Не было бы счастья, да... (СИ) - Николаева Саша - Страница 5

— И что мы будем делать? — нервно поинтересовалась я.

Он улыбнулся, и не отпуская моей руки повел к лифту.

— Здесь можно делать всё, что угодно. Поверь.

Что-то мне не нравится происходящее.

— Я не могу уйти. Измайлов будет недоволен. Искать начнет. мой рабочий день еще не окончен, — забормотала я, тщетно пытаясь высвободиться.

— Не будет. Ужин закончится еще не скоро. У нас много времени. А если захочешь, — его губы оказываются у самого уха, — до самого утра.

— В смысле до самого утра? — опешила я, пытаясь отойти назад, при этом к своему ужасу утыкаюсь спиной к стене.

— Ну чего ты ломаешься. Твой босс в курсе. Пошли уже.

Секунда и вот его руки шарят по моему телу, стискивая, поглаживая, сминая, вплоть до того, что я явно ощущаю, как моя юбка ползет вверх, пока жадный рот пытается захватить мои губы. Не знаю, откуда взялись силы оттолкнуть мужчину и выскользнуть из плена.

Нетерпение на его лице постепенно тает, уступая место раздражению, а следом и злости. Молча поправляю одежду, пытаясь понять, как вести себя дальше. Правда, не уверена, что выйду из сложившейся ситуации при помощи дипломатии.

— Хватит ломаться. Все знают, зачем ты здесь, — пальцы снова обхватывают запястье, пытаясь тем самым притянуть меня назад.

Ледяной ушат воды был бы сейчас меньшим из зол. Я ожидала всё, что угодно, но не такого.

Так вот почему Измайлов при первой встрече остался не доволен моим внешним видом. Боялся, а вдруг не приглянусь.

И Майя хороша. Знала ведь! Знала обо всём!

Нет, я конечно секс люблю. Но по собственному желанию. И ни как не хочу выступать в роли подарка или… не знаю уже вообще в роли кого я тут нахожусь.

Слезы мгновенно подступили к глазам. В носу предательски защипало. Вот это я вляпалась.

— Я не пойду.

— Что значит, ты не пойдешь?

Руке стало больно. Мужчина передо мной не прекращал злиться.

— То и значит, не пойду.

После этих слов я стукнула его ногой по колену и, воспользовавшись моментом, вырвалась из цепких пальцев, бегом направилась к лестнице. Оказаться с ним в кабине лифта было страшнее, чем спуститься пешком с двадцатого этажа. К тому же этот холеный красавчик врятли броситься следом.

И оказалась права.

— Дура, — послышалось за спиной вперемешку с китайскими ругательствами.

Все внутри кипело. Я просто задыхалась. От обиды, от гнева, от стремительного спуска вниз по бесконечным ступенькам, от которых закружилась голова. Не знаю, на каком этаже не выдержала, села и дала волю слезам. Вот это я действительно дура!

4

Роман

Чертовка сбежала. Не знаю, что там у них произошло на самом деле, но я нашел ее возле входа в отель. Она стояла на ступеньках, обхватив себя за худенькие плечики и явно дрожала. На лице следы от слез.

Долго же она здесь стоит. Подошел сзади. Почти вплотную, так что можно было ощутить тонкий аромат духов, исходивший от кожи, или чем она там пользуется, но пахнет приятно. Заметила. Вздрогнула, отступив на ступеньку ниже. Точнее шарахнулась от меня как от прокаженного!

— Вы, почему оставили одного Юна? От него многое зависит, — посмотрел сверху вниз прямо ей в глаза.

— Многое зависит? — Кажется, она вот вот ударит меня.

— Да, а разве не понятно? Разве тяжело быть более посговорчивей?

Она вся подобралась, напряглась, словно готовая к нападению пантера.

— Значит, нормально вести дела вы не умеете? Хватку растеряли?! Видимо поэтому решили сделать им этакий маленький презент в виде…в виде меня. Так получается? А почему сами не удовлетворили их запросы? Или не в их вкусе? Насколько я успела заметить, тело у вас в отличной форме! И не нужно так сжимать челюсть от моих слов, в мире и не такое происходит! Кто с кем только не спит!

— Не неси чушь, — грубо рявкнул в ответ.

От одной мысли, что она могла подумать будто бы я…и с…захотелось хорошенько встряхнуть чертовку.

— Мы на ты не переходили! — Крикнула Дина. — Не знаю, что там наговорила про меня Майя, но я не намерена участвовать в этих играх! Я не для этого училась, в конце концов. Вы ошиблись агентством.

— А может просто не нужно строить из себя недотрогу? Дина, я видел твой похотливый взгляд вчера, и позавчера. И все эти дни, которые ты с меня глаз не сводишь. И тогда на балконе. Ты сама то видела себя со стороны? Голая, ночью. Да у тебя вид был будто там, в номере, несколько мужчин ждут, когда ты вернешься и продолжишь… — я запнулся, представляя ее в объятиях нескольких пар рук. — Чем же Юн не угодил? Вроде не хуже меня. Вот только пользы было бы больше.

Я видел, как она задохнулась от возмущения, как приоткрыла милый ротик и с шумом вобрала в легкие воздух. Как промелькнула боль в ее глазах, а кулачки опасно сжались. И понимал, что явно перегибаю палку, вот только остановиться уже не мог.

— Неужели ты думала, являешься бесценным работником? — Продолжил хладнокровно я.

— Ничего я не думала, — надтреснутый от обиды голос, резал слух. — Просто старалась, как могла.

— Там, где и надо было постараться — ты облажалась. А теперь стоишь тут и жертвой прикидываешься. Хватит Дина. Поехали в отель. Завтра все обсудим.

Усталость и злость брали свое. Одно желание — запихнуть ее в такси и уехать в отель, в свой номер. Да поскорей. А уже утром обдумывать произошедшее, на свежую голову. Не сегодня.

— Завтра меня здесь не будет, — безапеляционно заявила она. — Ищите другую дуру. Или попросите Майю, пусть сама прилетает и ублажает своими прелестями тут хоть весь Хайнань.

— Обязательно так и сделаю. Завтра.

Я силком впихнул ее в вовремя подъехавшее такси. Неужели не притворяется и действительно настолько оскорблена? Черт!

От слез, появившихся в уголках ее глаз, стало не по себе, муторно и паршиво, точно котенка бездомного обидел. Такая маленькая, беззащитная. Хочется утешить, обнять, почувствовать ее тело в своих руках.

И что я в самом деле! Словно изверг. Ее отказ наоборот послужил нам на руку. Женщин умеющих дать отпор уважают. Конечно не все и не всегда, но, в данном случае Лэй Юн подписал контракт, как только вернулся в ресторан без Дины. Вот только условие добавил: она должна оставаться здесь вместе со мной до исполнения части обязательств со стороны нашей фирмы. И это больше, чем три недели, на которые изначально я ее нанимал.

Условие вроде совсем маленькое, но трудновыполнимое. Осталось придумать, как теперь уговорить ее не улетать, а остаться здесь, на целых полгода?! Да еще и Алине объяснить сложившуюся ситуацию. Женщины! Ну почему с ними вечно столько проблем и головной боли?

— Дина, прости меня.

Слова дались с трудом. Извинения не мой конек. Ну не привык я извиняться перед женщинами. Проще подарок подарить и забыть про инцидент. В ответ молчание. Даже в сторону мою не смотрела, лишь в окно, на пролетающий мимо пейзаж.

— Давай обсудим все утром, в спокойной обстановке. Ну, зачем рубить с плеча? Подумаешь, недопоняли друг друга. С кем не бывает. В конце концов, не вижу повода так расстраиваться. Тебя же и пальцем никто насильно не тронул. Не тронул ведь?

Наконец повернулась ко мне лицом. Заплаканные глаза блестели и выражали полное безразличие. Ни злости, ни обиды я в них больше не увидел. Холодность и отрешенность. И такая, словно мне ведерко льда за шиворот закинули. Таким козлом я давно себя не чувствовал.

— Считаешь, — она тоже перешла на "ты", а голос еще холодней, чем взгляд, — неприкрытая попытка предложить меня, как какой-то товар на рынке — это нормально? Я не знаю, может в твоем окружении все так и есть, да и не только в твоем, в любом, где крутятся деньги. Ты не первый попытавшийся сделать это и думаю не последний. Но вот только одно никто из вас так и не учёл: я сплю с тем, с кем хочу и когда хочу. Мое тело — мой выбор, но ни как ни чей либо еще. Советую запомнить.

Она снова отвернулась к окну, и до самого отеля больше ни проронила, ни слова. А мне не давала покоя мысль, кто же еще пытался использовать ее в своих целях?