Небесная танцовщица и капитан (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 51

В кают-компании сразу сделалось тесно.

Блоб задержался, повернулся и попытался что-то сказать, но получил хороший тычок железной рукой и после этого вкатился внутрь, споткнулся и присоединился к куче-мале на полу.

– Осторожно! – страдальчески прокричал Пулкинс. – Блоб, вы отдавили мне ухо. Уберите ботинок. Дайте встать, идиот!

Теперь в дверях застыли три голема; к Зет-двадцать один присоединились еще двое. Это они привели под конвоем пленников.

– Они сошли с ума! – выл Шнаппс. – Вы и ваша компания мне за это ответите, Блоб! Я вас засужу!

– Пустите! Я поговорю с ними! – Элли опомнилась, перескочила дрыгающуюся ногу первого помощника и подлетела к дверям. Но капитан заслонил ее спиной, встав на пути между големами и другими людьми.

Големы постояли немного, светя глазами. А потом один за другим ушли.

Ларсен дернул ручку. Дверь приоткрылась, но стоило ему выглянуть наружу, как железная рука захлопнула дверь с той стороны.

Жест был более чем красноречивым. Из каюты выйти никому не дадут.

Капитан невозмутимо повернулся и коротко приказал:

– Блоб, прекратить карабкаться на первого помощника! Пулкинс, Легран, встать!

Мужчины, наконец, распутали узел из рук-ног и поднялись.

В каюте царил галдеж. Все пленники пытались говорить и жаловаться одновременно.

– Молчать! – приказал капитан. – Пулкинс, доложите обстановку. Что произошло?

Пулкинс одернул мундир, морщась, потрогал красное ухо и принялся докладывать.

– Я взял на мостике пачку перфокарт для нового вида работ. Подошел к големам на галерее и заменил перфокарты. Велел им идти со мной в трюм. Со мной шел Бумброк. Он подавал дополнительные команды свистком. Сначала все было нормально. Но потом они остановились и погнали нас обратно. Бумброку чуть не сломали руку, а мне нос.

– Они пытались причинить вам вред намеренно?

– Да нет, вообще-то, – сказал Бумброк виновато. – Они нас это... пихали в спину. Мягенько так. Мы пытались дать им сдачи и маленько о них ушиблись.

– Умное решение – драться с железом, – заметил капитан сухо. – Какие перфокарты вы использовали, Пулкинс?

– Из стандартного судового набора, – пожал тот плечами.

Дверь опять открылась, в каюту впихнули матроса Луца и шеф-кока Матильду. Матильда ухватилась руками за косяк, уперлась ногами, и големам пришлось приложить немало усилий, чтобы заставить ее оказаться внутри.

Элли ошарашенно отметила, что железные люди при этом двигались непреклонно, но соблюдая обычные правила обращения с людьми – старались не причинять им вреда. А ведь одного взмаха железной руки хватило бы, чтобы снести шеф-коку голову.

– Големы!.. – начал Луц, дико вращая глазами.

– Взбунтовались, мы уже знаем, – прервал его капитан. – Что происходит на судне, Луц?

– Они перекрыли выходы на нижние палубы. Собирают команду и пассажиров первого класса, разводят по каютам и запирают. Мы пленники!

– Кто-то пострадал?

– Не могу знать. Связи с нижними палубами нет. Здесь вроде все целы. С големами спорить себе дороже.

– Пять железяк пленили триста человек! – завопил Шнаппс. – Уму непостижимо!

– Тихо! Отставить панику. Луц, кто на мостике?

– Никого. Штурманов и вахтенных увели и где-то заперли.

Капитан подошел к трубке внутренней связи, снял ее, дернул за рычаг, послушал, повесил трубку обратно.

– Связи нет. Мы имеем дело с масштабной диверсией, – спокойно объявил он.

– Это еще не все... – вздохнул Луц.

– Докладывайте.

– К нам подлетают два аэростата. Черные, без опознавательных знаков.

– Ожидаемо. Пожаловали организаторы диверсии.

– Пираты? – ахнул Шнаппс.

– Пираты.

Как только прозвучало это слово, в каюте опять поднялся гвалт, но капитан рявкнул:

– Всем молчать!

И добавил спокойнее:

– Ситуация непростая, но не безнадежная. Сейчас наша задача – выбраться из кают-компании и попасть на мостик.

– Но как?! – вскричал первый помощник. – Големы не дадут нам выйти!

– Они всего лишь механизмы. Подчиняются командам. Значит, есть способ их обмануть, отвлечь. Мы это сделаем.

– Эвклид, дай мне поговорить с ними, – потребовала Элли. – Я раньше имела дело с големами. Я их понимаю! У меня получится. Я выйду к ним в коридор.

Она бросилась к двери, но капитан мягко удержал ее.

– Даже не думай. В коридор ты не пойдешь.

– Големы не могут причинить вреда людям!

– Мы не знаем, какой приказ они получили от пиратов. Видишь же – их даже невозможно отключить. Элли, назад!

– Интересно, а как они получили этот приказ? – задумчиво спросил Бумброк. – Им же вроде в затылок надо эту вставлять... как ее... штуку с дырками? Перфокарту?

– Именно так. На судне имеется стандартный набор перфокарт для разного вида работ. Очевидно, перфокарты подменили. Вопрос: кто и как это сделал? Перфокарты хранились в запертом сейфе в командном отсеке. Ключ есть только у меня и помощников. Выходит, на судне действует сообщник пиратов.

Он замолчал и выпрямился, сразу как будто став выше ростом. Цепко оглядел притихших людей, и не все смогли выдержать его взгляд.

Когда тишина стала невыносимой, Элли заговорила:

– Эвклид, я должна кое-что рассказать. Прости, не сделала этого сразу. Но я не придала этому случаю внимания, а потом забыла.

– Что рассказать? Она сообщница пиратов! Подруга Химераса, не иначе! – ахнул Шнаппс.

По лицу капитана пробежала тень.

– Что такое, Элли?

Она замотала головой.

– Никакая я не сообщница! Вот еще вздор! Но вчера я убирала в салоне. И вот что нашла.

Она рассказала про найденные в цветочном горшке круглые бумажки, что остаются после пробивки перфокарт. И показала: бумажки так и лежали в кармане передника.

Все слушали ее внимательно.

Когда она закончила, капитан заключил:

– Сообщник пиратов пронес на судно чистые перфокарты. И приготовил новые уже тут, с учетом карты помещений и ситуации.

– У кого есть машинка для пробивки? – спросила Элли.

– На судне ее нет. Нам выдают в конторе готовые перфокарты.

– У вас есть такая машинка? – спросила она Блоба. – Я видела у вас арифмометр.

– Нет у меня такой машинки! Я тоже использую стандартные карты! – вскричал он. – Не надо обвинять меня в диверсии. Я пострадаю от нападения больше всех. Совет директоров повесит меня на рее! Или четвертует.

– А у вас, Буффорд? – спросил капитан, вперяя тяжелый взгляд в укротителя, который забился в углу и глазел в иллюминатор. – Вы как-то упомянули, что везете перфокарты для подопечного груза.

Буффорд вздрогнул, повернулся и ответил со злым ехидством:

– Машинки нет. Перфокарты я вез чистые. Вчера они пропали из моей каюты. Кто-то вломился ко мне и украл папку с документами. Я же приходил к вам на мостик, помните? Но вы меня не пожелали слушать и выставили взашей!

– А у меня сегодня утром свистнули свисток, которым я отдавал команды големам, – убитым голосом присовокупил Бумброк. – Я думал, парни подшутили. Но у меня был запасной, поэтому я того... не стал докладывать.

– Ясно. Диверсант действовал по обстоятельствам. И действовал очень ловко. Использовал каждую возможность. Наверное, машинка была у него своя. Но только один человек мог подменить перфокарты. Пулкинс, потрудитесь дать объяснения.

– Пулкинс?! – ошарашенно вымолвил первый помощник Легран. – Как Пулкинс? Почему Пулкинс?

– Потому что я перфокарты не трогал, – разъяснил капитан с каменным лицом. – Вы? Вряд ли. Вы были целый день у меня перед глазами. Вчера несли вахту в другом месте, на мостик не заходили. Конечно, могли провернуть подмену раньше. Но Пулкинсу было удобнее всего. Он использовал поддельные перфокарты сегодня, когда занялся големами. Сразу же после того, как я решил не останавливаться на Скаррене. Вопреки горячему желанию Пулкинса. Пираты вывели судно из строя, чтобы заманить нас в ловушку. Когда это не удалось, им пришлось действовать иначе.