Попытка номер два (СИ) - Жулинская Лана - Страница 14

— Я, но не думайте, что можете расслабиться. Спрашивать буду, как положено.

— Да ладно вам, Даниил Андреевич, — вставил кто-то из парней, — сами же ещё студент — неужто не пожалеете?

— И детьми мы все когда-то были, так что же — мне вам сопли подтирать? — риторически ответил молодой специалист. — А сейчас перейдём к предмету. Через пару занятий экзамен — советую готовиться.

Материал подавал Даниил отлично: доступно, со знанием основ экономики, в материале не терялся, но некоторые всё-таки позволили себе расслабиться.

Юрка некоторое время конспектировал лекцию, но потом провоцировал на разговор соседку.

Когда Воронцов чертил на доске графики, Татьяна односложно отвечала другу.

— Так, группа, я что-то не понял! Вы чего это расслабились? Всё знаете? — не выдержал Даня. — Советую опустить немного планку своих возможностей — не дотягиваете вы ещё.

— Это вы нас пытаетесь унизить? — провоцировал одногруппник с переднего стола.

— Это я пытаюсь дать вам знания, а некоторые наглым образом игнорируют меня.

— Ну, в самом деле, Даниил, может…

— Андреевич! Попрошу не забывать!

— Даниил Андреевич, может, отдохнём немного?

— После экзамена отдохнёте, а сейчас работаем.

— Староста, дайте пример группе — перестаньте шушукаться.

Залившись краской от смущения и негодования одновременно, Литвинова опустила голову.

Несколько раз Стрельцов пытался всё же заговорить с ней, но получал в ответ лишь отрицательное мотание головой. Обречённо вздыхая, парень лишь поглядывал на одногруппницу.

— Юноша, — абстрактно обратился Воронцов. Когда Юрий посмотрел на него, как и многие, преподаватель продолжил: — Вас надо персонально просить включиться в работу?

— А в чем дело? Мы молчим.

— Вот ещё перестаньте пялиться в вырез старосты.

Метнув молнию в сторону Ворона, Таня увидела, что его глаза так же пылают.

— Пересядьте на другое место, и мы продолжим, — велел он студенту.

— Можно выйти? — спросила Литвинова.

— К доске? — вспыхнули искорки в глазах молодого человека.

— Почему к доске? — не поняла девушка.

— Ну, пары же у вас нет, а сейчас будет работа в парах. Вы сможете заработать себе балл, работая у доски. Прошу, — улыбнувшись, пригласил выйти старосту.

Быстрым движением дёрнув юбку и поправив пиджак, девчонка подошла к практиканту и вырвала из рук листок из заданием.

— Не спешите, прочтите внимательно, — спокойно рекомендовал Воронцов, раздавая задания остальным.

— Вспомните всё, что знаете, — шаги стали приближаться к Тане. — А если что-то забыли, так я могу напомнить.

Последнюю фразу он сказал тише, стоя у неё за спиной. Дыхание шевелило её волосы, скрытый смысл дошёл до девушки, и мурашки побежали по её телу, выдавая её с лихвой.

Злясь на себя, на него, на невозможность ответить достойно, она сверкнула взглядом и буркнула:

— Сама справлюсь.

— Значит, вы всё помните? — продолжал сыпать двузначными фразами.

— Скорее, всё знаю! — прищурив глаза, ответила Таня. — Извините, но вы меня отвлекаете.

…С заданием Литвинова справилась, за что получила заслуженные баллы к экзамену.

- Староста, не спешите уходить, назовёте мне отсутствующих, — громко перекрикивая звонок, оповещающий конец пары, попросил преподаватель-практикант.

— Тань, тебя подождать? — спросила София.

— Да.

Но брат бросил на сестру красноречивый взгляд, и она предложила:

— Мы за дверью подождём, — добавив на выходе, — боюсь, что молнии, которые сейчас будут здесь летать, зацепят и нас.

— Сегодня не было Новикова, но он болеет, и Светлова — этот первый день отсутствует.

— Спасибо.

— До свидания.

— Подожди.

— Что ещё? — она ещё была зла на него, но волнение тоже присутствовало.

— Извини, если обидел сегодня.

— Вы поставили меня в неловкое положение, — сложив руки на груди, призналась Литвинова, придерживаясь субординации.

— Я не виноват, что этот малолетка слюни пускал в твоё декольте, — отшвырнув ручку, рявкнул Ворон.

— Это было непедагогично перед всей группой указывать на то, кто куда слюни пускал, — шипела в ответ девушка.

— Скажи ещё, что тебя это устраивало!

— Не собираюсь оправдываться, было бы перед кем, — фыркнула она.

Взгляды скрестились, его выпад, но Даня молчал.

"Странно, мне показалось или всё-таки я увидела в его глазах боль?" — не отводя взора, думала Татьяна.

— Можешь идти, — тихо сказал Даниил, и, разорвав зрительный контакт, развернулся к столу.

***

Вот такой вот поворотик небольшой)

13 глава

— Девочкиии, — простонала Литвинова, как только они сели на места перед следующей парой. — Ну, почему облажался ОН, а чувствую себя виноватой Я?

— Тань, а что это было? — поинтересовалась София.

— Что именно?

— Ваш диалог у доски. Вы о чём? Что за намёки?

Опустив глаза, староста дёргаными движениями стала поправлять рубашку:

— Какие намёки? Мы о задании говорили.

— Ты ничего не хочешь нам рассказать? — не отставала Воронцова-младшая.

— Нет что рассказывать. Знаешь же брата лучше меня — сам себе на уме.

— Это точно, — задумчиво протянула девчонка. — Но себя он сегодня выдал с потрохами.

— Ты о чём?

— О вспышке ревности — о чём же ещё. Я думала, он собственноручно вышвырнет нашего Стрелка из кабинета.

— Ревность? — хмыкнула Татьяна.

— А ты разве не поняла? С чего бы ещё Дане цепляться к Юрке?

— Мало ли… мешал проводить занятие.

— А о чём вы говорили, когда остались вдвоём? — как бы невзначай Оля вернулась к интересующему вопросу.

— Извинялся.

— Молодец, братишка, не всё потеряно, — улыбнулась подруга. — А ты что?

— А я сказала, что не его дело, кто куда пялится, — подняв подбородок, ответила Литвинова.

— И?

— Что и?

— Дальше что?

— Сказал, что могу идти, — снизав плечами, ответила та.

— Абзац.

— Сонь, ты что-то понимаешь? Потому что мне на секундочку, на крохотную секундочку, показалось, что он обиделся.

— Эх, Танюша, втрескался он в тебя, — улыбнулась Воронцова. — Многозначительные взгляды, вспыльчивость к возможным соперникам, обида, что ты его считаешь никем, — всё это не что иное, как то самое: большое и светлое…

— Ты сама в это веришь? — подняла бровь Татьяна.

— Верю. Кого только не меняла любовь, так почему это мой братец не может пасть жертвой этого чувства?

— Да потому что Ворон и любовь находятся на разных полюсах.

— А ты на каком полюсе? — улыбнулась Князева.

— Между двух огней…

— Кстати, что за смена образа? Вы сегодня так гармонично смотрелись. Мы точно всё знаем? Или, может, вы тайком общаетесь и оговариваете свои наряды?

— Захотелось изменений, вот и надела это, о чем сейчас жалею: как можно было купить такую узкую юбку?

— Зато красиво! А красота, как известно, требует жертв.

— Хочу без жертв и безболезненно.

— Кто ж не хочет? — вздохнула Ольга и перевела разговор в другое русло. — Как думаете, сдадим экзамен по экономике?

— Думаю, да, но выжмет все соки.

— Эй! А как же автомат? — возмутилась староста. — Нам сам Смирнов обещал, а аспирант рискнёт пойти против преподавателя?

— Увидим! Будет упрямиться — отдадим в жертву старосту, — улыбаясь, подмигнула Воронцова-младшая.

— Эй! Я-то при чем?

— А на кого у него глазки загораются?

— Ты серьёзно? На половину университета! Если не больше, — огрызнулась Литвинова.

— Когда это было…

— Несколько дней назад.

— Ой, всё, проехали, — махнула Соня. — Каждый делает ошибки, главное, понять и измениться.

— Смотри, как заговорила! — хмыкнула Ольга.

— Девчонки, а давайте вот так соберёмся на выходных, девичник устроим: перемоем косточки парням, займёмся девчачьими делами…

— А давайте, я за!