Клятвы и слёзы (ЛП) - Вильденштейн Оливия - Страница 4

Он накрыл мои губы своими губами.

— Ты всё ещё моя.

Он как будто напоминал мне.

— Так и есть.

Он провёл языком по моим губам, заставив их раскрыться. В то же время он начал массировать мой затылок ловкими пальцами, и из меня вырвался стон. Услышав этот звук, он углубил поцелуй, и стал массировать мою голову ещё интенсивнее. Спустя минуту мы прервали это приятное занятие, а наши губы оторвались друг от друга.

— Я приеду, как только закончу здесь. Оставь балконную дверь открытой.

— Окей, — выдохнула я.

Он опустил руку мне на поясницу и вывел меня в основной зал. И хотя люди всё ещё оживлённо беседовали, я почувствовала, как их взгляды устремились в нашу сторону. Их зрачки пульсировали от любопытства, а ноздри раздувались.

— Всё будет хорошо, Несс, — проговорил Лиам.

Я взглянула на него, желая, чтобы он никогда не произносил этих слов, потому что они прозвучали как проклятие. Если партнёры, предназначенные друг другу судьбой, были реальностью, значит, то же могло относиться и к проклятиям, так ведь?

ГЛАВА 2

Когда я вышла из штаба, Август закрывал заднюю дверь своего пикапа. Видимо он помогал пристегнуться моему убитому горем дяде, потому что тот сидел пристёгнутым, и выглядел так, словно был не в состоянии справиться с этим сам.

Я проскользнула на пассажирское сидение и пристегнула ремень безопасности.

— Спасибо, что согласился подвезти.

Август не сводил глаз с лобового стекла, всматриваясь в тёмные очертания сосен, купавшихся в белом лунном свете. Вчера было полнолуние и все волки, молодые и старые, носились по лесу. Августа не было среди них. По крайней мере, его не было вместе со всей стаей.

Повернув ключ зажигания, он поехал по грязной дороге мимо ржавого забора и огромной деревянной таблички c надписью "Частная Собственность".

— Ты пойдёшь на пробежку перед отъездом? — спросила я.

— Да.

Прежний Август, который воспринимал меня как младшую сестру, наверняка спросил бы меня, не хотела ли я побегать с ним. Но этот новый Август… он не пригласил меня присоединиться к нему. Хотя я и не согласилась бы. Я не для того ушла с вечеринки так рано, чтобы отправиться на пробежку. К тому же, что мог подумать Лиам, если бы появился на моём балконе, а меня не оказалось бы дома?

Я протянула руку и коснулась костяшек пальцев Августа, после чего осознала, что мне, вероятно, не следовало вообще его касаться. Что если это могло как-то усилить нашу связь? Я убрала пальцы и почувствовала, как мой живот начал дико пульсировать, а сердце отчаянно биться.

— Мне очень жаль… что всё это произошло, Август.

— Это не твоя вина, Несс, — ответил он хриплым голосом. — Это вообще ничья вина, мать его.

Я вздрогнула.

Немного помолчав, он продолжил:

— Теперь мне придётся опустить монетку в мамину банку для ругательств. Она уже почти на четверть заполнена.

Впервые с тех пор, как Август вернулся в штаб, я улыбнулась.

— Она всё ещё хранит её?

— О, да. Она называет её своим пенсионным фондом.

Я улыбнулась ещё шире.

— Я соскучилась по твоей маме.

Занятая тем, чтобы найти своё место в Боулдере, я ни разу не навестила Изобель.

— Она тоже по тебе соскучилась. Тебе стоит навестить её после моего отъезда. Она будет счастлива.

Я кивнула.

— Хорошо, что завтра я собираюсь подать заявление на получение водительского удостоверения.

Август глянул на меня, его черты лица были теперь более расслабленными.

— У тебя нет прав?

— Мне они были не нужны в Лос-Анджелесе. К тому же у меня не было машины, так что они мне вряд могли пригодиться.

Джеб издал какой-то звук сродни сопению или рыданию. Я развернулась на сидении. Его веки были закрыты, а шея наклонена под неестественным углом — он спал.

— Ты всё также не можешь рассказать мне, чем занимаешься? — спросила я Августа, повернувшись к нему.

— Это секретная информация.

— Но я же твоя пара.

Он чуть не съехал с дороги.

— Прости. Я решила, что это смешно; но это не так.

Я переплела пальцы рук, сложив их на коленях, и задумалась над тем, что заставило меня пошутить о нашей связи.

— Не могу поверить, что я это сказала. Не мог бы ты просто удалить это из своей памяти?

Август ничего не сказал. Вместо этого он включил радио и настроил его на какую-то джазовую волну. Август был большим фанатом джаза. Я часто дразнила его и говорила, что у него вкус, как у старика. К сожалению, я больше не считала его таким уж старым. Хотя мне было бы гораздо проще продолжать так думать.

К слову о стариках…

— А у Фрэнка была пара?

— Я не в курсе.

— А у кого-нибудь из членов стаи?

— У Эрика. Он со своей женой уже пятьдесят лет вместе.

— Это очень долгий срок.

— В следующем месяце мои родители будут справлять тридцатую годовщину.

Я была благодарна ему за то, что он напомнил мне о настоящей любви за пределами парных связей. Не то, чтобы я в этом сомневалась. Всё же мои родители любили друг друга, но при этом не были связаны.

— Это безумие.

— Да, — он пристально смотрел в тёмную дорогу. — Так какие у тебя планы на совершеннолетие?

Я провела ладонями по своим джинсам, чтобы перестать дёргаться.

— До него ещё далеко.

— Пять недель это не так уж и далеко.

Я облизала губы.

— Я не очень люблю дни рождения.

— Когда-то ты их очень любила. И всё время просила устраивать фейерверки. В итоге я один раз чуть не поджёг сам себя. Помнишь?

— Помню.

Низ его джинсов всё ещё дымился, когда он вернулся к нам после запуска фейерверка.

— Ты так сильно ругался, а твоя мама пошутила, что устроит себе небывалый шопинг на те деньги, что ты ей задолжал.

От этих воспоминаний я улыбнулась, но мои глаза начали гореть, а губы задрожали. Мой первый день рождения без мамы.

Август, должно быть, почувствовал мою печаль и коснулся моей руки.

— Давай не будем говорить о днях рождения.

— Да, — сказала я хрипло.

— Лучше расскажи мне что-нибудь про Лос-Анджелес.

Я украдкой провела рукой по своим мокрым ресницам, а потом рассказала ему о самых интересных случаях, что произошли со мной в те годы, которые мы провели порознь.

— Всё было не так плохо, — сказала я, крутя в руках телефон.

Экран неожиданно загорелся, пришло новое сообщение.

ЛИАМ: "Только не волнуйся. И не оставляй дверь на балкон незапертой, хорошо? Я буду через час".

Как я могла не волноваться?

Я: "Думаешь, Эверест может напасть на меня?"

ЛИАМ: "Просто запри дверь, хорошо?"

Я начала нервничать.

"Хорошо", — ответила я.

Август взглянул на меня, и машина слегка дёрнулась.

— Что?

Я упёрлась локтем в подлокотник и подпёрла голову рукой.

— Ничего.

— Ты забыла, что у меня теперь есть встроенный детектор лжи. Ты напугана. Что тебя напугало?

— Я не напугана, — я покачала головой, потому что мои слова, явно, не убедили его. — Я раздражена, но не напугана.

— Чем ты раздражена?

Я вздохнула.

— Лиам думает, что Эверест не сбежал из Боулдера.

Август краем глаза посмотрел на меня.

— Ты же знаешь, как он со мной поступил, да?

— Я слышал обрывки этой истории. Может, тебе стоит начать с самого начала?

Я обернулась и посмотрела на дядю, у которого изо рта потекла слюна. И хотя он спал, я всё равно понизила голос и рассказала Августу, как Эверест убедил меня в том, что я убила отца Лиама с помощью таблеток от перевоплощения, которые я подсыпала ему в ту ночь, когда была у него дома. Мне пришлось рассказать Августу про эскорт агентство, про сделку, заключенную с Альфой сосновой стаи, про похищение Эвелин и про то, как мой кузен шантажировал меня.

Я потёрла запястье, чтобы стереть пятнышко засохшей крови.