Айрин (СИ) - О' - Страница 13

— Меня бы это не спасло без вашего вмешательства, — церемонно ответила принцесса. — Примите мою глубочайшую признательность…

— Я Дерел Ук-Мак, из рода Вид-Маков, — представился рыцарь.

— Айри из Лассиса, — решила не раскрывать себя принцесса.

— Рад служить, сударыня. — Воин оглядел поле боя. Его твёрдо очерченные губы раздвинулись в приятной, чуть лукавой улыбке. — Госпожа моя, я давно в пути и несколько поиздержался. С вашего позволения, погляжу, на заслуженные трофеи.

Без малейшего смущения рыцарь обшарил мертвецов. Забрав их оружие, вернулся к принцессе.

— Значит так, — деловым тоном сообщил он, — у нас два золотых, четырнадцать серебряных, сорок семь медяков, три коня и пять мечей, которые мы сумеем продать в городе. Конечно, ещё есть доспехи, но мне хватит и того, что можно унести в руках…

Принцесса, опешив, глядела, как он сноровисто делит незнакомые восьмиугольные монеты на две кучки.

— Это ваша законная добыча, сударыня, — Ук-Мак протянул ей деньги.

Айрин с сомнением поглядела в его ладонь. Лассиские рыцари после боя нередко оставляли себе броню и оружие побеждённых врагов, но никогда не обирали трупы. С другой стороны, ей очень нужны средства — хотя бы на еду.

— Ну же, — ободряюще улыбнулся рыцарь и ссыпал монеты ей в руку. — Куда вы направляетесь, Айри? Если нам по пути, избавимся от коня и мечей где-нибудь по дороге, а выручку разделим. Если же нет, придётся поделить оружие. А вот как быть с конём… Хотя, знаете что? Забирайте его себе. Вы заслужили это своей доблестью.

— Я еду к Монтальбанскому хребту, — принцесса не отводила взгляд от денег в руке, словно раздумывая, не вернуть ли их воину. — Он ведь где-то на северо-востоке?

Дерел Ук-Мак озадаченно посмотрел на неё.

— Никогда прежде не слышал этого названия, сударыня. А ближайшие горы лежат на юге, в двух месяцах пути отсюда.

Айрин впилась в него взглядом широко раскрытых глаз.

— Вы же не шутите со мной, господин Ук-Мак? Ведь это, — широким жестом она обвела окрестности, — Вайл?

Рыцарь непонимающе наморщил лоб.

— Наше королевство зовётся Эмайн, — медленно проговорил он. — А что такое — Вайл?

6. Плен

В большом зале маскргского замка шёл пир. Вдоль длинного стола, громко разговаривая и смеясь, сидели наряженные в бархат и шелка дворяне. Вокруг сновали слуги в жёлтых коттах, разнося пироги с мясом и рыбой, зажаренных целиком поросят, фаршированных фазанов, фрукты, щедро покрытое глазурью печенье… Гости отдавали должное мастерству поваров, отмечая, что хозяин не поскупился на драгоценные заморские приправы. Настоянные на травах вина лились рекой, а чёрное терпкое пиво закатывали в зал целыми бочонками. Принимая гостей, барон никогда не жалел денег и припасов. Каждый должен знать, что Стан-Киги способен позволить себе любую прихоть. И готов великодушно делиться с теми, кому благоволит.

Чтобы развлечь пирующих, в углу наигрывали весёлые мелодии арфист, трубач, барабанщик и два музыканта с виолами. Бодрые, временами фальшивые звуки музыки сливались со звоном серебряных кубков и стуком подносов, задорными выкриками жонглёров в причудливых нарядах, грызнёй своры собак, дерущихся из-за брошенных на пол объедков. По этой причине, сидевший на почётном возвышении хозяин замка не сразу услыхал слова пажа. Лишь после того, как юноша чуть ли не проорал сообщение в баронское ухо, Юрг Стан-Киги, нахмурившись, тяжело поднялся из кресла и вышел из зала. Его раздосадовала необходимость отвлечься от торжества, посвящённого победе над графом Рин-Раном, убитым в бою лично владельцем Маскрга.

В свои пятьдесят три года Стан-Киги сохранил физическую мощь и чудовищную энергию. Без труда обогнав юного слугу, он миновал изогнутый коридор, поднялся по лестнице и вошёл в богато обставленную комнату.

Изучающе оглядев шестерых мужчин, чьи лица отражали смятение и тревогу, барон приблизился к расположенному в алькове ложу. Откинув покрывало, безо всякого выражения посмотрел на бледное, измазанное засохшей кровью лицо мертвеца. Круто развернувшись, уставился на понурого рыцаря в жёлтой порванной накидке, стоявшего в центре напряжённо застывшей группы.

— Говори, — прорычал Стан-Киги.

Запинаясь под немигающим взглядом болотно-зелёных глаз, воин рассказал о произошедшем на распутье, утаив, что сдался в плен сам. По его словам, враги вынудили сделать это, направив в грудь самострел.

— Почему с вами не было солдат и слуг?

— Мы ехали в Гроссэ, в весёлый дом…

Грубые черты лица барона исказила презрительная гримаса:

— Пока я сражаюсь, чтобы преумножить власть и богатство, безмозглый сын тратит мое золото на шлюх… Но он хотя бы погиб как мужчина. А ты… ты должен был умереть вместе с ним и остальными!

Рванувшись вперёд, словно взбешённый медведь, Стан-Киги схватил рыцаря за горло.

— Трус! Я сдеру с тебя шкуру и засыплю раны солью!

Рыцарь, хрипя, вцепился в толстое мускулистое запястье барона, пытаясь освободится.

Внезапно Стан-Киги сам выпустил жертву. Держась за шею и глухо кашляя, воин осел на холодный каменный пол.

— У тебя лишь одна возможность остаться в живых, — барон угрожающе глядел на него сверху. — Только ты видел этих людей и можешь их опознать. Возьми дюжину ратников и немедленно отправляйся. Если к исходу третьего дня не приведёшь убийц — о твоей жуткой смерти будут вспоминать годами!.. Гринз! Выбери ещё четверых рыцарей и поезжай с ним. Если этот пёс попытается улизнуть — приволоки его в Маскрг на верёвке!

Широко шагая, барон покинул комнату, более не взглянув на убитого сына.

Айрин и Дерел бок о бок ехали по дороге, протянувшейся серо-коричневой лентой среди сочной зелени лугов. Позади трусили запасные кони.

Рыцарь убедил принцессу отправиться с ним на запад, заверив, что в Кинниарзе, большом портовом городе, наверняка отыщутся и карты, и знатоки географии получше Дерела. С их помощью Айрин выяснит, куда именно её занесло и как добраться в нужное место.

Принцесса быстро нашла общий язык с воином. Посчитав девушку равной по статусу, Дерел держался запросто — словно с боевым товарищем. При этом ни словом, ни жестом не преступал рамки дозволенного. Айрин нравились его открытость, энергия и оптимизм. В то же время она не соглашалась с некоторыми суждениями рыцаря.

Коротая дорогу, Айрин и Дерел много разговаривали. По большей части любопытная принцесса расспрашивала рыцаря, а тот с готовностью отвечал. Она выяснила, что Дерел Ук-Мак был вторым сыном небогатого дворянина из Миеры — отдалённой западной провинции Эмайна. После смерти отца, старший брат вступил во владение замком и поместьями. Самый младший остался с ним. А двое средних — Дерел и Синар — отправились на поиски счастья. Три года воевали в качестве наёмников. Потом Синар женился на дочери богатого столичного купца. Предлагал Дерелу заняться торговлей вместе с ним и тестем. Отказавшись, Дерел отправился на восток. Скитания привели его к самой дальней границе, после которой начинались неосвоенные земли. Там Дерел завербовался в королевские войска и прослужил на заставе почти девять лет. Сейчас возвращался домой, чтобы повидаться с родными.

— А потом чем займёшься? — поинтересовалась Айрин.

— Не знаю, — беспечно ответил рыцарь. — Быть может, всё-таки стану торговцем. Синар писал, что у него всегда найдётся место для меня.

— Но тебе эта идея не очень-то нравится, — определила принцесса, присмотревшись к собеседнику.

— Уж не знаю, как ты догадалась… Да, торговля не по мне, пожалуй, — с улыбкой признал рыцарь. — Не беда, поищу другое дело. А коли станет совсем худо — всегда можно вернуться в приграничье. Там найдётся чем заняться. До самой смерти.

Заинтересовавшись, Айрин попросила Дерела рассказать о местах службы.

— Края те далёкие и дикие. Людей немного. Те что есть, живут в деревнях, похожих на крепости. Вокруг тын, внутри каждый мужик — боец. Иначе никак: в приграничье, чего только не случается. То кочевники нагрянут, то лесовики кого утащат, то вообще чудище невиданное незнамо откуда возникнет. Раз к примеру, пришлось нам древнее колдовство забарывать, которое в фиолетовом тумане путников ловило… Одно слово — суровые места и неспокойные. Зато народ там свободней, чем везде. И владетель тамошний, граф Арп-Хигу, человек достойный и мудрый…