Воскресшие (СИ) - Данилова Леонида - Страница 22

После моих слов в глубине его зрачков загорелась загадочная искра, рассеивая колючую и ледяную бездну. Взгляд Айза преобразился, став непривычно теплым и благодарным.

— Что за откровенный подхалимаж, ангелочек? — насмешливо прищурился он.

— Это не лесть, я говорю правду, — сказала твердо и опустила взгляд на его руки. На запястье, что теперь не скрывали бинты, я заметила татуировку в виде алой паучьей лилии. — Можно взглянуть?

— А? На это, что ли? Разглядывай, не жалко. — Он пододвинул руку поближе ко мне.

Если моя татуировка походила на браслет, то у него был лишь изящный и одновременно пугающий цветок с кровавыми изогнутыми лепестками и тонкими паучьими «лапками». Повинуясь неясному порыву, я приложила свою руку к его. От прикосновения к горячей коже Айзела у меня пробежали мурашки. И у него тоже.

— Ты ледяная, — проворчал он, но не отстранился.

— Замерзла, — бросила равнодушно и шмыгнула носом. — Ветер здесь холодный.

Холодный и влажный.

— Так чего стоишь тут и лясы точишь? — Лендер отошел от перил. — Пойдем, дуреха, а то простынешь и на неделю этот мир лишится лучшей Чистильщицы. — Эта едкая насмешка неожиданно задела.

— Я ведь от чистого сердца говорила, — пробурчала обиженно, пойдя следом за ним.

— Не дуйся, ангелочек. Я сегодня слишком «добрый», — тяжело вздохнул он и подмигнул мне.

Когда мы вместе зашли в кабинет, на нас обрушился поток возмущений:

— Сколько вас можно ждать? Где вы ходите?! — подскочила с места Гунвор. — Я собиралась идти вас искать!

— Наа, тебе позвонили секунду назад, — покачал головой Дженаро.

— Что случилось? Вызов? — напряженно уточнила я.

— Нет, Хелир созвал три группы в зал совещаний, — Наа подлетела к двери. — Сказал, что это очень важно и касается Одетты Марсел. Поторопимся! — взволнованно гаркнула она и вылетела из кабинета. — Шевелите булочками!

Пришлось ее послушаться.

— Одетта Марсел здесь? — спросила я у Твигги, закрывая дверь. Он молча кивнул.

— Че за звезда? — лениво поинтересовался Айзел.

— Жена мецената — Аргуса Марсела, — ответила, направляясь к лифту. — Он богатый и влиятельный человек, много лет он жертвует крупные суммы на изучение Помех. Также он ежегодно проводит благотворительные вечера в помощь тем, кто пострадал от Сущностей и Паразитов. Нас туда всегда приглашают.

— Короче крутой мужик, — констатировал Лендер. — Интересно, что его женушка здесь забыла?

Мы всей компанией зашли в лифт.

— Может, он решил нам подарить новые фургоны? — предположил внезапно Твигги. — А что? Я бы не отказался.

— Не уверена, — постукивая каблуком, протянула Наа. — Почему в таком случае не вызвали всех?

— Кажись, серьезное что-то намечается, — зевнул Айз и взъерошил волосы.

— Не нагнетайте раньше времени, — оборвал всех Дженаро.

Приехав на нужный этаж, мы подошли к залу совещаний и, пропустив вперед Фонса, вошли следом за ним. Первая и вторая группы уже собрались и сидели за огромным черным овальным столом, во главе которого восседал Хелир, а рядом с ним Одетта Марсел с идеально ровной осанкой и прилизанными седыми волосами. Эта пожилая статная дама как всегда была в синем платье. Почему-то она постоянно носила синие платья. Разных фасонов, из разных материалов, но неизменно синие. Сегодня она надела вязаное с высоким воротом.

Симпатичной Одетту Марсел не назовешь. У нее опущенные уголки губ, редкие серые брови, глубокие носогубные складки, крючковатый нос и маленький подбородок, однако ее голубые глаза такие ясные и живые удерживают на себе все внимание, не позволяя долго разглядывать непривлекательные черты лица.

Поздоровавшись со всеми, мы заняли свободные места.

— Как вы и просили, Одетта, я позвал самых лучших Видящих. Теперь расскажите все то же самое, что рассказали мне. Моим людям вы можете доверять, — сказал ей Хел и мрачно взглянул на нас: — Внимательно выслушайте госпожу Марсел. Вопросы будете задавать потом.

В воздухе нарастало напряжение. Все уже поняли, что жена Марсела пришла не ключи от новых фургонов вручать.

— Благодарю, Хелир. Пожалуй, все из присутствующих знают моего щедрого мужа Аргуса, — с мягкой улыбкой произнесла она. — Он удивительно добрый мужчина, очень переживает за наш мир, любит его и безвозмездно вкладывает деныи в изучение этого ужастика, с которым вы боретесь, — в голосе Одетты проскользнули ядовитые нотки. — Чтоб ему провалиться! Ужастику в смысле, — пояснила она досадливо. — Так вот, Аргус всегда в любой ситуации оставался открытым, искренним, честным и, как бы глупо это ни звучало, чересчур жизнерадостным человеком, но недавно он изменился. Примерно месяц назад. Я первым делом подумала, что он устал — у него как раз начались проблемы в бизнесе, — посему старалась его не трогать, но проблемы решились, а мой муж по-прежнему продолжал на всех раздражаться и злиться без повода, и в довершение стал замкнутым и угрюмым. Недельный отдых, на который я его с боем уговорила, совершенно не помог! Психолог твердит мне, что Аргусу необходимо побыть одному, а психотерапевт ставит ему депрессию и тревожное расстройство. Откуда бы этой пакости взяться? Марсел всю жизнь был непрошибаемым оптимистом, — раздраженно проворчала Одетта своим скрипучим голосом. — Услышав про депрессию, я вспомнила о Паразитах и пригласила вашего специалиста, — взглянула она на Гантэра. — Мы живем в такое время, когда надо всегда оставаться настороже.

— Я проверил Аргуса, — сообщил нам Ред. — Его душа была чиста. Никаких Паразитов.

— Не беспокойтесь, юноша, я доверяю вам, — поспешно предупредила Одетта. — После вашего ухода Аргус заверил меня, что все в порядке, и он скоро придет в норму, сказал, что согласился на все эти походы по врачам и проверку Чистильщика лишь ради меня, посему теперь я должна успокоиться и подождать. И я ждала, вернее я собиралась ждать, но прошло пять дней после его слов и…

Он целыми днями скрывался в своем кабинете, не желал разговаривать с нашим сыном, не играл с внуками… — она судорожно выдохнула, — он полностью игнорировал существование нашей семьи. Аргус никогда так себя не вел. Я была вся на нервах и постоянно повторяла себе, что это пройдет, это временно, но в один прекрасный момент не выдержала и наведалась в его кабинет, чтобы попилить его черепную коробку очередной беседой, — иронично усмехнулась Одетта. — Признаюсь честно, я хотела спросить, не появилась ли у него другая женщина, — удрученно добавила она. — Впрочем, это все лирика. Вы только представьте, — в этот момент мы с ней пересеклись взглядами, и она продолжила говорить, глядя в мои глаза, — захожу я в кабинет, а моего мужа там нет, но я точно помню, что он оттуда не выходил. Я старая, но не слепая и не глухая. Единственная возможность покинуть кабинет не через дверь — выпрыгнуть из окна. А я еще не совсем сумасшедшая думать, что мой муж сбегает из дома через окно! Однако признаюсь, я проверила записи с камер — через окно он не вылезал, — нервно хохотнула женщина, дрожащей рукой взяла стакан с водой, сделала глоток и скривилась. — Есть что-нибудь покрепче?

— Извините, на работе алкоголя не держим, — ответил Хелир.

— А зря! С вашей-то работкой я бы себе тут круглосуточный бар открыла, — проговорила Одетта и залезла в свою черную сумку. Достав пачку сигарет и зажигалку, женщина поинтересовалась: — Закурить-то у вас надеюсь можно?

— Вам можно, — с честной улыбкой разрешил Хел.

— Ну, хоть какой-то плюс в том, что я жена Марсела, — снова хохотнула она, выуживая из пачки тонкую дамскую сигарету.

Закурив, Одетта кашлянула и продолжила:

— К превеликому счастью, мой муж не растворился в воздухе, как вы могли бы подумать, вскоре он спокойно вышел из кабинета. Это меня напугало, но я промолчала. И когда Аргус, наконец, отлучился на пару часиков из дома, мне пришлось обыскать его кабинет. Чтоб вы понимали мой муж ярый любитель всяких тайных дверей, ходов и обожает фильмы про поиск сокровищ, где герои щелкают сложные загадки как орешки. Посему я не удивилась, обнаружив за его книжным шкафом тайную комнату. Боже правый, это так банально! — Она снисходительно и вместе с тем умиленно улыбнулась. — Но то, что я увидела за тем шкафом, повергло меня в шок… — женщина затянулась. — Обычная белая комната с зеркалами во всю стену. На кой ему эта комната? — всплеснула она руками. — Я грешным делом подумала, что он танцульками решил заняться. Вот только прятаться зачем? Столько лет вместе живем, неужто бы я не поняла? Если уж смирилась с его желанием транжирить деныи на благие цели, смирилась бы и с пуантами! Ох… Не суть! — махнула Одетта сигаретой. — В общем, спросила я его в тот же вечер о комнате — чего таиться-то? Мы же одна семья! А он разорался. Боже, никогда его таким не видела… — прошептала Одетта, глядя потухшим взглядом в пустоту. — Это был не мой муж. Это был другой человек. Безумный, разъяренный… Кричал так, что стекла дребезжали… На секунду мне подумалось: убьет. Возьмет и того… — она щелкнула языком и провела указательным пальцем по шее. — Я чуть ли не до сердечного приступа испугалась, и в ту ночь ушла спать в гостевую комнату. Само собой Марсел на следующий день прощения просил, цветами весь дом заваливал и уверял, что больше подобное не повторится, но я живу достаточно лет, чтобы не верить этим сладким речам. Наивность моя умерла еще до замужества. Сунься я вновь в ту комнату, и он меня точно ударит. Знать бы, что Аргус там прячет…