросы, а я так устал, что готов был вырубиться на месте.

— Думаю, что ты прав.

В этот момент в комнату входит Катя, и я быстро убираю со столика эту дрянь в свой рюкзак. Как мне кажется, она не обратила внимание на это, к лучшему конечно же. Зачем лишний раз беспокоить свою девочку такой ерундой?

Катя уже надела фирменный белый махровый халат от отеля, голова перевязана такого же цвета полотенцем. Внезапно кое-что вспоминаю.

— Так, что ты там хотела рассказать мне? — задаю вопрос, просто потому, что она обещала мне ответы.

Она садится рядом со мной, одними глазами Киру намекаю, что ему пора идти в свой номер. Нам надо наедине говорить, знаю свою девочку уже как пять пальцев.

— Пожалуй, мне пора, — встает Кир, мы пожимаем друг другу руки, и он выходит.

— Ну и… — начинаю, хочу услышать, что она скажет.

— Меня хотели насильно выдать замуж.

— Что?!

— За какого-то Филатова, у которого какие-то делишки с твоим отцом.

Чуть опять не спросил «что?!», но сдержался, решил послушать, что она скажет.

— Меня притащили туда, утром уже хотели расписать. Я видела машину твоего отца, когда мы отъехали, наверное он регистраторшу из ЗАГСа привез.

В шоке смотрю на нее, и не представляю, как такая миниатюрная девочка выдержала все это дерьмо, которое творится в голове моего отца. А куда ее мать смотрела вообще?!

— А мама твоя…

— Алекс, не поверишь, но она и была основной затейницей этого злосчастного брака, — говорит Катя, потирая переносицу.

Видимо у нее так же болит голова, как и у меня. А меня бесит сама мысль о том, что мою девочку хотели кому-то отдать. И неизвестно отдать ли… Или же там были другие мотивы, неподвластные моему пониманию.

— Какого черта вообще творится в их головах? — спрашиваю сам себя вслух.

И ведь действительно, их не понять. Для чего все это им понадобилось? Какую цель они преследуют? Корыстную или иную? Могу долго гадать, но придется однажды все выяснить, только не сегодня, не сейчас, когда моя блонди настолько близко ко мне сидит.

Прижимаю ее к себе, она склоняет голову к моему плечу, вдыхает мой запах. Мне нравится находиться к ней так близко, ничего не могу с собой поделать. Можно сказать, что она мое «солнце», а я ее «небо».

— Знаешь, — начала моя блонди, — Я так устала от всех этих родительских загонов…

— Потерпи немного, в скором времени я решу эту проблему.

— Но, как? — резко поднимает голову, и впивается в меня своими глазками.

— Позже узнаешь, это секрет.

Знаю, что сам задумал, но ей знать это не нужно. Сначала сам во всем разберусь, а дальше видно будет.

— И в кого ты такой вредный? — ухмыляется Катя.

— Сам в себя, — целую ее в висок, а она подставляет мне свои губы.

Нежно чмокаю, и отодвигаюсь. Она уставилась на меня ничего не понимающим взглядом. Мне нравится этот взгляд. Он дает некую власть над ней, но я не стану ею упиваться.

— Не сегодня. Сначала исполню то, что задумал, а дальше будет видно. Иди ложись спать, а я к Киру схожу. Мы с ним еще не договорили.