Руины Роз (ЛП) - Брин К. Ф. - Страница 4

Я убрала кинжал обратно в ножны и достала перочинный нож, осматривая растения, осторожно пробираясь сквозь них. Большинство травников посчитали бы их сорняками. Но большинство травников — фейри, и воротили нос от растений, которые не могли вырастить. По крайней мере, так говорили люди. Никто в деревне не видел фейри уже шестнадцать лет.

Конечно, это не помешало фейри искать их. Бессмертница — самое сильное лекарство во всех королевствах. И знаете что? Он рос только на землях, которыми управляли или поддерживали оборотни-драконы.

«Отсосите, фейри».

Несмотря на то, что этим королевством в основном руководил король демонов из-за проклятия, в нём ещё тлела магия драконов. Большая часть знати была убита вскоре после смерти безумного короля, но бессмертница остался невредим. Нам лишь оставалось научиться с ним работать.

Я всегда думала, что это романтично. Без драконов бессмертница не вырос бы. Словно защитная магия дракона пропитала самые волокна земли, по которой мы ходили, и придала бессмертницау смелости высунуть голову. Это растение царственно, что означает невероятно прихотливое и трудное в работе. Если будете слишком грубы или поспешны в действиях, растение зачахнет. Оно требовало сосредоточенности и внимания, если не любви. И мне оно нравилось. Почему бы и нет? Оно спасало мою деревню.

Я собирала только самые большие и здоровые листья, стараясь не задевать семянки, которые, когда придёт время, пустят новые корни. По дороге я подрезала высохшие или умирающие листья, которых было очень мало. Я засунула листья в сумку, освобождая им место. Нехорошо собирать их так скоро и много. Они лучше помогали, когда много пространства для дыхания. Если бы не нужно было беспокоиться о том, что меня будут преследовать, нападать и есть, я бы отнесла листья домой на большом подносе, и ни один из них не касался бы соседнего.

Когда моя сумка была полна, я выпрямилась и обвела взглядом поле. Мне стало интересно, сколько ещё людей ходило сюда, чтобы собрать растения. Я ни разу не встречала кого-то ещё, но растения были должным образом подстрижены и ухожены. Это говорило о группе заботливых, знающих людей, вероятно, из других деревень. Я видела, что случилось с растениями соседей, которые не проявили должной осмотрительности. Они стали дикими, и разрослись. Я не единственная, кто одаривала эти растения любовью. Неудивительно, но всё же это грело сердце. Я надеялась, что другие деревни, по крайней мере, живут так же хорошо, как и мы.

Крик совы вывел меня из задумчивости. Я ущипнула себя, прислушиваясь. Звук раздавался в стороне, но прилично близко. Само по себе уханье не поражало, казалось, что сова раздражена, но это могло быть просто злостью на свою пару или другую птицу. Может, она заметил маленькую тварь, пробирающуюся по земле, или что-то в этом роде, я не знала. Я не эксперт по поведению сов. Нет, поражало то, что я впервые услышала сову в Запретном лесу.

Дрожащая берёза, а теперь сова. Что происходило сегодня?

Что бы это ни было, мне не нравилось.

" А теперь всем тихо. Если будем хитрить, никто нас не поймает».

Я развернулась на месте, и быстро, но осторожно стала пробираться сквозь растения.

Мягкое сопение привлекло внимание, и по спине пробежал холодок. Я рефлекторно чуть не задрала штаны и побежала через лес, как какой-то хобгоблин.

Это зверь? Или что-то иное? Может, это и не важно. Звук исходил от крупного животного, а всё, что такого размера в этом лесу — очередной хищник.

Я очень медленно выдохнула. Животное находилось к юго-западу от меня, в том же направлении, откуда доносился крик совы, но ближе.

Я посмотрела на перочинный нож, зажатый в дрожащей руке. Это оружие не принесёт никакой пользы.

Проклятье, теперь я думаю, как отец.

Напрягая зрение, я следила за движением, складывая ножик. Я старалась увидеть, не войдёт ли что-нибудь в мягкий лунный свет, пробивающийся сквозь тени. Тихая ночь не раскрывала секретов.

«Смелее, ребята. Все сохраняйте спокойствие».

Я медленно повернулась в сторону дома, осторожно ступая. Я не хотела поскользнуться на грязи. Медленное дыхание тоже помогало. Мне нужен воздух, чтобы подпитывать мозг и мышцы. Мне нужно думать или бежать, или и то и другое одновременно. Слепой ужас никогда не помогал.

Мой перочинный нож издал щелкающий звук, когда я закрыла его, и лезвие вошло в дом. Я замерла, стиснув зубы. Тишина сотрясалась вокруг меня… Пока не раздался вопль, как старуха, скорбящая о ком-то умершем. Громкий, низкий и наполненный горькой агонии.

Я подскочила. Перочинный нож выпал из пальцев.

Чёрт! Я выронила грёбаный нож.

«Держитесь за свои головы, ребята, всё скоро станет хуже».

Ещё крик, на этот раз как младенец. Я содрогнулась, когда нож ударился о землю с несколькими глухими ударами. Звуки этого существа доносились с севера. Ярдов пятьдесят, может, чуть больше.

Последовало громкое ворчание, типа уханья совы — в том же направлении, на том же расстоянии. Очевидно, это существо, появившееся мгновение назад, что-то напоминающее страхосмешника. Что могло побудить такой крик, я не знала, и было всё равно. Я в спешке наклонилась, пытаясь вглядеться в тени, чтобы найти нож, а затем начала шарить рукой по земле. Сухая трава коснулась ладони. Другая сова крикнула в предупреждении… или, может, та же самая сова? Я не знала. Они упрямые ублюдки, которые преследовали нарушителей, как сварливые старики? Нужно проверить. Как бы то ни было, на этот раз крик прозвучал гораздо ближе. Метрах в тридцати, может, меньше. На юго-западе, в направлении хищника.

К чёрту перочинный нож.

Я выпрямилась, поправила сумку с листьями и ускорилась у берёзы. Она опять дрожала. На этот раз, однако, движение казалось сильнее. Ветки стучали друг о друга, как танцующие скелеты, и скрипели, покачиваясь в отсутствие ветра.

Что, чёрт возьми, с этим деревом? Я сожгла его кузена или что-то в этом роде?

Страхосмешник резко прекратил кричать. Видимо, услышал меня. Он знал, что здесь что-то есть.

Эта проклятая берёза присоединилась бы к своему кузену, будь у меня хоть какое-то право голоса. Я бы станцевала обнажённой вокруг огня.

Проглотив ругательство, я поспешила вперёд, желая увеличить расстояние между мной и взбесившейся флорой. Впереди ждал участок хрупкой травы между двумя стволами, и я замедлила шаг. Я видела лишь то, что передо мной, а сердце впрыскивало адреналин в систему, признаки рефлекса полёта. Я ещё больше замедлилась и втянула в себя воздух. Я не могла бежать вслепую, нужно всё хорошенько обдумать. Необходимо действовать с умом.

Звук падающего ножа не такой громкий. Существа в округе не знали, что я здесь. Они знали лишь, что чёртова берёза требовала внимания. И даже если бы знали, что я здесь, не смогли бы выследить меня. Мой запах был скрыт травяным настоем ручной работы, который я выпила перед тем, как выйти из дома, а земля слишком твёрдая, чтобы различить мои следы в темноте. Прямо сейчас меня ещё не раскрыли.

Я смотрела на траву впереди, прислушиваясь. Берёза, наконец, успокоилась, оставив за собой звенящее отсутствие звука. Не было ни движения, ни криков.

В груди у меня всё сжалось, напряглось от необходимости сохранять спокойствие. Я сосредоточилась на своём дыхании и снова начала медленно идти вперёд, вынимая кинжал из ножен. Трава издала несколько лёгких потрескиваний, прежде чем я снова ступила на твёрдую землю, прорезанной малыми участками мёртвой травы. Я едва удержалась от громкого вздоха. Над головой пронзительно закричала сова.

Я дёрнулась и подпрыгнула одновременно. Лезвие кинжала бесполезно отскочило от ствола дерева слева от меня. Сова снова предупредила, и я пожалела, что у меня нет лука и стрел, которыми можно было заткнуть эту птицу.

«Убирайся с моей лужайки, сова!»

Снова раздался вопль, пронзивший меня насквозь. На северо-востоке. Существо выслеживает меня.

Осторожно ступая, я скорее направилась к деревне. Мне нужно пройти около ста метров, чтобы выбраться отсюда. Может, немного больше. Не очень далеко, но как быстро может бежать существо? Я быстрая, но оно почти наверняка быстрее. И значила ли что-то граница деревни для существа? Пересечь границу не хватило бы, чтобы сбежать. Мне нужно войти в дом и запереть дверь, а это куда большее расстояние. Идти намного медленнее и намного тише. Альтернатива ходьбе — стоять на месте. Но после многих лет, когда я едва сводила концы с концами, моё тело ослабло, а в руках был тупой кинжал. Шансы совсем малы.