Иллюзии (СИ) - Солоницкая Маргарита - Страница 38

— Нет, нет, ну, не надо, — слезы ручьем полились из глаз Полины.

— Прости, но я должен это знать, — виновато произнес отец. И Полину стремительно окутала Тьма. Она сразу же закричала. Как кричала тогда, срывая голос на хрип. Мое сердце сжалось от боли, но я ничем не могла помочь ей.

— Оставь ее! — раздался окрик Эвелины.

— За что ты так со мной? — простонала Полина, спрятав лицо в ладонях.

— Все, все закончилось, — мама Полины снова попыталась утешить рыдающую дочь.

— Прости, мне необходимо было это знать, — едва слышно произнес отец.

— Узнал, — раздался злой голос Арины. — Мало девочка пережила, так ты еще решил добавить?

— Я не хотел делать ей больно, — сухо отозвался папа.

— Убирайся! — зашипела Арина. А отец Полины, стремительно оказался рядом с дочерью, подхватил ее на руки и понес в дом.

— Прости, — только и смог прошептать ей вслед папа. А потом он заметил меня и устало вздохнул.

— Зачем ты это сделал? Зачем? — я не замечала, как из собственных глаз бегут непрошеные слезы. — Зачем, ты читая ее память, заставил все переживать заново?

— Потому что я должен знать, что произошло, — ответил отец. — Ты бы мне этого не рассказала.

— У брата своего бы спросил, — зло бросила я. — Это по его милости все так и произошло. А я еще больше скажу. Он пытался очаровать ее, но не получилось. И знаешь, что он сказал тогда? Знаешь?

— Не знаю, — в глазах отца вспыхнула Тьма.

— Егор сказал, что Полина любит тебя, но всего лишь лакомый кусочек, — выдала я, наблюдая за тем, как отец стремительно побледнел. — Это так? Она для тебя всего лишь пища? Отвечай.

— Нет! — зарычал отец. — И не смей мне говорить подобное. Сама ведь без всякого зазрения совести питалась от Полины. И можешь даже не отрицать. Я все это прекрасно увидел.

— А я не собираюсь отрицать, — упрямо махнула я головой. — Вот только боли я ей не причиняла.

— Я тоже не причиню ей боли, — скрипнул зубами отец.

— А сейчас это что было? — ехидно поинтересовалась я, смахивая слезы с лица.

— Мне нужно было знать, — устало вздохнул отец.

— Узнал? — не унималась я. — А теперь уходи.

— Ты когда вернешься домой? — спросил отец, открывая портал.

— Не знаю, — резко ответила я, отвернулась и пошла к дому.

— Даша, постой, — попытался остановить меня Андрей.

— Не до тебя сейчас, — отмахнулась я от него.

— Я знаю, в какую комнату отнесли Полину, и провожу туда, — предложил демон и я согласилась.

Шли мы недолго, правда, пришлось подниматься на третий этаж. В большом и просторном коридоре было несколько дверей. И если бы не Андрей, я бы принялась открывать каждую. А он всего лишь указал на одну дверь и сообщил, что это будет моей комнатой и повел меня в соседнюю. Я сразу же услышала взволнованный голос мамы Полины, которая пыталась привести дочь в чувства.

— Ну, очнись, Линочка моя, пожалуйста.

— Сергей, выйди! — неожиданно приказала Арина.

— Какого хрена я должен выходить, когда моей дочери плохо? — рык спокойного до этого отца Полины заставил вздрогнуть и отпрянуть от двери.

— Сергей, — устало попросила Арина, — пожалуйста, выйди. Полина сейчас очнется и нам обязательно нужно выяснить, что с ней произошло. Предполагаю, что при тебе она вообще ничего не расскажет.

— Почему это моя дочь мне ничего не расскажет? — раздался новый рык демона.

— Тебе Эвелина много рассказала из того, что произошло с ней? — спросила Арина и Эвелина на этих словах всхлипнула. — То есть, — голос мужчины дрогнул, — ты думаешь, что…

— Я предполагаю, — сухо поправила его Арина. — Поэтому и прошу выйти. И скажи этой суккубе, чтобы она зашла. Думаю, она как раз сможет нам рассказать много чего интересного.

«Вот ведь», — мысленно выругалась я. Судя по всему, меня сейчас ожидает допрос с пристрастием.

Глава 33. Расспросы и признания

Отец Полины вышел из комнаты и, посмотрев на меня, вздохнул. Потом ласково потрепал по плечу и произнес странную фразу, от которой у меня волосы встали дыбом:

— Держись. Пытку двойным огнем еще никто не выдерживал.

— Мама, — пискнула я и попыталась ретироваться. Но кто бы мне дал. Из-за двери высунулась женская рука, цапнула меня за шиворот и затащила в комнату.

— Ну и чего стоишь там, подслушиваешь? — строго спросила Арина, уставившись на меня пронзительными синими глазами. А я внезапно поняла, на кого стала похожа Полина, как только обрела силу. Именно на Арину. И видимо, после произошедшего, у нее будет точно такой же характер.

— Я просто хотела проведать Полину, — тихо произнесла я, ища глазами подругу. Как оказалось, ее уложили на большую кровать. И она все еще не пришла в себя.

— Рассказывай, что случилось с нашей девочкой! — приказала Арина.

— Рассказывай, — кивком подтвердила Эвелина.

— Ну, — протянула я и попыталась вывернуться. — Это не моя тайна и я не в праве ее рассказывать, особенно без разрешения самой Полины.

— Деточка, не играй с нами в игры, — нахмурилась Арина. — Еще не доросла.

— Нет, — упрямо вздернула подбородок. — Я и отцу этого не рассказала.

— А нам сейчас все расскажешь, — не согласилась со мной Арина. — И, тем более что связывает Полину с твоим отцом.

— Вот этого я и сама не знаю, могу только догадываться, — нахмурилась я, пытаясь понять, по какой причине отец поделился Тьмой с подругой.

Эвелина бросила быстрый взгляд на меня и что-то зашептала на ухо Арине. Та удивленно уставилась на нее и неверяще моргнула. Из их пантомимы ничего не поняла. И какая-то догадка мелькнула в голове, но тут же скрылась, махнув хвостом.

— Ничего себе, — тем временем ахнула Арина.

— Сама в шоке, — отозвалась Эвелина.

— Он теперь не отстанет, — вздохнула Арина, а Эвелина согласно кивнула. Потом обе снова посмотрели на меня.

— Что такое? — невинно хлопнула я ресницами.

— Рассказывай, что у вас произошло? — теперь мне приказала Эвелина, точно копируя голосом мать.

— Нет, — повторила я.

— Если ты не расскажешь, я попрошу тебя покинуть наш дом, — пригрозила Арина.

— Почему это? — нагло уставилась на нее.

— Потому что своим упорством не поможешь Полине. И только одним своим видом будешь напоминать о произошедшем.

— Отстаньте от нее, — раздался хриплый голос со стороны кровати.

— Полина, — Эвелина тут же кинулась к дочери.

— Все нормально со мной, — все так же хрипло произнесла Полина и поморщилась, когда Эвелина особо крепко ее прижала к себе.

— Да где же нормально? — всплеснула руками Арина. — При нормальном самочувствии в истерику не впадают и в обморок не падают.

— Все со мной нормально, — повторила Полина и попросила воды. Это хоть на немного отвлекло Арину.

— Полина, — прошептала я и виновата посмотрела на подругу. Ведь это я была причиной всему.

— Ты ни в чем не виновата, — одними губами произнесла Полина. Ответить я не смогла.

— Полина, что с тобой произошло? — Арина принесла воды и протянула Полине.

— Ну зачем вам это знать? — вздохнула Полина.

— Чтобы помочь тебе? — Эвелина успокаивающе погладила дочь по руке.

— А чем вы мне сможете помочь, после того, как меня ментально изнасиловал инкуб? — резко выдала Полина и замолчала, отвернувшись. Ее взгляд не выражал никаких эмоций и был устремлен куда-то вдаль, словно сквозь стены.

— Что? — ахнула Эвелина.

— Да твою же мать! — выругалась Арина.

Я просто промолчала. Мне, словно тисками сжало горло от признания Полины. Вот так просто взять и сказать: «Меня изнасиловали. Отстаньте, потому что помочь ничем не можете». Я бы не смогла. Такими резкими и колючими словами. Не смогла бы такое сказать самому близкому и родному человеку, маме. Хотя, что я знаю о материнской любви? Ничего. Абсолютно ничего. Собственной родительнице я нужна не была. От слова никогда. Да и знала я о ней только с сухих и редких слов отца. И вот ему-то я точно никогда не призналась бы в подобном.