(не) девственница для дракона (СИ) - Люта Мария - Страница 68

Я старалась хоть наполовину улавливать смысл слов Феликса, но вскоре бросила эту затею: с каждой секундой стабилизировать магические потоки становилось все сложнее. Я уже не видела ничего вокруг, лишь тысячи энергетических каналов стояли у меня перед глазами, пульсируя и время от времени вспыхивая, как протуберанцы солнца. Вскоре распределять силу Арденса стало невозможно, и я ступила вперед и взяла принца за руку, ведь целительская магия гораздо легче дается при тактическом контакте, да и без дополнительной опоры я бы вряд ли устояла на ногах.

Феликс быстро понял, что к чему, и вскоре я почувствовала, что мы развернулись, и он повел меня подальше на площадку, скрываясь от глаз репорторов и магов-бродкастов. Я лишь ухмыльнулась про себя: какая интересная мы пара — я поддерживаю его жизнь, а он поддерживает меня. И это была последняя мысль, перед тем, как меня накрыла темнота.

— Я понимаю взволнованность моих родных, но смею заверить, что я цел и невредим, нахожусь в Загорье по собственной воле и… по велению своего сердца…

Феликс говорил кратко и, казалось, совершенно беззаботно и неспешно. Создавалось впечатление, что все время мира у него в кармане.

— То, что нужно, — напряженно прокомментировал Дарк. — И если мы будущему королю Араты еще и невесту из Загорья подберем, то будет вообще превосходно… Проклятый Урх!

Дарк не сдержал ругательства, а Арденс лишь зашипел сквозь стиснутые зубы, когда Анна, слегка покачнувшись, взяла принца за руку. В это время Феликс как раз говорил, что он лишь "мужчина, в которого разум умолкает, когда говорят чувства…"

Снизу тут же заблестели вспышки фотоаппаратов. Арденс и Дарк бросились к девушке и принцу, но в последнее мгновенье Дарку пришлось удержать своего друга, чтобы тот не зашел за черту досягаемости фотографов.

Главнокомандующий до боли сжал кулаки: умом он понимал, что Дарк прав и им нельзя попасть в объективы… Но Анна вот-вот грохнется на землю! Пришлось призвать всю свою выдержку, чтобы позволить паре самостоятельно доковылять к средине площадки. И вправду, со стороны они выглядели, как пара влюбленных, что не могут оторваться друг от друга… Перешагнув же невидимую черту, Анна с Феликсом рухнули, как подкошенные. Но Арденс и Дарк не зевали и вовремя подхватили бессознательные тела.

Весь путь к нижнему ярусу крепости Арденс прислушивался к дыханию девочки, уже проклиная себя за то, что одобрил ее план. Сейчас он бы скорее согласился на полномасштабную войну, настолько ему тяжело было держать это безвольное, такое легкое и хрупкое тело… Однако, прислушавшись уже в десятый, наверное, раз, Главнокомандующий убедился, что дыхание Анны ровное и сильное, будто она просто спала. Похоже, ей нужно лишь хорошенько отдохнуть…

— Драк Всемогущий, а это что такое!?

У входа в общий зал, где базировался пограничный отряд, сейчас теснилось две дюжины журналистов. Арденс резко сделал шаг назад, в темноту тоннеля, при этом едва не сбив с ног Дарка. Но опоздал: пару репортеров все же успели сделать несколько снимков. Страшно представить, какие заголовки завтра будут в прессе, ведь точно навоображают не пойми что о нем, Анне и Феликсе.

Помянув лысого лешего, Главнокомандующий Загорья сотворил еще одни воздушные ноши, наподобие таких, на которых парил Феликс. Бережно положил на них Анну и скомандовал Дарку: "Ни на шаг от них!". Сам же вернулся к двум пограничникам, с трудом удерживающих толпу журналистов, что пробралась внутрь Драковой крепости. Арденсу хотелось вовсе без слов вымести их наружу каким-то неопасным, но мощным заклинанием, но он сдержался и холодно произнес:

— Комментариев не будет.

— Вы подтверждаете, что это мистрес Анна Чаус!?

— Она возлюбленная принца Феликса или ваша?

— Это за ней принц Феликс последовал в Загорье?

— Как теперь обстоят дела с Отбором, вы все еще планируете жениться на победительнице?

Арденс раздраженно выдохнул и слегка отпустил свою ауру силы, позволив ей с каждым словом сильнее давить на окружающих:

— Феликс жив и здоров, он мой гость. Относительно прочего комментариев не будет.

В этот раз журналисты вняли словам Главнокомандующего незамедлительно и дружно ринулись к выходу из крепости.

Вот, так бы сразу. Иногда воины пера здорово досаждали Арденсу, но и без них ведь никак нельзя.

Дракон же повернулся к своим солдатам:

— Где, ради Великого Ода, остальной отряд?

Два пограничника, вздохнувшие было с облегчением, снова вытянулись по струнке:

— Разрешите доложить!

— Разрешаю, — сдерживать раздражение становилось все тяжелее. Нужно срочно выслушать доклады о реакции соседних стран на явление Феликса, и Анна в непонятном состоянии, а эти двое лишними разговорами убивают такое бесценное сейчас время.

— Полчаса назад поступила информация, что на нашу территорию проникли лазутчики из Араты. По распоряжению командира весь отряд выдвинулся проводить их задержание.

— Ясно. По возвращению, лазутчиков вместе с командиром — в мой штаб.

— Есть, лорд Главнокомандующий! А… Эм, а где ваш штаб?

Арденс оглянулся по сторонам и неопределенно махнул рукой в сторону лагеря выпускников:

— В одном из тех шатров.

Я открыла глаза и оглянулась, не понимая, где нахожусь. Высокие тканевые стены, походная печь, переносная кушетка… Должно быть, я в целительском шатре. Рядом спал Феликс. Да, именно спал. Преждевременное пробуждение с последующей прогонкой невероятного количества силы ускорили процесс восстановления всех связей в его организме, и в заклятье "Сердце на двоих" больше не было надобности. Однако не удивлюсь, если продрыхнет он еще несколько суток…

Возле печки дремал Кит, но стоило мне пошевелиться, как парень тут же вскочил с места:

— Анна! Ты как?

— Нормально. Какие новости?

— Ну вы там и устроили! Я едва отбился от репортеров, когда они прознали, что я твой родственник. И…

— Дария и Марморот отвели войска? И карагары? А Арата?

Кит встряхнул головой:

— Вроде бы, но не все.

— Как не все, в смысле?

- Дария и Марморот начали отвод войск. Остальные — пока неясно. Штаб Главнокомандующего здесь рядом… Там постоянно какие-то генералы и полковники появляются… А еще вот то ли шпионов, то ли пленных привели из Араты. Говорят, один из них из Академии.

— Моей!? Кто это?

Кит сдвинул плечами:

— Не имею представления. Но если это шпионы, то их казнят…

Что!? Я стрелой понеслась к выходу.

В центре лагеря горел большой костер, возле которого, казалось, собрались все спудеи, что-то жуя и увлеченно обсуждая. Штаб Главнокомандующего вычислить не составило труда: это был самый большой ярко освещенный шатер с часовыми у входа. Я, не обращая внимания на заинтересованные взгляды сокурсников, прошла прямо к нему.

Честно говоря, я была уверенна, что меня не пустят внутрь. Но охрана лишь взглянув на меня, дружно расступилась в стороны. Да уж, похоже, теперь как минимум пять государств знают меня в лицо…

В центре шатра располагался стол, возле которого собралось какое-то командование, я не могла сказать сходу, какого ранга. Арденс и Дарк стояли впереди, скрывая от меня еще двоих человек. Наверное, то и были лазутчики.

Как только я вошла, все присутствующие повернули головы ко мне. Арденс осмотрел меня с ног до головы, словно проверяя, все ли конечности у меня на месте. Я опасалась, что он отошлет меня прочь, но нет: мужчина жестом подозвал к себе. Остальные тоже не возражали и не выказывали удивления моему присутствию.

— Леди Анна! Рад, что вам лучше, — Арденс тайком взял меня за руку, и стиснул ободряюще. — Вы очень вовремя. Наши доблестные пограничники выловили двоих беженцев из Араты. Дезертиров из штрафного батальона. С одним из них я знаком лично, — потом Арденс понизил голос и снова сжал мою конечность. — Это Бовем, Анна, — потом же он снова заговорил громче, а у меня пульс застучал в висках: Бовем!? — Он уверяет, что за второго ты тоже сможешь поручиться. Если это так, и он также жертва режима Герштандта, а не беглый узник из крепости Висельников, приговоренный к смерти, то мы, возможно, его помилуем. Что-либо еще они говорить отказываются. Но мы пока и не спрашивали настойчиво. Взгяните.