К лучшему ли (СИ) - Фишер Лали - Страница 3

Допила свой остывший кофе. Никогда не понимала, почему люди кривят нос от холодного кофе. Мне нравится. И улеглась на диван надеясь, что в царстве Морфея не будет так страшно, как в прошлый раз.

Просыпалась медленно и не уютно, никак не могла понять, что же мне не нравится. Открыв глаза, наткнулась на плед. Разве я его брала? И тут же увидела Илью Макаровича, сидящим на стуле с немигающим взглядом, направленным на меня. Что-то пугающее было в его глазах. Раньше всегда все было с долей шутки, хоть и не без напряжения. Сейчас же захотелось уйти. Порывисто встала, не зная что сказать. Он тоже поднялся и подошёл ко мне слишком быстро, достаточно близко, наверное, боялся, что сбегу. Сделал глубокий вдох, но сказать не успел. Дверь с грохотом открылась и Надежда Сергеевна Павлова, наша деятельная во всем, операционная медсестра защебетала о всем и сразу, но увидев нас, замолкла на полуслове. Обвела непонимающим взглядом, но быстро справилась с замешательством, улыбаясь, продолжила рассказывать о погоде, пробках и наглых людях в маршрутках.

— Доброе утро! — поздоровалась я, выходя из ординаторской.

Вот это мы ей сегодня объявили повестку дня. Господи, теперь на работу хоть не приходи. Слухи и так были, а теперь перемоют все кости и нагородят то, чего и в помине не было. Черт бы побрал Макарыча!

Выходя на крыльцо больницы, делаю глубокий вдох. В этом году начало июня в Сибири тёплое, что не может не радовать. Солнце ярко освещает все краски городской суеты. И настроение, предсказуемо, заметно улучшается. Разве можно грустить в такой замечательный день.

Ближе к вечеру Софочка не даёт о себе забыть, разрывая, мой телефон уже третьем звонком подряд.

— Да, Сонька! Неужели ты так по мне скучала?

— Машка, ты совсем там от счастья умом тронулась и забыла, что я должна все новости узнавать первая? — негодует подруга.

— Эээ… Нет, я, конечно, знаю твою страсть, как любознательную головушку, но не понимаю о чем речь?

— Вот тихоня! О вас! Что там между тобой и Ильёй было? Я хочу знать всё: как, где, когда? — выдаёт подруга шокирующую меня информацию.

— Ты что на работе делала? У тебя смена только послезавтра, — ну, всё, можно увольняться. Блин, и ведь взрослые все люди.

— Я заявление на отпуск писала, сроки поджимают. Блин, ты мне зубы не заговаривай. Жду подробностей!

— Сонька, да брось ты. Ну не было ничего и рассказывать нечего. Все это больная фантазия, одинокой скучающей женщины. Ну ты что Надежду Сергеевна не знаешь?! — устало говорю и плюхаюсь на стул.

— Уууу… Жаль! Так, а ты помнишь что в эту субботу у меня день рождение? И мы идём в клуб. Отказы не принимаются. Жду тебя в клубе в девять. Столик заказан. Будет весело! Я тебе обещаю, — и сбрасывает вызов.

Вот чёрт! Ну знает же, что не люблю я эти все танцульки, душное, тесное, шумное помещение, где много неадекватных людей.

Глава 3

В детском реабилитационном центре я работаю вот уже почти два года, раза три в неделю. Это больше, чем работа. Это совместный успех труда ребёнка, мой и родителей. Пусть часто очень маленький, но такой желанный результат. Детям с церебральным параличом нелегко даются парой самые элементарные вещи, которые здоровые ребятишки делает по наитию: садиться, вставать у опоры, держать равновесие, ходить за ручку и многое другое.

После пяти часов массажа чувствуешь себя порядком уставшей, зато морально очень удовлетворенной. Да и мои маленькие пациенты платят мне своими очаровательными улыбками и маленькими победами, что даёт чувство приобщенности к чему-то нужному и важному.

Стоя на остановке, по пути к дому, набираю маму. Рассматриваю запястье, отмечая, что за 5 дней синяки от упыря сошли на нет.

— Привет, дочуль! — слышу мамин запыхавшийся голос.

— Мам, а ты чем занята? Привет! — такое ощущение, что она бежит.

— Ты не поверишь! Но я в тренажёрном зале. Регина все таки взялась не только за мой дух, но и за тело, — засмеялась мама.

— Мамуль, ты у меня всегда прекрасна! Но ты же знаешь, что нет предела совершенству, — улыбаюсь, представив свою миловидную 42-летнию мамулю на беговой дорожке. Мама всегда была очень стройной и утонченной блондинкой с зелёными глазами на высоченных каблуках. Компенсируя шпильками свой рост в 155 см.

— Спасибо, дочуль! Все таки жаль, что ты не прилетела. Ритусик с Региной очень соскучились по тебе.

— Я тоже скучаю! Очень. Прилечу сразу, как только смогу. Пока, мамуль, — всего лишь неделю назад она улетела, а по ощущениям гораздо больше.

Маршрутка, как назло, еле тащится. А ведь сегодня суббота и не должно быть таких пробок.

В спешке принимаю душ, привожу в порядок волосы, оставляя их распущенными. Слегка подвожу зелёные глаза, делая их более выразительными и наношу блеск на губы. Платье выбираю белое, лёгкое, без рукавов, длинной до середины бедра с не глубоким v-образным вырезом на груди. Девушка в отражении зеркала мне нравится.

С полуторачасовым опозданием захожу в ночной клуб "Абсент". Здесь, я была единожды и не могу сказать, что впечатлилась этим местом. Хотя, быть может, все дело в том, что я в принципе предпочитаю иной вид досуга.

Музыка играет так громко, что моментально закладывает уши, а грудная клетка, как будто начитает вибрировать изнутри. Слишком много народу, трудно протолкнуться. Как бы мне Соньку найти? Пробираюсь к столикам и наталкиваюсь на Андрея, друга детства Софочки. Он машет рукой в сторону дальнего столика, указывая мне верное направление.

При моем появлении подруга начинает визжать и лезет обниматься:

— Маш, а я уж думала, что ты не придешь! Почему так долго? — кричит мне прямо в ухо.

— Прости! Задержалась с детьми, — виновато улыбаюсь, но вряд-ли она меня услышала. Протягивая конверт с подарком и смотрю на её реакцию.

Сонька уже порядком на весёлые, впрочем, как и все остальные знакомые. Достаёт сертификат, пробегает по нему горящим взглядом и визжит пуще прежнего:

— Спасибо, спасибо, спасибо! — тараторит и продолжает меня тискать. Сонька давно хотела полетать на воздушном шаре, но почему-то не сделала этого раньше. — Ты же составишь мне компанию? — лукаво смотрит на меня и это притом, что знает, как сильно я боюсь высоты. С улыбкой отрицательно качаю головой.

Киваю ребятам и протискиваюсь за столик. Музыка заглушает почти все голоса и смех. Тут же в руку Софочка сует коктейль. Делаю глоток и понимаю, что он слишком сладкий, а пить хочется жутко. На столе полный бедлам. Разноцветное спиртное и гора закусок на любой вкус. Только вот воды я так и не нахожу.

Встаю и пробираюсь к бару через забитый танцпол. Мама дорогая, как же они здесь танцевать ещё умудряются в такой-то толкотне? Вскинув голову вправо, отвлеклась всего лишь на секунду, как в нос прилетает что-то твёрдое и чуть не сбивает меня с ног. Пошатываясь, все таки удаётся устоять на ногах.

— Чёрт! Что это было?! — выругавшись, подношу руку к носу и понимаю, что по подбородку уже ручьём течёт кровь, капая алыми кляксами на моё белое платье. Кто-то продолжает настойчиво трясти меня за локоть, поднимаю глаза и вижу испуганный взгляд:

— Евгений Александрович? — удивленно прогнусавила я, пытаясь остановить кровь. И тут же бросилась бегом, расталкивая людей, в туалет. Девушка, выходящая из дамской комнаты, даже придержала мне дверь с сочувствующим взглядом. Открыв холодную воду и наклонившись над раковиной, пытаюсь отмыть руки и лицо, отмечая краем сознания, что хлопнула дверь.

Горячая ладонь охватывает моё плечо и мягко, но настойчиво разворачивает к себе.

— Покажи мне лицо, — проговорил спокойным и твёрдым голосом… Максим Арский. Блин, почему-то я забыла его отчество. Хотя, я же не обязана помнить всех пациентов нашего отделения.

Правой рукой приподнимает мой подбородок, сканируя внимательным карим взглядом моё лицо. Левой продолжая удерживать за плечо. Дернувшись, попыталась вырваться, но он чуть усилил хватку.