Воскресшие (СИ) - Данилова Леонида - Страница 70

Ангелочек наверняка не представляет, что значит для него. Может, он слишком мало рассказал ей о своих мыслях и чувствах? Но если бы он все разом вывалил на нее, она бы совсем запуталась и точно его послала…

Лендер снова устремил взгляд на экран. Там события развивались бурно: депрессивный чувак признался этой Мирани в любви, но девушка аккуратно и вежливо ему отказала, потому что любит другого, а Мор для нее просто друг.

Айзел вспомнил разговор с Алестой. Не самый удачный разговор по его мнению. Вряд ли бы он смог выдавить из себя что-то лучше, но… Наверное, стоило подготовиться и написать речь.

Нет, тогда бы все вышло еще хуже!

Лендер взбешенно выключил телевизор, отшвырнул пульт и откинул голову назад, больно ударившись затылком об стену.

— Ни черта мы с тобой не похожи, ирокез! Ты свою птичку упустил, но я ангелочка ни за что не проморгаю.

Айз закрыл глаза, вспоминая ее удивленные голубые глаза, бархатную кожу, мягкие сладкие губы и задохнулся от… от нежности, бл*ть! От такой непривычной и невыразимой нежности, вышибающей воздух из легких. К кому он испытывал последний раз подобные чувства? Ни к кому!

Лендер мало что знал о любви. Мама говорила, что любит его, но по-настоящему она любила лишь бухло и деньги. А отцу было абсолютно плевать, что родной сын днями напролет пропадает в компании каких-то отморозков, отвратительно себя ведет, курит и изводит жителей Мервена.

Поэтому когда Айза накрыло теплыми яркими и всепоглощающими эмоциями по отношению к этой принцессе из другого мира, он растерялся как ребенок. Незнакомое чувство пускало корни в душе, прорастало и расцветало, а он не мог его понять и остановить.

Стоило подумать об ангелочке — и мысли путались, стоило увидеть ее — в башке что-то перемыкало, делая тупой мозг Айзела тупее в два раза. Его бесило ее равнодушие, но еще сильнее бесило, когда она не смотрела на него или любезничала с другими. В такие моменты колючее раздражение проникало под кожу и иглами проходилось по позвоночнику, от гнева вскипала кровь, сжигая сосуды, отчаяние больно стискивало грудь.

Это похоже на кромешную тьму. Он тонет в ней, теряя себя, но в последний момент хватается за свет, остатки которого сохранились в нем. Свет — это здравый смысл. А хотя теперь еще и приятные согревающие чувства к Алесте.

Да, она — его свет.

Он и сам не заметил, как стал проявлять к девушке больше внимания. Ему нравилось замечать даже малейшие эмоции в ее глазах, улавливать ее настроение и подыхать от желания прикоснуться к ней, когда она оказывалась слишком близко.

Сначала он не мог объяснить себе происходящие в нем изменения. Раньше было просто: захотел секса — пошел в мервенский клуб и подцепил телочку на одну ночь. О чем-то серьезном естественно речи не шло. С Алестой все по-другому. Она отличалась от тех девушек, к которым Айз привык. Он думал, что просто хочет ее, ведь она очень красивая.

У нее светлая почти белоснежная кожа, которая так и манит прижаться к ней губами, дотронуться, погладить, ощутить эту нежность подушечками пальцев. У нее невероятные великолепные ножки, которые соблазнили его еще в том чертовом лифте, когда Сущность порвала подол ее платья. У нее изящные руки, тонкие запястья и ловкие пальцы, что каждый день порхают по клавиатуре, завораживая Лендера. Ее мягкие волосы пахнут морем и свежестью. С виду она хрупкая, но на самом деле способна дать фору многим парням.

Все это сводило и сводит с ума! И Айз был уверен, что виной всему банальная похоть, поэтому не позволял желанию и влечению брать над ним контроль. Не позволял, пока не понял, что тут замешано нечто большее. Да-да, та ср*нь, которую зовут любовью! Втрескался он по самые уши!

И главное нашел в кого! Губа-то у вас не дура, товарищ Лендер! Впрочем, он всегда был наглым и порой чересчур самонадеянным.

Айз невесело усмехнулся, открыл бутылку с водой и сделал пару глотков.

С чего бы ему начать завоевание принцессы? Старик говорил о цветах. Стоит попробовать…

Алеста Кайрен

Все утро пребывала в апатичном состоянии. Наверное, из-за вчерашнего переизбытка впечатлений моя психика решила сегодня отдохнуть.

Я бездумно налила себе кофе, села за стол, взяла бутерброд, откусила маленький кусочек и принялась медленно его жевать, не реагируя ни на что. На самом деле аппетита у меня не было. Ела, потому что надо есть, иначе энергии для работы не хватит.

Был и плюс в подобном состоянии — можно проанализировать слова Гунвор, не отвлекаясь на лишние переживания. Вчера я напросилась к ней ночевать, чтобы она помогла мне разобраться в путанице из мыслей и эмоций.

Наа в голубой шелковой пижаме сидела рядом со мной на диване, обнимала подушку и внимательно слушала мою историю о поцелуе с Лендером.

— Ну надо же, какой прыткий, — непонятно усмехнулась она. — Тебе понравилось? Нет, не так спросила… Что ты почувствовала? Эм… Ты почувствовала хоть что-нибудь?

— Волнение, растерянность и… Это было странно и необычно. Я испытала сразу несколько ярких эмоций. Приятных, — добавила на всякий случай.

— На что они были похожи?

Я долго думала, прежде чем подобрать подходящий пример.

— Это будто… Будто кто-то внезапно запустил рядом с тобой фейерверки, — задумчиво улыбнулась. — Сначала ты вздрагиваешь от неожиданности, у тебя пульс учащается из-за прилива адреналина, а потом ты с восторгом смотришь на салют, на яркие огонечки в ночном небе и тебе хорошо.

— To есть, — Наа придвинулась поближе ко мне, — твои чувства к нему отличаются от того, что ты испытываешь к другим мужчинам? Верно?

— Да. — Я облокотилась на спинку дивана. — Пожалуй, они всегда отличались. Рядом с Айзелом я постоянно испытываю больше эмоций, чем с другими людьми.

— Зна-а-ачит, вероятность того, что он тебе нравится, повышается! — радостно заключила Наа с горящими восторгом глазами. — На твоем месте я бы не спешила отталкивать его. Неспроста эти фейерверки нарисовались, — она постучала указательным пальцем по моему лбу.

Я и сама понимаю, что неспроста, но так сложно понять собственные чувства, когда они возникают яркими вспышками, а потом угасают. Правда, сегодня они угасали медленнее. Это хороший знак.

— Я и не собиралась его отталкивать, я просто не знаю, что мне делать?

Как себя вести?

— Тебе? — хмыкнула Наа. — Ничего. По крайней мере, сейчас. Расслабься, получай удовольствие и старайся не заморачиваться. Если он свои слова сдержит и разожжет твой огонек, тогда и будешь думать. — Она облокотилась на подушку и оперлась подбородком на сцепленные в замок руки. — Судя по тому, что ты сказала, твои чувства только зарождаются, но давай окончательно это проясним: поцелуй Айзела не вызвал в тебе отвращения?

Она до сих пор сомневается?

— Нет.

— Ты растерялась, но при этом испытала приятные чувства?

Я ей только что об этом говорила!

— Да.

— Тебе бы хотелось повторить?

Открыла рот, но не смогла ничего ответить. Сердце пропустило удар и заколотилось быстрее. К лицу прилил жар, и пульс застучал в висках. Через несколько секунд все прекратилось.

— Не знаю… — Невольно коснулась губ пальцами, вспоминая непривычное прикосновение. Хочу ли я снова ощутить его?

Толика любопытства подсказывает, что ответ скорее «да», чем «нет».

— Ладно, — Наа нахмурила лоб, задумавшись, — пойдем в другую сторону! Тебя задевает, когда Бесс флиртует с ним?

— Нет, — слегка опешила. — Думаю, если бы я была влюблена, меня бы все равно это не задело. Он либо игнорирует ее, либо отшивает.

— Логично. А что насчет Катии? С ней он дружелюбен.

— Айз даже ее имя не с первого раза вспоминает.

— Но они отдыхали вместе в выходные.