Воскресшие (СИ) - Данилова Леонида - Страница 155

Как по мне, для расследования преступлений с участием Чистильщиков нужен специальный следователь-Видящий.

— Разве это имеет значение? — не понимала я. — Он должен оставаться беспристрастным.

— Должен.

— Потребовать сменить следователя нельзя? — уточнил Хел.

Адвокат помотал головой.

— Я пытался обвинить его в предвзятости — не вышло. Причина для претензий недостаточна веская, — с саркастичными нотками пояснил он. — Мне сказали, Твей всегда тщательно занимается своей работой и его недоверие к Чистильщикам никак не скажется на результате расследования.

— Не скажется?! Он уже не желает прислушиваться к нам! — возмутилась.

— Ну почему же? Твей зафиксировал все показания и проверил их. По результатам его проверки, подобное заселение Сущностей в людей ранее не встречалось и нигде не упоминалось, поэтому в виновности Айзела не остается никаких сомнений.

Надеюсь, Марсел и Линус помогут нам доказать обратное.

Твигги угрюмо подпер щеку рукой и обиженно буркнул:

— Дуб.

Мягко он его обозвал. Думается мне, Айз был бы менее лояльным.

— Заплатить ему, я так полагаю, тоже не получится? — деловито поинтересовался дядя.

— Он принципиальный, но мы не на том сосредоточились. Дарес активно копает под Айзела. Уже в Мервен съездил, родителей его отыскал, правда, толку от них никакого не добился, но один из местных забулдыг рассказал ему о Вороне. Сами понимаете о ком речь.

Как тут не понять? Это кличка Лендера в прошлом.

— Да мало ли что наплела какая-то пьянь, — поморщился Хел.

— Это еще не все. Таким образом Твей добрался до его бывших друзей в тюрьме и те подтвердили слова пьяницы. Сказали, что Айзел был бандитом и убил человека. Конечно, дело старое, доказательств никаких, кроме показаний заключенных, но судья может обратить на это внимание. Я буду настаивать, что моего подзащитного оболгали из мести.

Что мешало этим сволочам промолчать?! Покоя не дает, что они за решеткой, а он на свободе? Или до сих пор его ненавидят за смерть Аспида?

— Из мести? — озадаченно взглянула на Эйрена.

— Я велел Лендеру ни в чем не признаваться. Мы немного изменили эту историю из прошлого: в банде Айзел состоял, но покинул ее, когда их главарь пристрастился к постоянным избиениям людей. О дальнейшей судьбе Аспида он понятия не имеет, но уверен, что этого ненормального свои же прихлопнули. И ушел Айзел как раз перед нападением на магазин, из-за которого всех поймали — вот они и злятся, что всей бандой сели, а он живет на воле. Будем настаивать на этой легенде.

— Эта ложь не выйдет нам боком? — спросила, покусывая щеку изнутри.

— Вышла бы, если бы мой клиент обо всем умалчивал, но Лендер поразительно открытый человек. Благодаря его честности я смог все тщательно проверить и подготовиться. Так что это обвинение мы отобьем, не сомневайтесь.

Отлично! Эйрен и вправду профи.

— Поехали дальше, — новости не закончились, — я побывал на месте преступления и лично его изучил. Мне разрешили там осмотреться, но приставили сопровождающего — он наблюдал, чтобы гнусный адвокатишка ничего не подкинул. Я воспользовался возможностью по максимуму, — судя по удовлетворенному голосу, Эйрен доволен собой, — и кое-что сумел найти. Роджар хорошо постарался замести следы, он явно знал, что делал, поганец. Не учел только калитку. Как впрочем, не учли ее и эксперты, — адвокат закатил глаза. — Человеческий фактор, понимаю, но нельзя же быть настолько слепыми!

— Какую калитку? — втроем переспросили мы.

— На заднем дворе, — ослепительно улыбнулся Эйрен. — Я нашел на ней следы крови, и экспертиза уже подтвердила, что они принадлежат Лендеру. Посмотрим, как на это отреагирует сторона обвинения. Не забываем, что порезы от бритвы были зафиксированы врачом. У нас в кармане два подтверждения словам Айзела.

Это хорошо… Это очень хорошо!

Я села прямо, перестав сутулиться. Сердце взволнованно заколотилось в груди.

— Капля за каплей мы выпутываемся из этой западни, — воодушевленно произнес Хелир.

— Пусть пока мы не в выигрыше, но потихоньку догоняем Дареса, — не унывал Эйрен вместе с нами.

Когда встреча закончилась, я задержалась в кабинете адвоката.

— Эйрен, эм… кхм, я хочу увидеть Айзела. Вы можете устроить нам свидание? Пожалуйста.

— Хм-м… Я постараюсь, Алеста, но не обещаю.

— Не страшно. Если не получится, сразу отступитесь. Не отнимайте у себя время из-за моей просьбы.

Адвокат несколько секунд задумчиво посмотрел в сторону и перевел просиявший взгляд обратно на меня:

— Будь вы его женой или сестрой, было бы проще. Могу я представить вас его невестой?

Мимолетно улыбнулась.

— Конечно.

Спустя две недели Эйрену удалось устроить нам встречу…

Однотонные унылые стены, пол и потолок, яркое холодное освещение, серый стол по центру, разделяющий нас с Айзелом. По бокам от него два охранника, на руках наручники. При взгляде на них охватывает желание кричать во всю глотку: «Это нечестно! Несправедливо! Отпустите его! Он не преступник!» Но я подавляю этот порыв, сглатывая ком в горле и не обращая внимания на боль в груди.

Ко всему прочему физический контакт запрещен, однако никто не запретит прикосновений взглядами.

Первую минуту мы молчали, жадно рассматривая друг друга, будто не виделись несколько лет. Вид Айза пробуждал лютое негодование и в то же время щемящую нежность. Осунувшееся лицо, блеклая улыбка, но по-прежнему горящие дикие глаза. Глаза, которые я, сама не заметив, полюбила без оглядки.

— Как ты себя чувствуешь?

— Терпимо. А ты?

— Хочу разнести здесь все, — призналась откровенно, наплевав на безмолвных полицейских.

— Полегче, мой боевой ангел. Из нас двоих бурным нравом наделен я.

— Иногда и мне стоит побыть буйной.

Особенно сейчас, когда идет борьба за его жизнь.

— Сущностям, наверное, достается от тебя. Они еще не отстали от нашего мира?

— К сожалению, они не вняли твоим угрозам.

— Тц, жаль. Когда вернусь, преподам им новый урок.

Поскорее бы.

— Вы говорили с Эйреном?

— Да, он каждый раз подробно докладывает мне о ходе расследования, — Айз задумчиво улыбнулся, опустив глаза. — Ученый тоже приходил. И даже меценат. Столько людей на моей стороне… Я счастлив, ангелочек, хоть и нахожусь в этом поганом месте.

Невыразимая теплота в его голосе проникла куда-то очень глубоко и вызвала нестерпимую боль, сжигающую грудную клетку.

Расследование подходило к концу. Скоро материалы дела передадут прокурору, обвинение утвердят и затем…

Затем будет назначена дата суда.

— Мы вытащим тебя отсюда.

— Слушай, Алеста, если выйдет так, что… ну, допустим, меня все-таки посадят…

— Не посадят, — прошептала и тверже добавила: — Не посадят, Айз.

— Но что если…

— Я буду приезжать каждую неделю, — ответила то, о чем и сама раздумывала. Поначалу я старалась гнать от себя эти мысли, но порой они чересчур настойчиво мелькали в голове и не давали покоя.

— Хорошая жизнь для молодой девушки, — недовольно скривился Айзел.

— Давай не будем о плохом? Настроимся на хороший исход.

Выражение его лица не изменилось. Мои слова не возымели эффекта.

— Ты придешь на суд?

— Конечно приду. Все придут!

— Спасибо, — суровый голос чуть смягчился. — Вроде бы я и рад, а вроде и не хотел бы, чтобы ты услышала мой приговор.

— Айз…

— Тц, этот дотошный следователь вцепился в меня как бульдог, — проворчал он, соскакивая с темы.

Я злорадно хмыкнула и уверенно поглядела на Лендера.

— Мы тоже не пушистые котята.

— Да, — согласился он, не сдерживая хитрую улыбку. — Особенно ты, моя тигрица. Пушистая тигрица.

— Да ну тебя, — буркнула, смущаясь. — Держись тут и не думай о приговоре. Лучше думай обо мне. Как это делаю я. Постоянно ты в мыслях. Я… скучаю.

Мои щеки горели, а глаза Айзела засветились еще ярче. Только огонь в них полыхнул совершенно другой — чувственный, обжигающий.